**1. Заблудившийся мяч**
Солнце палило безжалостно, а море искрилось тысячами бликов. Я читал книгу, пытаясь отгородиться от шума. Вдруг в мой бок упруго ткнулся ярко-оранжевый пляжный мяч. Я поднял голову и увидел ее, бегущую по кромке воды. «Простите за беспокойство!» — крикнула она, смеясь. Ее волосы цвета темного меда развевались на ветру. Я встал, подобрал мяч и сделал несколько шагов навстречу. «Ничего страшного, — ответил я, — хороший пас». Она остановилась, улыбаясь, и вытерла ладонью лоб. «Мой племянник дерется как лев, но целится как пингвин». Мы оба рассмеялись. Я протянул ей мяч, и наши пальцы ненадолго соприкоснулись. «Ты часто здесь бываешь?» — спросила она, немного запыхавшись. Я покачал головой: «Первая поездка в этом году». Она кивнула на мое полотенце: «Вижу, вы цените тишину». Вдалеке мальчик звал тетю. «Мне пора, — вздохнула она, но не спешила уходить. — Спасибо за помощь». Я поймал момент: «Может, позже выпьете сок? Вон в той кафешке». Она задумалась на секунду, глядя на меня. «Да, думаю, это было бы неплохо». Мы договорились встретиться на закате. Она побежала назад, к мальчишке. Я смотрел ей вслед, и море вдруг показалось добрее. Солнце грело уже не кожу, а что-то внутри. Я вернулся к книге, но строки сливались. Все мысли были о ее улыбке и смехе. Обычный день превратился в ожидание. И это ожидание было сладким, как морской бриз. Весь остаток дня я ловил себя на улыбке. Пляж заиграл новыми красками. А оранжевый мяч стал символом удачи.
**2. Защита от солнца**
Я забыл крем от загара и уже начинал розоветь. Сидя под зонтом, я размышлял, стоило ли идти в лавку. Вдруг тень упала на меня. «Вы сгорите, если не намажетесь», — сказал мягкий голос. Передо мной стояла она в широкополой соломенной шляпе. В руке она держала почти полный тюбик крема. «Могу предложить помощь, — улыбнулась она. — Солнце сегодня коварное». Я смутился, но поблагодарил. Она присела рядом на песок, протягивая тюбик. «Я Алина, кстати». Я назвал свое имя, беря крем. Намазываться при ней было немного неловко. Она будто почувствовала это и отвернулась, глядя на море. «Прекрасный день, правда? Вода как парное молоко». Я согласился, растирая крем по плечам. Мы заговорили о погоде, о пляже, о том, как редко выпадают такие дни. Она оказалась художницей, приехала за эскизами. «Люблю рисовать людей, которые не позируют специально», — призналась она. Я пошутил: «Надеюсь, мой красный вид вас не вдохновит». Она рассмеялась: «Наоборот, очень жизненно». Она показала мне несколько набросков в блокноте. Там были чайки, старики, играющие в шахматы, и спящие дети. Ее мир был удивительно добрым. Мы проговорили больше часа. Она встала, отряхивая песок с платья. «Мне пора, свет становится идеальным для работы». Я вернул ей крем, поблагодарив еще раз. «Удачи с эскизами», — сказал я. «А вам — не сгореть», — кивнула она и ушла. Я смотрел, как ее шляпа удаляется вдоль берега. И пожалел, что не спросил, увидимся ли мы завтра.
