Белокаменные скульптуры льва и единорога, помещенные на щипцах аркады Спасской (Фроловской) башни Московского кремля при её надстройке в 1624–1625 годах, представляют собой сложную солярно-лунарную символику. В контексте общего декоративного оформления башни эти фигуры являются частью единой календарно-астрономической системы, связанной с функционированием главных часов государства.
Основные смыслы этой символики раскрываются через следующие аспекты:
- Астрономическое значение: Лев и единорог изображены сидящими на задних лапах с мордами, обращенными вверх — к небесной сфере, которая в XVII веке была изображена в верхних вимпергах башни. Считается, что лев символизирует солнце, а единорог — луну. Это логически дополняет декор башни, где также присутствовали фигуры евангелистов (символы времен суток) и изображения солнечных лучей.
- Космологическая иерархия: Фигуры зверей держат в передних лапах сферы, которые соотносятся с небесными светилами. Вместе с венчающими башню фигурами павлинов, чей раскрытый хвост традиционно символизировал звездное небо, лев и единорог образуют «космологический» уровень декора, отражающий систему мироздания.
- Духовно-христианский подтекст: В православной традиции того времени эти образы имели и более глубокую интерпретацию: лев уподоблялся Христу, а единорог, как символ чистоты и целомудрия, мог ассоциироваться с Богоматерью. Таким образом, их присутствие на главной башне Кремля подчеркивало священный характер власти московского государя.
- Связь с атрибутами власти: Взаимное расположение этих фигур (единорог справа от центрального образа, лев — слева) могло объясняться соотнесением единорога со скипетром, а льва — с державой (так как круг ассоциировался с солнцем).
Несмотря на участие в строительстве английского мастера Христофора Галовея, версия о прямом заимствовании этих фигур из британского герба является поверхностной. Солярно-лунарная и христианская семантика льва и единорога была вполне органичной для русской культуры XVII века и использовалась не только на Спасской башне, но и в декоре других знаковых зданий, например, на фасаде Московского Печатного двора.