Марина открыла глаза и сразу поняла — снова. Снова этот внезапный толчок, выбрасывающий из сна в реальность, словно кто-то нажал невидимую кнопку тревоги. Сердце билось где-то в горле, дыхание сбивалось, хотя открытое окно впускало в московскую квартиру прохладный майский воздух.
Часы на прикроватной тумбочке показывали 1:47. Всего полтора часа она успела проспать.
— Опять, — прошептала женщина в темноту.
Марине пятьдесят семь, и последние три года её жизнь делится на две части: дневную, когда она старается казаться нормальной, и ночную, когда приходится признать — что-то идёт не так. Бессонница стала её постоянной спутницей, молчаливой и бесцеремонной, которая приходит без приглашения и уходит, когда сама захочет.
Рядом храпел муж Виктор. Шестьдесят два года, гипертония, проблемы с сердцем, лишний вес — но спит как младенец. Засыпает мгновенно, едва коснувшись подушки. Марина смотрела на его раскинутую фигуру с чувством, в котором смешались зависть, раздражение и какая-то горькая нежность.
Она встала, накинула халат и прошла на кухню. Не включая свет — чтобы окончательно не проснуться — налила воды. Постояла у окна, глядя на спящий район. Новостройки напротив погрузились во тьму, только редкие окна светились — наверное, у кого-то ещё дети не спят или тоже мучает бессонница.
— Почему я? — тихо спросила она своё отражение в стекле.
Марина перепробовала всё. Прогулки перед сном, травяные чаи, медитации из приложений, строгий режим. Проходила полное обследование в платной клинике — врачи разводили руками: для вашего возраста всё в норме. Участковый терапевт утешала:
— Знаете, сейчас каждый второй жалуется на проблемы со сном. Это современная жизнь.
Но от этих слов не становилось легче. Марина чувствовала, как с каждой бессонной ночью уходят силы. Простуды стали частыми гостями, работа давалась труднее, настроение качалось, как маятник.
Она вернулась в комнату и легла на диван в гостиной — подальше от Викторова храпа. Закрыла глаза и попыталась расслабиться. Думала о дочерях: Вера живёт в Санкт-Петербурге с семьёй, Таня работает менеджером в крупной компании, постоянно в делах. Обе звонят, беспокоятся, но издалека. Марина никогда не рассказывает им о бессоннице — зачем волновать?
Мысли начали разбегаться. Завтра совещание, надо выглядеть хорошо, а у неё опять будут синяки под глазами. Надо бы на дачу съездить, давно не была. Виктор не поедет — будет ворчать, что устал, что здоровье не то. Лучше на такси махнуть, спокойнее.
Виктор вообще в последнее время стал каким-то чужим. Вечно недовольный, раздражённый. Приходит с работы, поужинает молча и ложится спать. Разговоров почти нет. Близости тоже давно нет — и Марину это даже устраивает, слишком устаёт.
— Что же я делаю со своей жизнью? — прошептала она в темноту.
Голова начала гудеть. Марина поднялась, чтобы выпить воды, и вдруг почувствовала резкую тяжесть в висках. В ванной включила свет — правый глаз налился кровью.
— Капилляр лопнул, — констатировала она спокойно, словно речь шла не о ней.
Давление оказалось 165 на 85. При обычных 110 на 70 это было много. Марина выпила таблетку, прилегла, но через полчаса давление поднялось до 180 на 90. Руки задрожали — а если инсульт?
Она вызвала скорую. Бригада приехала через двадцать минут. Врач — усталая женщина лет сорока пяти — осмотрела Марину и покачала головой:
— Давление уже снижается. Надо было подождать, чтобы таблетка подействовала. Зачем сразу скорую?
Марина извинялась, чувствуя себя виноватой, что потревожила людей. Врач молча собрала чемоданчик и ушла. Виктор продолжал спать.
А на улице уже светало. Небо на востоке розовело, птицы начали перекличку. Марина почувствовала, как с рассветом отступает ночной ужас. Она легла на диван и мгновенно провалилась в сон.
В половине седьмого зазвонил будильник. Голова была тяжёлая, тело ватное. Марина посмотрела в зеркало — под глазами чёрные круги, лицо серое. Виктор прошёл мимо в ванную, бросив укоризненный взгляд.
После очередной такой ночи Марина сдалась. Нашла в интернете психотерапевта — Фёдора Тимофеевича, врача с тридцатилетним стажем. Выбирала долго, читала отзывы, смотрела, где учился — хотела специалиста старой школы, а не тех, кто прошёл трёхмесячные курсы онлайн.
Первая встреча разочаровала. Доктор — невысокий седой мужчина с бородкой — ничего не советовал, не выписывал лекарств. Только спрашивал. О жизни, о семье, о том, что её тревожит, о чём думает по ночам.
— Вам нравится ваша жизнь? — спросил он как-то просто.
— Нет, — призналась Марина.
— Кто должен её изменить?
— Наверное, я...
— Почему же вы ничего не делаете?
Эти вопросы казались элементарными. Ответы были очевидны. Но именно они заставили Марину увидеть то, от чего она годами отворачивалась.
Она развелась с Виктором через два месяца терапии. Муж назвал её предательницей, эгоисткой, обвинил в том, что бросила его больного. Но Марина впервые за долгие годы почувствовала облегчение.
Бессонница не ушла совсем — такие вещи не лечатся мгновенно. Но Марина перешла на удалённую работу, стала планировать день сама. Если просыпалась ночью — читала, а не лежала в тревоге. Изменила отношение: это просто её особенность, а не болезнь.
И иногда — не часто, но бывает — она спит всю ночь напролёт. Просыпается отдохнувшей и понимает: жизнь стала другой. Наконец-то её собственной. Стоило только принять рад решений, самым сложным из которых было - отказаться от всего, что не нравится, что в тягость, что приводит силы в упадок. А этих "друзей" за годы жизни, которая стала не в радость, накопилось ой как много.
Зачем мы копим то, что нас разрушает? Почему ничего не меняем годами? Как считаете? Поделитесь в комментариях, что вы в своей жизни кардинально поменяли, поняв, что вас давно не устраивает или, что страшнее, разрушает?