Утро следующего дня началось не с кофе и даже не с похмелья, а с настойчивого, сверлящего мозг звонка в дверь. Звук не прекращался ни на секунду, напоминая сирену воздушной тревоги. Казалось, кто-то по ту сторону решил, что кнопка звонка — это гашетка пулемета, и палец стрелка заклинило от напряжения. Павел, сползая по стене и прижимая к груди пустую банку из-под тайских стимуляторов, с тоской посмотрел в дверной глазок. За дверью стояла Лариса Ивановна, мама Юли. Эта женщина была не просто тещей, она была стихийным бедствием, упакованным в цветастое платье размера XXL и пахнущим "Красной Москвой". Рядом с ней возвышался не просто чемодан, а огромный клетчатый баул, в каких в девяностые возили контрабанду или, как подозревал Паша, расчлененные трупы врагов. — Открывайте, партизаны! — прогремел голос, от которого, казалось, завибрировала даже вода в унитазе за закрытой дверью санузла. — Я знаю, что вы там! Я видела свет в окнах! И я слышала мужской храп, который точно не принадлежит мое
Публикация доступна с подпиской
Продолжение элитных рассказовПродолжение элитных рассказов