Это правило было всегда, сколько я себя помню. Я-то всегда думал, что это просто ради моей безопасности. Чтобы пальцы не прищемил или не обжёгся обо что-нибудь.
Любопытство проснулось только в пятнадцать, когда мне отдали мою первую старую колымагу. Стоило повернуть ключ в замке зажигания, как раздавалось тяжелое, натужное хрипение, переходящее в низкое гудение и ворчание. Когда я включал передачу и давил на газ, машина начинала стонать, и всё это сопровождалось громким звуком рвущейся мокрой плоти и механическим треском.
Только когда я начал ездить с друзьями, я понял, что нормальные двигатели не дышат так, как мой. До этого я катался только с родителями или сам, когда практиковался в вождении.
Когда я спросил об этом отца, он пришел в ярость. Мне казалось, это обычный вопрос, но его лицо стало багровым, и он велел мне больше никогда об этом не заикаться. Сказал закрыть тему. На секунду мне даже показалось, что он сейчас даст мне пощечину.
Разумеется, я продолжил ездить, не заглядывая под капот, боясь последствий. Но я не мог подавить любопытство, когда слышал тихий стук. Иногда кондиционер шумел так, будто он с трудом втягивает в себя воздух — прерывисто, как сломанная деталь. Друзья это замечали. Думали, что машина разваливается. Некоторым становилось не по себе. В общем, просили подвезти они меня редко.
«По... моги... мне... по... моги...»
Я услышал это у светофора одним утром по дороге в школу. Голос был слабым. Настолько тихим, что я почти его не разобрал. Но именно это стало последней каплей.
Как только я припарковался, я дернул рычаг под сиденьем и впервые услышал, как щелкнул замок капота. Я вышел и просунул пальцы под металл, готовясь к чему угодно. Быстро огляделся, чтобы рядом никого не было, и начал поднимать крышку.
Как только капот пошел вверх, раздался громкий звук, будто отдирают кожу, и чей-то вскрик. У меня все внутри перевернулось, но я не остановился. Проигнорировав звук, я рванул крышку вверх до упора с тошнотворным треском.
От увиденного меня чуть не вывернуло.
Человек — нет, скорее куски человека — были разбросаны внутри жуткого, кровавого месива из плоти, вен и каких-то бесформенных костей. Длинные пальцы торчали в разные стороны и конвульсивно дергались, под сорванными ногтями виднелась кровь. Одинокое, розовое, лишенное кожи легкое раздувалось и сжималось с ужасным, рваным хрипом.
В это месиво врезались металлические трубки, провода и шестерни, они прошивали плоть насквозь, местами оставляя обугленную кожу и пересекаясь под странными углами.
А потом я увидел лицо. Оно было растянуто так, что кожа вот-вот лопнет. Два глаза застыли открытыми, налитые кровью, а по щекам стекали слезы, похожие на черную сажу. Нос превратился в две открытые дыры, из которых пузырилась слизь. Рот был растянут так же, как и глаза, а внутри всё почернело вдоль неровных, обломанных зубов. И тут оно начало издавать жуткий крик.
Пальцы соскользнули, и я упал на колени. Капот захлопнулся, и я не смог сдержаться — меня вырвало завтраком прямо на асфальт. Мир поплыл перед глазами.
Весь день я не мог ни на чем сосредоточиться. Вид того, что было в машине, потряс меня до глубины души. Когда уроки закончились, мне стало по-настоящему страшно: мне ведь нужно было ехать домой. Я сидел в салоне, пальцы дрожали, сжимая ключ в замке зажигания.
Когда я наконец набрался смелости и повернул ключ, меня встретило знакомое ворчание и хрип, а по дороге домой я слышал, как трещат кости и рвется плоть.
«Масла... мне нужно... масло...» — донесся предсмертный хребет из дефлектора кондиционера.
Я старался игнорировать это как мог.
«Пожалуйста... боже... пожалуйста...»
Это было выше моих сил. Я долетел до дома, родителей еще не было. Я обыскал гараж в поисках масла, схватил канистру и вернулся к машине. Я открыл капот, и в уши снова ударило тошнотворное чавканье.
