- Стой, стрелять буду! – бросился на шум. В кромешной тьме солдатик перепугался до обморока. Темень и бьющая в глаза крупа. Споткнулся, упал. Вскочил и дал длинную очередь по тому месту, откуда доносился треск и шорох. Упал в снег и с ужасом ждал продолжения.
Глава 10
- Привет! О, Серёга, здорово! Мишка, иди сюда. Мне тут предложили чехол на Жигуля, а мне он пока не нужен. Машину я ещё не купил. Тебе не надо? Смотрю, у тебя машинка новёхонькая. Гараж купил?
- Да какой там гараж. Постоит во дворе, что ей сделается? – ответил знакомый.
- Ну, ты даёшь! Поржавеет! – засмеялся Николай. – Давай прикинем на твою ласточку мой чехол. Оо! Красавица! Петька, поправь внизу. Воот! Да, придётся мне машину покупать. Чехол-то красивый, - нахваливал Николай.
Подошёл хмурый человек, достал 5 стольников.
- Забираю. Тестю подарю. У него машина есть, а гаража нет. Я видел похожие чехлы, но пошиты кое-как. А здесь шовчики, как на трусиках.
Окружающие засмеялись. Михаил оттолкнул мужчину:
- Я уже купил. Чего ты лезешь со своими деньгами, торгаш?!
- Так я больше дам. 700 рублей и чехол мой!
- Не-не-не, - вскричал Николай. – Михаил первый. Беги за деньгами!
Чехол был продан за 400 рублей. Мишка уговорил Николая немного скинуть.
После дядя объяснил Петьке, что с хмурым человеком очень опасно иметь дело. Занимается он неизвестно чем, всегда при деньгах и машины меняет, как перчатки. Советский человек должен работать и получать зарплату. И жить скромно.
Шёл 1972 год. Ко всем праздникам ждали снижения цен на промышленные товары. И никто даже в страшном сне не мог представить, что великая страна развалится и бывшие друзья станут злейшими врагами.
***
Как и все солдаты части, Петька выполнял охрану, ходил на дежурства. Всё было, как обычно. Вот только на стадионе не занимался, а сидел в мастерской за работой. Работы на самом деле было много. Горы штанов и рубашек приходилось ремонтировать. Где шов разлезся, где дырочка прорвалась. Рабочая солдатская одежда была достаточно изношена.
С Ашотом они расстались по-дружески. Парень с Кавказа принёс бутылку дорогого вина, закуску. Посидели вдвоём. Поговорили о жизни.
- Петро, я буду ждать тебя в гости. Запомни мой адрес и как только отслужишь, приезжай в гости. Вот, держи бумажку с адресом.
Пётр бумажку взял, сложил и сунул в карман гимнастёрки.
- Обещать не буду. Посмотрю, как у меня будут складываться дела.
- Да всё у тебя будет хорошо, - уверенно засмеялся Ашот. – Пока отслужишь, денег подзаработаешь. Вот и будет на билет. Обратно я тебя провожу и билет куплю. Хороший ты парень. Будь счастлив!
Ашот умел красиво говорить. Пётр же только молча кивал головой.
Наступила зима. Это вам не южная зима с белым искрящимся под солнцем снегом. Это была настоящая морозная и холодная зима. Петька таких зим пережил уже несколько. Одно дело бегать по тёплым коридорам ремесленного училища да кататься на метро. Совсем другое дело охранять вверенный объект в огромном полушубке, надетом на тёплый ватник, в валенках и шапке, завязанной на шнурки под бородой. А ещё снег и ветер. Да автомат на груди. 3 часа на холоде были для Петра настоящей мукой. Мёрз он нещадно. И первыми замерзали руки. Хоть и были они в тёплых вязаных перчатках и в рукавицах. Потом начинали мёрзнуть ноги, хоть солдат и старался больше ходить по натоптанной тропинке вокруг склада.
