Часть 1. ТЕБЕ НУЖНЫ ЭМОЦИИ
Алёна смотрела на экран, но буквы расплывались. В ушах снова звучал утренний спор с Дмитрием. Очередной. Ни о чем. О немытой чашке, о забытой дате, о том, что он перебивает. Пустяки, которые копились годами, как известковый налёт на кране, делая воду непригодной для питья.
Рука сама потянулась к телефону.
— Алло, солнышко! — голос Ирины был тёплым и густым, как мёд. — Что-то случилось?
— Всё. И ничего, — Алёна выдохнула, чувствуя, как комок в горле начинает таять. — Опять с Димой повздорили. Мне кажется, мы говорим на разных языках. Вернее, он меня уже даже не слышит.
— Рассказывай, — в голосе Ирины зазвучали нотки тихого, участливого внимания, которые заставляли Алёну раскрываться, как бутон под тёплым дождём.
И она выкладывала. Страхи, что молодость уходит, а она так и не узнала, что такое настоящая страсть. Сомнения: а вдруг это она сама всё испортила? И тень другого. Коллеги, Артёма. Его взгляд, который задерживался на ней чуть дольше положенного. Его шутки, от которых становилось тепло.
— Ты просто представь, — шептала Алёна, — он принёс мне кофе, когда я засиделась на работе. Сам, без просьбы. То самое, которую я люблю.
На той стороне провода наступила тишина, а затем Ирина сказала нежно, но очень чётко:
— А Дима когда в последний раз так делал? Когда в последний раз видел тебя, а не свою уставшую жену у плиты?
— Ну, Ир... Нельзя так.
— А почему нет? — голос подруги стал твёрже. — Ты же сама говоришь: он тебя не слышит, не ценит. Ты отдаешь ему лучшие годы, а что взамен? Скука и взаимные претензии. Алёна, ты — умная, красивая, ухоженная женщина. Ты заслуживаешь обожания, восхищения, а не игнорирования.
Эти слова падали на благодатную почву усталости и обид. Они звучали как горькая правда, а не как яд. Алёна слушала, и образ Артёма в её голове обрастал новыми красками. Из милого коллеги он превращался в спасителя, в человека, который видел ее.
Встречи с Ириной стали её терапией. За бокалом Алёна выплескивала новые подробности: Дима забыл про её выступление, Дима отказался от совместной поездки, Дима снова заснул, не дослушав её историю.
А Ирина лишь подливала масла в огонь, искусно направляя мысли подруги в нужное русло.
— Он тебя недостоин, — говорила она, поправляя свое идеальное каре. Её взгляд был полон мнимой боли за Алёну. — Ты будильник для него. Напоминание о быте. А ты — живая! Тебе нужны эмоции! Этот Артём... он же явно не случайно так внимателен.
— Но измена... Я не могу, — слабо сопротивлялась Алёна.
— Кто говорит об измене? — Ирина широко улыбалась. — Ты просто позволь себе немного счастья. Флирт, комплименты, лёгкость. Ты имеешь на это право. А там... жизнь покажет. Может, Дима очухается, когда почувствует, что может тебя потерять. А может... ты найдёшь того, кто будет ценить тебя по-настоящему.
Этот совет казался таким мудрым, таким взрослым. Бороться за своё счастье. И Алёна позволила. Сначала долгие чаты с Артёмом по вечерам, когда Дима смотрел телевизор. Потом «случайные» ланчи. Её сердце билось чаще, мир снова обрёл краски. Она делилась каждой эмоцией с Ириной.
— Он сказал, что я свожу его с ума своим смехом, — краснея, признавалась она.
— Видишь! — торжествовала Ирина. — Я же говорила. Ты расцвела! Это то, чего тебе не хватало.
Часть 2. ПРАВО НА СЧАСТЬЕ
Кульминацией стал корпоратив. Музыка, напитки, близость в полутьме. Артём прошептал: «Я не могу больше так. Ты не представляешь, как я хочу быть с тобой». И Алёна, с головой опьянённая вниманием и ядовитыми советами подруги, кивнула. Она уже почти не думала о Диме. Он стал фоном, помехой на пути к этому новому, ослепительному «счастью».
Она решила признаться. Не для того, чтобы разрушить семью, а чтобы «быть честной». Первым делом, конечно же, позвонила Ирине.
— Ир, я, кажется, готова быть с ним. Всё серьёзно.
На другом конце провода повисла не тишина, а странная, леденящая пауза.
— Поздравляю, дорогая, — наконец сказала Ирина. Голос её был ровным, но в нём исчезла вся прежняя теплота. — Ты приняла решение.
— Ты же меня поддерживала... всё это время. Спасибо тебе, — проговорила Алёна, чувствуя внезапную тревогу.
— Конечно. Я всегда поддерживала твоё право на счастье, — Ирина сделала едва уловимую смысловую паузу. — Знаешь, Дима звонил мне вчера. Он в панике. Чувствует, что ты отдаляешься. Плакал.
Алёна остолбенела.
— Ты... разговаривала с Димой? Обо мне?
— Естественно, милая. Он же мой друг. И он очень страдает. Мне за него больно. Он, конечно, не идеален, но он любит тебя по-своему.
В голове Алёны всё смешалось. Подруга, которая месяцами твердила о его никчёмности, теперь говорила о его любви и страданиях?
— Ира, я не понимаю... Зачем ты тогда всё это говорила? Зачем убеждала меня, что я заслуживаю другого?
Ещё одна пауза. Потом тихий, спокойный ответ, от которого кровь застыла в жилах.
— Я просто помогала тебе услышать себя. И, кажется, ты услышала. Желаю удачи с Артёмом. Он, кстати, известный донжуан, но, думаю, для тебя он сделает исключение. И, Алёна... Дима — он хороший человек. Жаль, что ты этого не разглядела. Прощай.
Связь прервалась. Алёна стояла с телефоном в руке, а дождь за окном превратился в сплошную стену. Вдруг, с крикливой ясностью, она вспомнила: год назад, на вечеринке, Димитрий отказался танцевать с Ириной, сказав что-то резкое про её навязчивость. Тогда Алёна не придала этому значения.
Теперь же каждая фраза, каждый «добрый» совет, каждый вздох подруги выстроились в идеальную, чудовищную мозаику. Это была не поддержка. Это была тонкая, филигранная работа по демонтажу её жизни. Ирина не утешала подругу. Она методично, шаг за шагом, подводила её к обрыву, чтобы с холодным любопытством посмотреть, как та шагнёт в пропасть.
И самое страшное было не в том, что она стояла на краю. Самое страшное было в том, что она сделала этот шаг сама, уверенная, что летит к солнцу.