Нейропсихологическая байка БЕЗ улыбки
Это история не про веселье.
Это история про любовь, гуманное наблюдение и про то, чем наполняется психика, когда взрослые вдруг забывают, зачем они вообще рядом с детьми.
И да, свет в конце тоннеля мы здесь не обещаем. Его всегда приходится делать руками. Вместе.
Наше Солнышко выросло до первого класса.
Событие радостное, почти ритуальное. К нему готовились все. Бабушки, дедушка, мама, папа. Казалось, что вместе с портфелем и бантиками мы аккуратно уложили туда безопасность, интерес и ощущение «со мной всё в порядке».
Через два дня, ожидая восторженных рассказов, слышим:
— Ура, я в одном классе с подружкой, я уже со всеми подружилась.
Выдыхаем.
И, почти между делом, спрашиваем:
— А учительница нравится? Хорошая?
Ответ прилетает спокойно, без надрыва, как констатация погоды:
— Нет. Орёт всё время и манипулирует нами.
Я уточняю. Не потому что не верю, а потому что взрослый мозг всё ещё надеется на недоразумение:
— А что значит манипулирует?
— Говорит, что если мы не будем сидеть молча и делать всё, что она говорит, она нас бросит.
Вот тут внутри что-то тихо, но отчётливо щёлкает. Не истерика и не паника, а настороженность. Та самая взрослая внимательность, когда ты ещё внешне спокойно киваешь, но уже начинаешь слышать подтекст.
Мы начинаем наблюдать внимательнее.
Домашние задания посмотреть негде. Электронный журнал не работает. Записей в дневниках нет. Родительский чат живёт слухами и обрывками. Родители передают друг другу, кто что услышал и кто что понял. Учитель молчит.
И вдруг, в один из дней, ребёнок сообщает:
— Есть большое задание. Учительница кричала и сказала, чтобы к завтрашнему дню всё сделали, потому что её будет проверять завуч. А если не сделаем, берегитесь.
Три с половиной часа.
Три с половиной часа сидит первоклассник. Не капризничает, не убегает. Делает, потому что страшно, потому что взрослый кричал, потому что в первом классе у ребёнка ещё очень мало внутренней опоры, зато много веры, что «взрослый всегда прав». И вот эта вера, такая красивая в теории, в реальности иногда становится открытой дверью для давления.
Мама не выдерживает и останавливает. Это первоклашка.
Объясняет спокойно: если будут вопросы, не спорь. Скажи: «Позвоните маме».
Звонков не было.
Ребёнок возвращается расстроенный. Учительница кричала, сказала, что всё не так.
И, как будто между прочим, добавляет:
— А ещё меня не хотели пускать на уроки, потому что я пришла в чёрных брюках.
На улице был дождь. Форма промокла. Брюки постирали, другие не высохли. Обычные чёрные брюки. С карманами. Не накладными, обычными. И к одному карману производителем прикреплена крошечная цепочка. Настолько крошечная, что на фото её пришлось разглядывать.
«Не по уставу».
Ребёнка отругали. Не пустили в класс. Потянули к завучу, там было нравоучение.
Велено передать маме.
Сообщений маме при этом не было. Ни одного. Ни звонка. Ни короткого «пожалуйста, уточните по форме». Ничего.
Вот здесь и происходит взрыв.
Потому что у ребёнка мама и бабушка, обе педагоги. Обе работают с педагогами и с людьми, которые работают с детьми. И они слишком хорошо знают разницу между воспитанием и унижением, между правилами и демонстрацией власти, между требовательностью и запугиванием.
В этом месте вдруг становится очень ясно: о гуманной педагогике здесь не говорят даже шёпотом.
И ещё яснее становится другое. Когда в школе взрослый выбирает крик как инструмент, а стыд как поводок, у ребёнка быстро формируется одна простая связь: «безопасность зависит не от смысла, а от настроения того, кто сильнее». Это очень плохая математика для психики. В ней не вырастает ни любопытство, ни внутренняя устойчивость. В ней вырастает напряжение и привычка угадывать.
Мы начинаем общаться с родителями. Поддерживают двое. Остальные боятся. Боятся, что детям станет хуже, что их «съедят».
И в этот момент внутри поднимается очень простая, почти животная картинка: дети в клетке с ядовитой змеёй. И взрослые, которые говорят: «Главное, не шевелиться. Тогда, может быть, выживете».
Уважаемые родители. Вы главные защитники своего ребёнка. Если не вы, то кто?
А потом один из детей говорит почти буднично:
— Она нам часто говорит, что ненавидит нас.
Мы уточняем. Осторожно.
Подтверждают все. И наш ребёнок тоже. Говорит: да, постоянно.
Разум кричит: немедленно уберите ребёнка от этого наблюдателя. В другой класс, в другую школу, срочно.
Потому что есть слова, которые детям нельзя слышать от значимого взрослого, особенно регулярно, особенно в ситуации зависимости. Там, где ребёнок учится быть в мире, ему не должны подкладывать под ноги мысль «я нежеланен».
И тут встаёт внутренний педагог. Тот самый, который не только про «моё», но и про «наше».
И спрашивает тихо, но очень жёстко:
— А что будет с остальными детьми?
Ребёнок должен уйти или такой «учитель»?
На этом месте я останавливаюсь.
Не потому что не знаю, что чувствую. А потому что здесь каждый взрослый должен услышать себя. И услышать своего ребёнка. И заметить, как именно звучит страх, когда он маскируется под дисциплину.
И теперь мой вопрос к вам, без морали, без правильного ответа, по-человечески:
как бы поступили вы? Я себе ответ на этот вопрос уже дала.
Если откликается и хочется сохранить в ребёнке ощущение безопасности, опоры и собственного достоинства, начинать всегда можно с малого, с внимательного, живого присутствия. Иногда этого оказывается больше, чем кажется.
И да, я могу помочь не только с человеческой стороной таких ситуаций, но и с юридической, поскольку мой юридический стаж 29 лет.
Ещё одна важная новость. На кафедре успешно стартовал детский проект. Это занятия с детьми онлайн, один раз в неделю. Формат очень доступный, нужен только компьютер или ноутбук. За педагогов я ручаюсь, они подготовленные и гуманные, а за движением группы я буду наблюдать лично. Есть и возможность работать непосредственно со мной. Для многих детей это становится той самой спокойной опорой, от которой обучение даётся легче. Становится больше устойчивости к школьному напряжению, появляется внутреннее спокойствие, домашние задания выполняются быстрее, без многолетней войны за каждую строчку.
Если вам откликается, пожалуйста, обращайтесь ко мне. Я подберу педагога и дам всю информацию о проекте.
Вы можете записаться на первую бесплатную диагностическую встречу: @kobeleva_pro.
Также доступны нейротренажёры и короткие курсы в социальном проекте «Ментальное здоровье планеты»: https://t.me/socneurobot
Если интересно обучение нейропсихологии и нейрокоучингу, формат всегда можно подобрать под реальные цели и обстоятельства.
Информация носит справочный характер; не является публичной офертой.
#kobeleva_pro #нейрокоучинг #нейропсихология #нейропсихологическиебайки #школа #дети #родители #стрессоустойчивость