«Масла...» — рот открылся максимально широко, оттуда пахнуло гнилью. Из глаз катились черные слезы.
Я открутил крышку и дрожащими руками начал заливать жидкость.
Густая желтая масса потекла в рот. Меня передернуло, когда я увидел, как это существо жадно глотает её, словно измученная жаждой собака. Масло стекало по уголкам рта, облепляя треснувшие зубы. Я перестал лить только тогда, когда черные слезы перестали течь из глаз.
Я захлопнул капот и аккуратно поставил масло на место.
Так продолжалось неделю. Отцу я ничего не говорил, до смерти боясь его реакции. Двигатель иногда заговаривал со мной, просил убавить кондиционер или ехать помедленнее. Я слушался.
Однажды вечером мы ужинали с родителями, они шутили, вспоминая моё детство. Мама достала фотоальбом и стала показывать мои детские фотки. Кровь застыла у меня в жилах, когда на одной из них я увидел знакомого мужчину, который держал меня, еще младенца, на руках.
— Кто это? — мои пальцы под столом задрожали.
— Это твой дядя Томми. Брат твоего отца, — ответила мама.
Отец как-то странно усмехнулся, будто скрывая какую-то эмоцию. — Он умер, когда ты был совсем маленьким.
— О... я не знал, — я впился пальцами в бедро. — А от чего он умер?
— Рак кишечника. Грустная история. Та же дрянь, что и деда твоего сгубила, — он нахмурился и встал из-за стола. — Я, пожалуй, пойду. Снимки отличные, дорогая. — Он сжал руку мамы и молча вышел из комнаты.
— Не обращай внимания, для него это тяжелая тема, — она улыбнулась и продолжила показывать фото.
Я решил, что должен увидеть, что в машине у отца. Дождался глубокой ночи, когда родители заснули. Взял фонарик и ключи из прихожей.
Снаружи, в холодной темноте, я тихо отпер его машину и дернул рычаг — раздался противный хруст. Я направил свет фонарика на капот, собрался с духом и резким движением поднял его.
В нос ударила невыносимая вонь горелой плоти и масла. В луче фонарика блеснула кровь и слизь. Человеко-машинный гибрид застонал, его лицо было обтянуто морщинистой зеленоватой кожей, виднелись седые волосы. Я знал этого человека. Это был мой дед.
Я отшатнулся и бросил крышку капота.
— Ты что творишь? — голос за спиной был хриплым и властным.
Я увидел тень отца на капоте машины. Обернулся, ноги стали как ватные. Я дрожал. В голове не было ни одной мысли.
— Я же говорил тебе никогда туда не заглядывать, так? — он поморщился. — Вечно ты лезешь куда не надо. Весь в Томми.
Я попытался отступить, но уперся в машину.
— Когда-нибудь там окажусь я, понимаешь? Потом твоя мать. А в конце концов... там будешь ты, — он начал отходить. — Я пытался тебя предупредить, сын. Не вздумай никому об этом рассказывать... иначе твое время придет раньше моего.
Он развернулся и ушел в дом.
В груди всё сжалось, мне было холодно и страшно. Я зашел в дом, лег в кровать, но так и не смог уснуть. Образ деда навсегда выжегся в моей памяти.
Зря я это написал. Я знаю, что он обещал сделать, если я проболтаюсь. Но я не могу хранить этот секрет. Эта ноша слишком тяжела.
Это лишь вопрос времени, когда я стану одним из них. И когда это случится, я хочу, чтобы кто-то знал, на чем он ездит. Что на самом деле скрывается под этим капотом.
Новые истории выходят каждый день
В телеграм https://t.me/bayki_reddit
На Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6
И во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit
Озвучки самых популярных историй слушай
На Рутубе https://rutube.ru/channel/60734040/
В ВК Видео https://vkvideo.ru/@bayki_reddit
На Ютубе https://www.youtube.com/@bayki_reddit
На Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6?tab=longs