Склад стоял немного в стороне от казарм и отделялся от леса высоким забором из сетки-рабицы. Рядом возвышались небольшие копнушки сена, запасённого летом. Старики рассказывали, что однажды зимой, год назад, этот склад ограбили, а часового убили. Нападавших так и не нашли. Солдатика отправили родителям в закрытом гробу. Петька не хотел погибнуть за просто так. Поэтому почти не отдыхал, а всё ходил и ходил, сжимая в окоченевших руках автомат.
Ветер усиливался. Мелкая острая крошкам сыпалась из низких туч на лес, на поле и на территорию части. Петька спрятался в копнушку и, пригревшись, уснул. Резко открыл глаза. На знакомой территории не горел ни один фонарь. Страшная темень окутала часового. Темень и холодные мелкие крупинки, продолжавшие сыпаться с неба. С той стороны склада, где он вплотную примыкал к лесу, раздался непонятный треск.
У часового волосы на голове встали дыбом. Он дёрнул предохранитель и с криком:
- Стой, стрелять буду! – бросился на шум. В кромешной тьме солдатик перепугался до обморока. Темень и бьющая в глаза крупа. Споткнулся, упал. Вскочил и дал длинную очередь по тому месту, откуда доносился треск и шорох. Упал в снег и с ужасом ждал продолжения.
От дежурки в его сторону рванул БТР с включёнными фарами. Если бы Петька не услышал рёв двигателя, то его раздавили бы, как букашку. Но он успел откатиться к стене склада. С трудом встал и поднял руки вверх. Из БТРа выскочили крепкие парни, схватили его под руки и затолкали внутрь.
- Кто такой? – строго спросил бравый сержант.
- Рядовой Степашко, часовой у склада.
- Ребята, так это же Петька. Портняжка, - узнал его один.
- И чего психовал? – спросил всё тот же сержант.
- Там кто-то лез через забор. Я подумал – воры и стрельнул.
- Да знатно стрельнул. Пошли, глянем.
У парней нашёлся фонарь и, подсвечивая себе дорогу, они направились вдоль сетки, завязая в снегу.
Со стороны леса лежал на снегу огромный лось.
От горя или от радости, Петька и сам не понял от чего, он заплакал.
- Вот и свежатинка к Новому году, - весело констатировал один из парней.
В это момент появился из белой пелены наряд. Петькино дежурство подошло к концу.
- Что тут у вас? – спросил разводящий офицер.
- Лось, товарищ капитан, - ответил сержант.
- И кто ж это его так?
- Я, - буркнул Петька совсем не по уставу.
- Молодец-храбрец! Красавца какого завалил.
- Он на охраняемую территорию лез. Я предупредил его, но он всё равно рвался сюда.
- Вот баран, русского языка не понимает! – усмехнулся офицер. – Завтра доложишь командиру батальона о происшествии.
В это момент вспыхнули фонари и осветили территорию. Петька облегчённо вздохнул. Страх потихоньку рассеивался. А утром его с температурой отвели в медпункт, где хозяйничала Людмила Ивановна.
- О, а это кто у нас? - спросила симпатичная молодая женщина, с интересом рассматривая нового больного.
- Рядовой Степашко, - прохрипел парень.
- Это не тот ли Степашко, что вчера лихо расстрелял лося? - пряча улыбку, спросила фельдшер.
- Так точно. Это я, - браво ответил солдат.
- Ребята, посадите его вот сюда, - кивнула на кушетку. – А сами свободны.
Послушала лёгкие, посмотрела горло, измерила температуру.
- Придётся тебе, рядовой, полежать у нас. Ангина у тебя. Сейчас укольчик сделаю, а тётя Света проводит тебя в палату. Будешь лежать один, чтобы никого не заразил.
Петька только головой кивал. Пришла санитарка в белом халате, помогла парню встать и повела в отдельную палату – карантинный блок.
Взбила подушку и помогла лечь. Укрыла одеялом.
- Как тебя зовут, сынок?
- Рядовой Пётр Степашко.
- Ты, Петя, Людочку нашу слушайся. Хорошая она женщина и врач опытный. Знаешь, сколько таких молоденьких она спасла?
- Нет, - ответил парень, проваливаясь в сон.