**3. Совместный зонт**
На горизонте клубились тучи, но над пляжем еще сияло солнце. Внезапно налетел резкий порыв ветра и вырвал мой зонт из песка. Он покатился, подпрыгивая, прямо к воде. Я бросился вдогонку, но кто-то оказался проворнее. Девушка в бикини ловко поймала его у самой кромки прибоя. «Кажется, это ваш беглец?» — сказала она, возвращая зонт. Ее волосы были мокрыми от морских брызг. «Да, спасибо огромное! — выдохнул я. — Еще секунда — и он уплыл бы в Грецию». Она улыбнулась, и в уголках ее глаз собрались лучики морщинок. «Тогда бы у вас появился повод его догнать». Ветер снова усилился, и крупные капли упали с неба. «Похоже, ваш зонт сбежал не просто так, — заметила она. — Начинается дождь». Я быстро воткнул зонт обратно в песок. «Может, переждете под ним? Места хватит». Она кивнула и подсела. Мы сидели под барабанную дробь дождя по ткани, наблюдая, как пляж пустеет. Запах мокрого песка и моря был пьянящим. Она рассказала, что работает библиотекарем и обожает шум моря, потому что он похож на тишину. Это было парадоксально и красиво. Дождь кончился так же внезапно, как начался. Над морем повисла яркая радуга. «Вот и вознаграждение, — прошептала она, глядя на нее. — Редко видишь такую четкую». Мы вышли из-под зонта в уже влажный, но снова солнечный воздух. «Спасибо за укрытие, — сказала она. — И за компанию». «Это я должен благодарить, — ответил я. — Иначе зонт был бы уже в пути». Мы обменялись именами и, как будто не сговариваясь, пошли к кафе. Радуга таяла на глазах, но настроение оставалось ярким. Мы пили горячий шоколад и смеялись. А зонт, мокрый и песчаный, мирно ждал у входа.
**4. Общая мелодия**
Я лежал с закрытыми глазами, слушая плеер. Внезапно я осознал, что мелодия в наушниках дублируется где-то рядом. Я приподнялся на локте. Рядом сидела девушка и, напевая, собирала в сумку ракушки. Она пела ту самую песню, что звучала у меня в ушах. Я вытащил один наушник. «Простите, — сказал я, и она вздрогнула. — Но, кажется, у нас одинаковый музыкальный вкус». Она удивленно посмотрела на меня, потом на наушники. Поняв, рассмеялась. «Не может быть! Это же редкий бонус-трек!» Я кивнул и показал ей экран плеера. «Вы фанат этой группы?» — спросила она с искоркой в глазах. Оказалось, что мы оба помешаны на одном и том же инди-коллективе. Мы говорили о концертах, альбомах, текстах. Она оказалась кладезем знаний о раннем творчестве группы. Песок был теплым, а разговор таким увлекательным, что время пролетело незаметно. Я предложил ей послушать новый альбом вместе, у меня были запасные наушники. Мы сели спиной к солнцу и разделили музыку пополам. Она закрыла глаза, слушая, и я наблюдал, как она улыбается знакомым аккордам. Потом мы слушали ее плейлист. Она показывала пальцем на облака, говоря, что эта песня похожа на вот то кудрявое. Музыка связывала нас невидимой нитью. Когда солнце начало клониться к воде, мы наконец замолчали. «Спасибо, — сказала она тихо. — Обычно я слушаю музыку одна. Делиться ею — это особое ощущение». Я согласился. Мы обменялись контактами, чтобы скидывать друг другу находки. Она уходила, напевая нашу песню, а я смотрел ей вслед. Теперь у этой мелодии был новый, живой оттенок. И пляж навсегда стал для меня местом, где я нашел своего музыкального брата по духу. Точнее, сестру.
**5. Спасатель**
Я слишком далеко заплыл на надувном матрасе и не рассчитал силы. Обратное течение медленно, но неумолимо уносило меня вдоль берега. Я пытался грести, но безуспешно. В панике я оглянулся на пляж. Ко мне быстро плыла девушка в красной шапочке спасателя. Через минуту она была рядом. «Все в порядке, просто расслабьтесь! — крикнула она. — Держитесь за мой пояс!» Я послушно ухватился, и она мощными уверенными гребками потащила меня к берегу. На мелководье я встал, смущенный и благодарный. «Спасибо, я чувствую себя идиотом», — пробормотал я, отряхиваясь. «Пустяки, — улыбнулась она, снимая шапочку. — Такое случается. Главное — не паниковать». Она была стройной, но в ее плечах чувствовалась сила. «Вы каждый день здесь дежурите?» — спросил я, идя рядом, пока она несла матрас. «Три раза в неделю, — ответила она. — Люблю эту работу». Я купил две бутылки холодной воды и протянул одну ей. Она приняла с благодарностью. Мы сели у ее вышки, и она рассказала несколько забавных случаев. О том, как спасала собаку, как мирила дерущихся детей. В ее историях не было геройства, только спокойная доброта. Я смотрел на море, которое только что казалось угрозой, а теперь снова было ласковым. «Вы меня сегодня спасли в прямом смысле, — сказал я. — Разрешите отблагодарить вас ужином?» Она засмеялась: «Это не входит в протоколы спасения». Но потом задумалась. «Хотя почему бы и нет? После смены я свободна». Мы договорились встретиться у кафе на пирсе. Я ушел, оставив свой злополучный матрас. Вечером, за столиком, она была уже в платье. И море, тихо шумевшее рядом, больше не было нашим общим врагом, а стало союзником.
