- Зачем тебе новое пальто? Ты же все равно дальше детской площадки и "Пятерочки" не ходишь. А там перед кем красоваться? Перед голубями?
Муж сказал это, даже не отрываясь от экрана смартфона. Он не хотел меня обидеть, я знаю. В его словах была мужская логика: если сидишь дома, то и в старой одежде можно походить. А то, что моя куртка уже не застегивается на груди после родов и джинсы протираются в расчет не бралось.
У нас были накопления, он стабильно получал зарплату. Но с моим уходом в декрет в доме поселился режим какой-то болезненной, неоправданной экономии именно на мне. Ребенку - лучшие подгузники, мужу - хорошие рубашки, а мне "и так сойдет".
В тот вечер я подошла к зеркалу и посмотрела на себя: уставшая женщина с пучком на голове, в растянутой футболке. Неужели это я?
Ты там организуй что-нибудь…
Через три дня после того разговора муж позвонил в обед: - Слушай, к нам сегодня шеф с замом заскочат вечером. Мы проект закрыли, хотим отметить неформально. Ты там организуй что-нибудь на стол, ладно? Будем часов в семь.
Я положила трубку и посмотрела на гору неглаженого белья. Первым порывом было броситься убирать игрушки, мыть полы и судорожно искать "приличное" домашнее платье. Я открыла шкаф: вот платье, в котором я ходила на корпоративы три года назад - узкое, не влезу, джинсы - давит пояс, блузка - но в ней дома глупо, она шелковая.
И тут я вспомнила его слова. "Зачем тебе одежда? Кто тебя видит?"
Действительно, кто меня видит? Его коллеги? Ну так я же просто дома сижу, зачем притворяться, что я все та же эффектная блондинка.
Захлопнув шкаф, я закипела от злости.
Принарядилась к приходу гостей
Я не стала краситься. Собрала волосы в "мамский пучок" и надела халат. Он был чистый, но выглядел он именно так, как выглядит вещь, в которой человек живет, спит, ест и вытирает об себя ребенка 24/7.
На ноги я нацепила растоптанные тапочки.
В семь вечера раздался звонок в дверь. Я слышала веселые голоса, смех мужа, звяканье пакетов с напитками. - Проходите, жена там, наверное, уже стол накрыла! - басил мой супруг, открывая дверь своим ключом.
Я вышла из кухни встречать гостей, шаркая тапочками и поправляя пояс халата. - Здрасьте, - сказала я голосом, лишенным всякого энтузиазма. - Проходите, разувайтесь. Там пицца на столе. Только тихо, ребенок спит.
Я увидела, как сползла улыбка с лица мужа. Он замер с ботинком в руке. Его взгляд метнулся от моего лица к пятну на халате, потом к моим волосам, затем к глазам коллег.
Его шеф, воспитанный человек, быстро сориентировался: - О, Наталья, добрый вечер! Извините, что мы так, без приглашения, свалились. Надеюсь, не сильно побеспокоили?
- Да нет, что вы, - я демонстративно зевнула, прикрыв рот рукой. - Все равно дома сижу, никуда не хожу. Мне какая разница? Проходите.
Я развернулась и ушла, оставив их в коридоре.
Уставшая мать в грязном халате
Следующие два часа я провела в детской. Слышала, как они сидели на кухне, но разговор не клеился. Того веселого гула, который был на лестничной клетке, не было и в помине. Муж что-то бубнил, звенели бокалы, но атмосфера была испорчена.
Мой внешний вид стал живым воплощением фразы "женщина, на которую забили". Коллеги мужа видели не просто "уставшую мать", они видели отношение их сотрудника к своей жене. Успешный мужчина, у которого жена встречает гостей в рваном халате.
Когда дверь за гостями закрылась, я ждала скандала.
Муж вошел в комнату. Я сидела на кровати с книжкой, все в том же халате. Он посмотрел на меня.
- Ты специально, да? - тихо спросил он.
- Что именно? - так же спокойно ответила я. - Ты же сам сказал: зачем мне новая одежда? Я дома, меня никто не видит. А твои коллеги... ну, они увидели меня настоящую. Разве я не соответствую твоему представлению о моей роли сейчас?
Он молчал. Подошел к окну, посмотрел на улицу. - У шефа жена тоже в декрете, - вдруг сказал он невпопад. - Мы как-то видели их в парке. Она была в пальто, с укладкой...
- Наверное, потому что он не считает, что ее удел - нравиться голубям? - парировала я.
Это было жестко. Но это было правдой. Мы часто жалеем мужчин, боимся задеть их эго, подбираем слова. А иногда нужно просто показать им все как есть.
- Собирайся, - сказал он через десять минут. - Куда? Ночь на дворе. Ребенок спит. - Я позвонил маме, она сейчас приедет посидеть с мелким. Мы едем в торговый центр, он до десяти работает.
Мы ехали молча. Я не чувствовала триумфа победителя, мне было грустно, что пришлось доводить до абсурда, чтобы меня услышали.
В тот вечер мы купили мне кучу одежды. Муж ходил за мной по залу как провинившийся школьник, но при этом я видела, как меняется его взгляд. Когда я вышла из примерочной в нормальной одежде, с расправленными плечами, он посмотрел на меня так, как смотрел три года назад.
- Прости меня, - сказал он, когда мы грузили пакеты в багажник. - Я почему-то решил, что если ты дома, то тебе все равно.
Мы свой урок вынесла в тот вечер. Халат, кстати, я выбросила в тот же вечер, теперь дома хожу в красивых костюмах. Да, они тоже пачкаются. Но я их стираю, а не занашиваю до дыр.