Найти в Дзене
Alena Leyner

«Шаг с пьедестала: скульптура в реальном пространстве» - московская и петербургская скульптура 20 и 21 века - еще одна выставка в недавно

открытом музее Зиларт. Выставка оставила то самое неоднозначное впечатление, которое культурный человек называет «пищей для размышлений», а некультурный — «я не всё понял, но делаю вид, что так и было задумано». С одной стороны — тяжёлая артиллерия: Булатов, Кабаков, Васильев, Злотников, Файбисович, Белютин. И это не просто фамилии, а почти что символы веры для тех, кто произносит слово «современное искусство» с лёгким придыханием. Плюс петербургские и московские скульпторы нескольких поколений — диалог эпох, как на званом ужине у Третьяковки: седины спорят с дерзостью, бронза — с гипсом. Отдельное удовольствие — Алла Урбан: её работы смотрятся уверенно, как человек, который зашёл в комнату и сразу понятно — он тут не случайно. С другой стороны — принцип открытого хранения. Концепция, безусловно, модная: мол, искусство — не в футляре, а в жизни. Но, как говорил Оскар Уайльд, «контекст — это всё». И вот тут начинается лотерея. Когда скульптура органично встроена в пространство — она вы

«Шаг с пьедестала: скульптура в реальном пространстве» - московская и петербургская скульптура 20 и 21 века - еще одна выставка в недавно открытом музее Зиларт.

Выставка оставила то самое неоднозначное впечатление, которое культурный человек называет «пищей для размышлений», а некультурный — «я не всё понял, но делаю вид, что так и было задумано».

С одной стороны — тяжёлая артиллерия: Булатов, Кабаков, Васильев, Злотников, Файбисович, Белютин. И это не просто фамилии, а почти что символы веры для тех, кто произносит слово «современное искусство» с лёгким придыханием. Плюс петербургские и московские скульпторы нескольких поколений — диалог эпох, как на званом ужине у Третьяковки: седины спорят с дерзостью, бронза — с гипсом.

Отдельное удовольствие — Алла Урбан: её работы смотрятся уверенно, как человек, который зашёл в комнату и сразу понятно — он тут не случайно.

С другой стороны — принцип открытого хранения. Концепция, безусловно, модная: мол, искусство — не в футляре, а в жизни. Но, как говорил Оскар Уайльд, «контекст — это всё». И вот тут начинается лотерея. Когда скульптура органично встроена в пространство — она выигрывает, сияет и смотрит на вас с чувством собственного достоинства. А когда нет — превращается в жертву обстоятельств.

Особенно жалко Злотникова, чьи работы, уложенные горизонтально, выглядят так, будто им срочно нужен куратор, психотерапевт и вертикаль.

Выставка занимает два этажа, и тут тоже есть своя иерархия, почти феодальная. Третий этаж показался более собранным, логичным и — простите за банальность — более живым. Хотя приёмы те же самые, ощущение другое: как будто на одном этаже идеи репетировали, а на другом уже вышли к зрителю в смокинге.

Итог? Выставка умная, сильная, местами спорная — а значит, живая. А неоднозначность, как известно, — лучший комплимент искусству. Всё остальное — просто декор.

📍Москва, бульвар братьев Весниных, 3

🗓 до 5 июля 2026 года

-2
-3
-4
-5