**6. Запутанные наушники**
Я пытался распутать длинные белые наушники, которые превратились в тугой клубок. Сидел и злился, тыкая пальцами в узлы. «Нужна помощь?» — раздалось рядом. Я поднял голову. Девушка в очках с большими линзами смотрела на меня с улыбкой. «Я видела, как вы боретесь с этим змеиным клубком минут десять. Я эксперт по распутыванию». Я сдался и протянул ей наушники. Она села рядом, и ее пальцы принялись ловко разделять провода. «Секрет в том, чтобы найти начало, а не тянуть, — объясняла она. — Как в жизни». Я смотрел, как под ее пальцами хаос превращается в порядок. «Вы волшебница», — констатировал я. «Просто много практики, — скромно ответила она. — Я реставратор, работаю со старыми тканями и нитками». Она рассказала, как восстанавливает древние гобелены и кружева. Ее речь была тихой и увлеченной. Я слушал, завороженный. Наушники были уже почти распутаны. «Вот и все, — она торжественно протянула их мне. — Работает?» Я воткнул штекер в телефон — да, идеально. «Не знаю, как вас отблагодарить». «Расскажите, что вы такого важного слушали, что так торопились», — предложила она. Я показал ей подкаст об истории мореплавания. Ее глаза загорелись. «О, это совпадение! Я как раз реставрирую паруса старого брига». Мы снова погрузились в разговор. Оказалось, мы оба любим истории о старине. Она показала фотографии своей работы на телефоне. Я был поражен тонкостью и терпением. Мы просидели до вечера, и разговор тек сам собой. Когда стемнело, она посмотрела на часы. «Мне пора, завтра ранний выезд на корабль». Мы обменялись визитками. «Если будете рядом с музеем, заходите, покажу эти паруса живьем», — сказала она на прощание. Я шел по темному пляжу с идеально распутанными наушниками в кармане. И с чувством, что распуталась какая-то одна, очень одинокая нить в моей жизни.
**7. Песчаный замок**
Я наблюдал, как маленькая девочка старательно лепит замок у воды. Волна набежала и уничтожила башню. Девочка расплакалась. Ко мне подошла женщина, видимо, ее мама. «Извините, — сказала она с усталой улыбкой. — Катастрофа вселенского масштаба». Я улыбнулся в ответ. «Может, нам всем вместе его восстановить? У меня есть ведерко». Она с благодарностью кивнула. Мы втроем сели строить новый, более крепкий замок. Звали девочку София, а маму — Маргарита. Мы копали рвы, строили стены, украшали ракушками. Маргарита оказалась архитектором. Она с азартом объясняла принципы устойчивости песчаных сооружений. Я слушал, поддакивал и таскал воду. София была счастлива. Замок вырос огромный, с бастионами и каналами. «Теперь он выдержит любое цунами», — торжественно заявил я. Мы сидели, любуясь работой, пока София бегала вокруг. Мы разговорились о простых вещах: о городе, о работе, о том, как здорово иногда быть ребенком. В ее глазах была тихая грусть, которую я не сразу понял. Потом она рассказала, что они здесь вдвоем, папа Софии в длительной командировке. Я почувствовал, что наше случайное сотрудничество было для нее глотком обычного человеческого общения. Солнце садилось, пора было собираться. «Спасибо вам, — сказала Маргарита, собирая вещи. — Вы сделали наш день волшебным». «Это взаимно», — ответил я честно. София обняла меня за ногу. «Приходи завтра, будем строить дворец!» Маргарита смущенно улыбнулась. «Если вам будет скучно…» «Я приду», — быстро сказал я. Я смотрел, как они шли по песку, держась за руки. И этот песчаный замок был не просто кучей песка. Он был крепостью, которую мы построили за один день. Хрупкой, временной, но очень настоящей.
