23 подписчика

Разведочные результаты в 2025 году резко ослабли, несмотря на восстановление активности по лицензированию

20 января20 янв

1 мин

Глобально открыто около 5.4 млрд boe, что является одним из худших результатов за несколько десятилетий . Лицензирование переживает постпандемический ренессанс. В 2025 г. выдано около 826 тыс. км² — максимум с 2019 г., +51% г/г. Основные драйверы — Индия, Алжир, Египет, Индонезия, Казахстан и Бразилия . Бурение продолжает снижаться третий год подряд. В 2025 г. завершено 1 275 разведочных скважин (−4% г/г), при этом офшорная активность упала на 17%, тогда как оншор остался стабильным . Разведка становится все более концентрированной. 80% оншорных скважин пришлись на Россию, MENA и Южную Азию; офшор — на Норвегию, Индию, Бразилию и ЮВА . Эффективность разведки ухудшается структурно. Стоимость открытия выросла до $7.1/барр. в 2025 г. против $2–4/барр. в 2014–2022 гг., при одновременном падении объемов открытий — редкое сочетание для отрасли . Резервуарное разнообразие сжимается. Число уникальных целевых пластов снизилось с 297 (2022) до 245 (2025) — компании сознательно избегают геол

Разведочные результаты в 2025 году резко ослабли, несмотря на восстановление активности по лицензированию. Глобально открыто около 5.4 млрд boe, что является одним из худших результатов за несколько десятилетий .

Лицензирование переживает постпандемический ренессанс. В 2025 г. выдано около 826 тыс. км² — максимум с 2019 г., +51% г/г. Основные драйверы — Индия, Алжир, Египет, Индонезия, Казахстан и Бразилия .

Бурение продолжает снижаться третий год подряд. В 2025 г. завершено 1 275 разведочных скважин (−4% г/г), при этом офшорная активность упала на 17%, тогда как оншор остался стабильным .

Разведка становится все более концентрированной. 80% оншорных скважин пришлись на Россию, MENA и Южную Азию; офшор — на Норвегию, Индию, Бразилию и ЮВА .

Эффективность разведки ухудшается структурно. Стоимость открытия выросла до $7.1/барр. в 2025 г. против $2–4/барр. в 2014–2022 гг., при одновременном падении объемов открытий — редкое сочетание для отрасли .

Резервуарное разнообразие сжимается. Число уникальных целевых пластов снизилось с 297 (2022) до 245 (2025) — компании сознательно избегают геологического риска .

Офшорная коммерческая успешность выросла до 29%, но это все еще ниже «нормы» 2020–2023 гг. (35–39%), что подтверждает фазу нормализации, а не восстановления .

Высокоимпактная разведка остается точечной. Из 32 завершённых high-impact скважин лишь 12 дали открытия (38% success rate), при этом Африка лидирует по числу таких проектов (Намибия, Египет, Ангола) .

От “frontier chasing” к “portfolio derisking”. Рост лицензирования не означает рост геологического риска — компании берут acreage «впрок», откладывая бурение до более благоприятных цен и фискальных условий.

Африка — центр лицензионного цикла. Распространение open-door и negotiated rounds (Египет, Ангола, Экваториальная Гвинея) снижает входной барьер и меняет модель конкуренции за ресурсы.

Разведка теряет функцию восполнения ресурсов. При текущих темпах открытий отрасль структурно не компенсирует добычу, усиливая будущие риски дефицита предложения и ценовой волатильности.

CAPEX-сигнал на 2026 г. осторожно позитивный. После падения расходов до $48.3 млрд в 2025 г. ожидается возврат выше $50 млрд, но без возврата к «золотой эпохе» разведки.