Жизнь — штука непредсказуемая и порой страшная. Мы живем бок о бок с людьми, здороваемся за руку, доверяем им ключи от квартиры, а потом выясняется, что у этого «тихони» руки по локоть в крови. История Михаила Букина — это не просто криминальный очерк. Это жуткое напоминание о том, что настоящие чудовища не выглядят как монстры из сказок. Иногда они носят маску самого доброго дедушки-вахтера, который угощает ваших детей конфетами.
Здравия желаю, друзья.
Сегодня у нас не будет теплых баек про моторы, карбюраторы и шоферскую романтику. Сегодня разговор пойдет о другом — о природе человеческой подлости. О том, что меня, старика, до сих пор в дрожь бросает, хотя я повидал немало.
Мы поговорим о двуличии. О феноменальной способности зла мимикрировать под добро.
В 1957 году в Днепропетровске арестовали скромного сторожа, любимца местной детворы и надежного товарища для взрослых. Соседи были в шоке: «Ошибка! Навет! Не может наш Иваныч мухи обидеть!». Но когда следователи КГБ назвали его настоящее имя и зачитали список «подвигов», вздрогнул не только Днепропетровск — вздрогнул весь Советский Союз.
Прочтите эту историю до конца. Она учит нас внимательнее смотреть в глаза тем, кто рядом. И помнить: прошлое никогда не умирает, оно лишь ждет своего часа.
1. Последняя смена «дяди Миши»
Апрель 1957 года. Днепропетровск цветет, весна в разгаре. Обычное советское общежитие треста «Днепротяжстрой». Михаил Иванович Букин, или просто «Иваныч», как ласково звали его жильцы, заканчивал свои дела.
Он жил здесь уже 12 лет. Двенадцать лет безупречной репутации.
Иваныч был тем самым «своим в доску» мужиком, без которого не обходится ни один двор. Сломался замок? Зови Иваныча. Нужно присмотреть за коляской? Иваныч посидит. Хулиганы шумят под окнами? Иваныч выйдет и по-отечески приструнит. Он был скромным, немногословным, работящим. Идеальный советский гражданин.
В тот роковой день его попросили подменить заболевшего сменщика на проходной. Иваныч сначала отнекивался — жаловался на возраст, на то, что ноги крутит. Но начальство пообещало небольшую премию, и тут сработала его старая, глубинная черта — патологическая жадность. Он не мог пройти мимо лишнего рубля.
Он надел свой рабочий костюм, поправил кепку и пошел к воротам.
Там его и ждали.
Не жильцы с просьбами, не сменщик. Возле проходной стояла черная «Победа» и несколько крепких ребят в штатском. Опытный глаз сразу отличает таких людей от простых работяг. В их позах не было расслабленности, а взгляды были цепкими, как капкан.
Соседи, видевшие эту сцену, ожидали чего угодно: скандала, недоразумения, криков «За что?!».
Но когда на запястьях «доброго дедушки» защелкнулись стальные браслеты наручников, он не удивился. На его лице не отразилось ни страха, ни возмущения. Лишь усталая обреченность зверя, которого наконец-то загнали в угол.
Он выдохнул фразу, от которой у оперативников мороз по коже прошел:
«Я так и знал. Давно вас ждал. Поехали».
2. Из грязи в князи (и в палачи)
Кем же на самом деле был этот «Иваныч»?
Его биография — это классический пример того, как ничтожество, получив власть, превращается в тирана.
До войны Михаил Букин был мелким человеком с крупными амбициями. Бухгалтер, торгаш, жулик. Он любил красивые вещи и чужие деньги, но не любил работать. В 1932 году уже сидел за скупку краденого (царских золотых червонцев). Перед самой войной снова попался — на растрате и махинациях в магазине.
Вор, мошенник, приспособленец. Таких было много. Обычно они отсиживали свое и тихо спивались. Но война дала Букину шанс стать чем-то большим. Чем-то страшным.
Когда в Орел вошли немцы, многие честные люди ушли в подполье или эвакуировались. Букин же надел свой лучший костюм и пошел в комендатуру. Сам. Добровольно.
Он не боялся за свою жизнь. Он хотел власти. Он хотел, чтобы те, кто вчера считал его жуликом, сегодня падали перед ним на колени.
И немцы оценили его рвение. Вчерашний зэк с невероятной скоростью сделал карьеру в оккупационной администрации. Его назначили начальником «русского сыскного отделения». По сути — начальником «русского гестапо» в Орле.
Вы только вдумайтесь в эту цифру: под началом предателя Букина работало 500 следователей и 150 тайных агентов. Это была настоящая фабрика смерти, созданная руками русского человека (по паспорту, но не по душе) для уничтожения своих же земляков.
3. Зверь без маски
Самое страшное в этой истории — даже не масштаб предательства, а личная, бесчеловечная жестокость этого человека. Обычно начальники сидят в кабинетах и подписывают бумаги. Букин же любил «работать» лично.
Он упивался властью над беззащитными людьми. Ему нравилось видеть страх в глазах вчерашних учителей, врачей, партизан.
В архивах КГБ сохранилось дело подпольщицы Марии Земской. Девушку схватили агенты Букина. Её допрашивали с особым пристрастием, пытаясь выбить имена товарищей. Но Мария молчала.