**8. Потерянная книга**
Я нашел книгу, лежавшую на пустом шезлонге. Старое издание Экзюпери, потрепанное, с закладками. Я открыл ее и увидел надпись на форзаце: «Маше. Летать можно и сидя на земле». Я огляделся. Неподалеку женщина что-то искала в сумке. «Вы ищете книгу?» — спросил я, подходя. Она взглянула и облегченно выдохнула. «Да! Я уже думала, что ее унесла чайка. Спасибо!» Я протянул ей книгу. «Красивая надпись», — заметил я. «Мой дед, — просто сказала она. — Он был летчиком». Мы разговорились. Она оказалась пилотом гражданской авиации, сейчас в отпуске. История ее жизни была похожа на приключенческий роман. Я слушал, раскрыв рот, задавая глупые вопросы о небе. Она смеялась и терпеливо объясняла. «А вы не боитесь высоты?» — поинтересовался я. «Только глубины, — ответила она, указывая на море. — Вот это для меня загадка». Я предложил пойти искупаться, чтобы развеять страх. Она согласилась после недолгих колебаний. Вода была теплой и нежной. Мы плавали недалеко от берега, и я показывал ей, как легко держаться на воде. Она постепенно расслабилась. «Кажется, вы мой спасатель сегодня, — сказала она, стоя по грудь в воде. — Сначала книгу, теперь от страха». «Всегда пожалуйста, — улыбнулся я. — Может, за это расскажете, на что похожи облака сверху?» Мы вышли на берег и сели обсыхать на теплом песке. Она рассказывала о небе, а я смотрел на нее и думал, как странно: она парит над землей, а боится морской глубины. А я, завязавший мечтатель, нашел ее книгу о полетах. Мы договорились встретиться завтра, и я обещал показать ей лучшие места для снорклинга. Она ушла, крепко прижимая к груди потрепанный томик. А я остался смотреть на небо, которое вдруг стало казаться ближе и дружелюбнее.
**9. Фотограф**
Я увидел, как она долго ищет ракурс для снимка старой лодки. Перебегала с места на место, щурясь в видоискатель. «Если присесть вот здесь, — не удержался я, — будет видна трещина на корпусе, а за ней — море. Получится история». Она повернулась, удивленная. Присела, куда я указал. «Вы правы, — сказала она через мгновение. — Идеально. Вы фотограф?» «Нет, просто люблю наблюдать», — признался я. Она представилась Катей и сказала, что снимает серию о забытых вещах у моря. Мы пошли вдоль берега, и она показывала мне свои находки: сломанный якорь, выбеленные солнцем доски, ржавый колокол. Ее взгляд превращал хлам в артефакты. Я помогал ей носить сумку с объективами. Она рассказывала о свете, композиции, мгновениях. Я впитывал каждое слово. Потом она вдруг повернула объектив на меня. «Не надо!» — засмеялся я, отворачиваясь. «Почему? Вы — часть этой истории сейчас. Наблюдатель, ставший участником». Щелчок затвора прозвучал как точка. Она показала снимок. На фото я был неловким, но улыбка вышла искренней. «Хороший кадр», — признал я. «Можно я пришлю вам его?» — спросила она. Мы обменялись почтой. Потом сидели на пирсе, болтая ногами над водой. Она оказалась удивительно глубоким и ироничным человеком. Когда солнце коснулось горизонта, она начала собираться. «Спасибо за помощь и за совет, — сказала она. — И за компанию». «Спасибо за взгляд на мир через объектив, — ответил я. — Теперь я буду видеть больше». Она ушла, а я остался смотреть на закат, который теперь казался не просто красивым, а полным смысла. Как картина, которую нужно правильно кадрировать. На следующее утро в моем inbox лежало письмо с тем самым фото. В теме было одно слово: «Начало».