На следующий день из госпиталя приехал врач. Двух парней из общей палаты приказал перевезти в госпиталь. Людмила довольно кивала головой. У одного она подозревала гастрит, у второго перелом кисти.
- В карантине у меня лежит парень с ангиной. Посмотрите, пожалуйста. Я сделала ему вчера антибиотик, из таблеток дала жаропонижающее и антимикробное.
Доктор осмотрел Петра.
- Добавлю только витамины и улучшенное питание. Какой-то хилый солдатик у вас тут.
- Спасибо, доктор, - поблагодарила женщина.
На третий день температура у Петра начала спадать, дышать и глотать стало легче. Из столовой приносили ему вкусную еду. Он даже поверить не мог, что их повара могут такое готовить. Но, оказалось, могут. Наваристый супчик с курочкой и с мелкими макарошками. Такими мелкими, что называл он их червячками.
Из дома Людмила приносила ему картофельное пюре с котлетой и чай в пакетиках, который заваривала прямо из чайника в палате.
- Сильно горячее не пей. Обожжешь горло. Пусть постоит немного, остынет, - предупреждала парня.
В один из дней санитарка принесла Петьке щи.
- Я вчера щей наварила, а есть-то их у меня некому. Вот тебе принесла жиденького. Похлебай, пока не остыли, - сказала и присела на стул.
Петька осторожно сёрбнул с ложки.
- Вкусно, - кивнул головой и принялся есть.
- Вот, Петенька, прикипели мы к тебе душой. Людочка прямо на крыльях летает. Да и я спешу на работу, как на праздник.
От таких слов Петька даже есть перестал, вытаращил глаза и уставился на нянечку.
- Да не смотри ты так. Давно я с Людмилой Ивановной работаю. Да, почитай, лет 10. Она тогда молоденькой девчонкой пришла к нам в медсанбат. Был здесь старый доктор, учил её, помогал. Люда на лету схватывала знания и опыта набиралась. А опыт – это самое главное. Теоретически можно знать много, а на практике применять не каждый может.
Так вот. Попал к нам в больничку молоденький солдатик. Да и случилась между ними любовь. Влюбилась Людмила. Он тоже выказывал повышенный интерес. Молодые, глупые. Не удержалась Людочка. Переспала с ним. А он оказался женат. Мать его с женой приезжали навестить. А жена молоденькая, лет 16 и с животиком уже. Сколько слёз Люда пролила, никто не знает.
А ты ведь, как две капли воды похож на того солдатика, - закончила рассказ Светлана. – Такой же голубоглазый, круглолицый и с ямочкой на бороде. Настоящий Иванко. Да и разговариваешь точно, как тот Ванюшка.
- Так и что? – прервал санитарочку больной и облизал ложку. – Здесь таких, как я много.
- Да ничего. Будь поласковее с Людмилой. Она ведь красивая и молодая, - вздохнула разочарованно Светлана. - Забудет она про свою первую любовь и пойдёт дальше.
- Да не молодая она. Тридцать лет. Для меня она уже перестарок, - ответил без всякого умысла Петька. Посидел и добавил:
- Моя мамка говорит, что девчонки, как цветы, каждый год весной расцветают. Главное, правильно выбрать.
Светлана забрала банку, крышку, ложку и покачала головой:
- Чудной ты, Петька. Выздоравливай!
Петька сходил в туалет, вымыл руки, умылся, вытер лицо полотенцем и вернулся на кровать.
- Странная эта нянечка. Зачем она мне это всё рассказала? Да, мамка такую невесту ша…ой назовёт и выгонит меня вместе с нею. Да ещё и старуха. 30 лет тётке, а она старую любовь забыть не может, - лёг на спину, закинув руки за голову, и вспомнил, как в детстве заболел.
Было это весной. На огороде вовсю росла редиска. Красивая такая редисочка-красная с белым кончиком. Послала его мамка нарвать редиски на салат. Нарвал, листочки курочкам бросил, редиску помыл и принёс матери под навес. Кухоньки тогда у них ещё не было.
Продолжение будет
Глава 9 здесь
Все главы здесь
Читайте мои романы о реальной жизни здесь
Всем здоровья и приятного чтения!