И тогда Букин перешел черту, отделяющую человека от зверя. Чтобы сломать мать, он ударил по самому дорогому. По его личному приказу, на глазах у матери, лишили жизни её двухлетнюю дочь.
Вы можете себе это представить?
Человек совершает такое, смотрит на это, а потом идет обедать. А спустя 12 лет этот же человек в Днепропетровске гладит по головам соседских детишек, угощает их ирисками и улыбается щербатым ртом: «Расти большой, сынок!».
Как?
Как земля носит таких? Как он спал по ночам? Неужели тени прошлого не приходили к нему во снах?
Видимо, нет. Совесть у таких людей атрофируется, как ненужный орган, вроде аппендикса. Остается только животный инстинкт самосохранения и желание сыто жить.
4. Мастер перевоплощения
В 1943 году, когда Красная Армия начала гнать фашистов на Запад, Букин понял: бал окончен. Он бежал вместе с хозяевами. Сначала в Брянск, потом в Каунас, потом в Польшу и Германию.
Но крысы обладают удивительным чутьем. В 1945-м, поняв, что Третьему Рейху конец и быть ему повешенным или своими, или союзниками, он совершил свой главный трюк.
Он уничтожил все документы гестаповца. Сжег форму, выбросил награды, которыми его осыпали нацисты.
И притворился... жертвой.
Когда наши войска освобождали Европу, Букин вышел к ним как измученный узник концлагерей. Он плакал, рассказывал байки о том, как страдал в немецком плену. Ему поверили. Время было такое — миллионы людей возвращались домой, проверить каждого досконально в хаосе победы было невозможно.
Ему выдали новые документы. Он даже фамилию менять не стал! Рассудил с дьявольской хитростью: «Будут искать карателя Букина под чужой фамилией, будут искать спрятавшегося. А я вот он, на виду, со своей фамилией, только биография у меня теперь героическая».
И ведь сработало!
Он вернулся в СССР, осел в Днепропетровске, устроился сторожем. Женился, обзавелся хозяйством. 12 лет он жил среди нас. Ходил в те же магазины, стоял в тех же очередях за хлебом, получал грамоты за добросовестный труд.
Он был идеальным «хамелеоном».
5. Возмездие
Но у спецслужб — НКВД, а потом КГБ — была долгая память. Розыск нацистских преступников не прекращался ни на день. Его искали по всей стране. Опергруппы срывались по первому звонку, если где-то видели похожего человека.
И вот — донесение из Днепропетровска. Кто-то из бывших жителей Орла, случайно оказавшись в Украине, увидел знакомое лицо. Сходство было, но нужны были железные доказательства. Человек постарел, изменился, отрастил усы.
Решающую роль сыграла наука. Графологическая экспертиза.
Следователи тайком получили образцы почерка сторожа Букина (заявления на отпуск, расписки). И сравнили их с подписями на трофейных расстрельных списках из Орла.
Почерк совпал. Идеально. Тот самый завиток, тот самый нажим, которым он отправлял людей на смерть.
Суд был тяжелым. Процесс сделали открытым. В зале негде было яблоку упасть.
Привезли 80 свидетелей — тех немногих, кто выжил в аду орловского гестапо.
Сцена опознания была эмоционально тяжелой. Пожилые женщины, увидев в клетке «доброго сторожа», не могли сдержать слез от нахлынувших воспоминаний. Мужчины, прошедшие фронт, смотрели на него с тяжелым молчанием.
И маска «Иваныча» слетела окончательно. В клетке сидел не дедушка. Сидел человек, которому нечего было сказать в свое оправдание.
В своем последнем слове он не каялся. Он не просил прощения у тех, чьи судьбы сломал.
Он лишь просил о снисхождении. Ссылался на возраст, на болезни, надеясь выторговать себе жизнь.
Судья зачитывал приговор в гробовой тишине.
И когда прозвучали слова о высшей мере наказания, по залу прошел общий вздох.
Люди встретили приговор стоя. Это была не кровожадность и не злорадство. Это было чувство глубокого облегчения от того, что в мире, полном хаоса, все-таки восторжествовала Справедливость. Точка была поставлена.
Вот так, друзья. Жизнь порой закручивает сюжеты похлеще любого детектива.
Мы часто жалуемся на соседей, на строгость законов, на тяжелые времена. Но когда узнаешь про таких вот «Иванычей», начинаешь по-другому смотреть на мир.
Зло не имеет срока давности. Можно сжечь форму, можно придумать легенду, можно обмануть соседей и жену. Но от себя не убежишь. И где-то в архивах всегда лежит папка, в которой хранится правда.
Берегите себя и своих близких. И пусть на вашем жизненном пути встречаются только те, у кого душа чистая, а биография — честная.
Подписывайтесь на канал. Здесь мы говорим правду, какой бы горькой и тяжелой она ни была. Истории о людях, технике и времени, которые нельзя забывать, чтобы не стать манкуртами.
Дисклеймер: Все описанные события основаны на материалах уголовного дела и исторических фактах. Фотографии в статье — это художественная реконструкция и архивные кадры, созданные для передачи атмосферы. История — настоящая, боль — невыдуманная.