**10. Шахматы под пальмой**
Под раскидистой пальмой сидели два старика и играли в шахматы на переносной доске. Я остановился посмотреть. «Молодой человек, садитесь, — сказал один из них. — Следующая партия ваша». Я сел на песок. Моим противником оказалась она. Она подошла, улыбаясь, и представилась внучкой одного из дедов. «Готовьтесь к поражению, — пошутила она, расставляя фигуры. — Меня учил чемпион». Мы начали играть. Она играла смело и нестандартно. Я был вынужден собраться. Дед подсказывал ей, а второй дед — мне. Получился веселый командный турнир. Мы смеялись над ошибками и аплодировали удачным ходам. Ее звали Викой. Она рассказала, что приехала на неделю навестить деда, который живет у моря круглый год. Партия затянулась. В итоге я поставил мат, но с трудом. «Ничего, в следующий раз отыграюсь», — заявила она без тени обиды. Дед предложил всем мороженого. Мы пошли к киоску вчетвером. Потом сидели и ели холодное лакомство, слушая байки стариков о море. Вика переглядывалась со мной, и мы улыбались. Она оказалась студенткой-океанологом. Ее рассказы о морских глубинах завораживали. Дед смотрел на нее с гордостью. Потом дедам нужно было идти на обед, и они ушли, оставив нас вдвоем. «Спасибо за игру, — сказала Вика. — Дед давно так не оживлялся». «Это вам спасибо, — ответил я. — Давно не получал такого удовольствия от шахмат». Мы молча посидели, глядя на море. «Ты здесь надолго?» — спросила она. «На неделю». «Значит, есть время для реванша?» — в ее глазах играли озорные искорки. «Обязательно, — кивнул я. — Завтра, здесь же?» «Договорились», — сказала она. Мы попрощались, и я пошел к воде. Я чувствовал вкус мороженого на губах и легкое волнение в груди. Как перед началом интересной партии, ходы которой еще неизвестны.
**11. Ныряльщик за очками**
Волна сбила с меня очки, и они исчезли в зеленоватой пучине. Я растерянно стоял по пояс в воде, плохо видя. «Потеряли что-то?» — спросил голос рядом. Я объяснил. «Не двигайтесь, — сказала она. — Я их найду». Она сделала глубокий вдох и нырнула. Это была девушка с длинной темной косой. Я смутно видел ее силуэт под водой. Она всплывала за воздухом и ныряла снова. Через несколько попыток она вынырнула с триумфом, держа в руке мои очки. «Вот! Они уцелели». Я надел их, и мир обрел четкость. Передо мной стояла она, вытирая лицо, счастливая и сияющая. «Вы невероятны! Как вам это удалось?» «Я занимаюсь фридайвингом, — ответила она, отряхивая воду с косы. — Для меня это разминка». Я был поражен. Мы вышли на берег, и я купил ей кокос в благодарность. Она рассказала, что приехала тренироваться, готовится к соревнованиям. Ее мир был миром тишины, задержанного дыхания и глубины. Я слушал, завороженный. Она показала мне свои ласты и маску, объясняя их особенности. Потом предложила: «Хотите, покажу вам подводный мир там, на рифе? У меня есть запасная маска». Я, конечно, согласился. Мы поплыли к небольшому рифу недалеко от берега. Держась за руку, она вела меня за собой. Под водой был другой мир: тихий, яркий, полный жизни. Она указывала на рыбок и ракушки. Я чувствовал себя космонавтом, которого ведет опытный проводник. Это был самый волшебный час в моей жизни. На берегу мы долго смеялись, вспоминая мои удивленные глаза под водой. «Спасибо за экскурсию, — сказал я искренне. — Я никогда этого не забуду». «И вам спасибо за повод лишний раз нырнуть», — улыбнулась она. Мы договорились встретиться завтра, и она пообещала показать мне грот. Я шел по пляжу, и песок хрустел под ногами. А в ушах еще стояла тишина подводного царства. И я думал о том, что иногда, чтобы увидеть мир четко, нужно сначала его потерять. А потом найти с помощью того, кто видит его лучше тебя.