— Ты опять извинилась так, что мне стало виновато, Ксения
Ксения всю ночь держалась.
Не поправляла. Не проверяла. Не вытаскивала из Игоря “нормальный разговор”.
А утром всё развалилось из-за одного короткого уведомления — и того, как она умеет “правильно” извиняться.
Часть 1
В 07:42 Игорев телефон пискнул на тумбочке. Экран мигнул — и Ксения, даже не желая, успела прочитать:
«Марина (психолог): “Если накроет — напиши. Восемь вдохов. Не геройствуй”»
Игорь тут же смахнул уведомление, будто это реклама.
Ксения села в постели. Голос у неё вышел тихий, но в нём уже был металл.
— Значит, “по делам” — это вот так называется.
Игорь натягивал носки. На большом пальце — маленькая дырка. Ксения заметила её и взбесилась ещё сильнее: раньше она бы просто купила новые. Молча. Правильно.
— Ксю… — Игорь не поднял глаз. — Не надо.
— Не надо — чего? — Ксения улыбнулась без улыбки. — Дышать рядом с тобой?
Игорь замер. Потом медленно положил телефон на тумбочку и посмотрел прямо.
— Я не к другой. Я к тому, чтобы не сорваться.
И это звучало честно. Но честность не спасала, когда внутри у Ксении уже горело: “всё опять мимо меня”.
Часть 2
Он вышел в коридор, сунул руки в рукава куртки. Тонкой, как всегда — словно не собирается долго стоять под разговором.
— Куда ты сейчас? — спросила Ксения, уже босиком на холодном полу.
— В офис. Потом — к Марине. Да, к психологу. С утра меня чаще накрывает.
Ксения выдохнула резко.
— Удобно. Тебя накрывает — ты уходишь. Меня накрывает — мне “не начинай”.
Игорь закрыл глаза на секунду.
— Вот. Слышишь? — сказал он тихо. — Ты сейчас не говоришь со мной. Ты ставишь мне оценку.
Ксения хотела бросить: “а ты что, святой?” — но вдруг поймала себя на том, что уже готовит фразу, после которой ему станет “виновато”.
Он вышел. Замок щёлкнул мягко.
И Ксения осталась на кухне с чайником, который даже не кипел, и с ощущением, что опять проиграла — хотя никто не соревновался.
Часть 3
Днём она полезла в его куртку — не “шпионить”. Просто… привычка: проверить карманы перед стиркой.
Пальцы нащупали картонку. Плотную, как банковская.
На ней, печатными буквами, было написано:
**“Упражнение: ИЗВИНИТЬСЯ БЕЗ ‘НО’
- Мне жаль, что я…
- Я понимаю, что тебе…
- Я сделаю иначе: …”**
Ксения стояла с этой карточкой и чувствовала, как у неё горит лицо.
Не от злости.
От стыда.
Потому что это был не “список как со мной разговаривать”. Это была его попытка — удержаться рядом и не сломаться.
Она положила карточку обратно. Аккуратно. Как будто это чужая рана.
Села за стол и впервые за долгое время написала сообщение не “в голову”, а на бумаге — чтобы не сорваться в привычное:
“Мне жаль, что я напала утром. Я понимаю, что ты пугаешься. Я попробую говорить тише.”
И тут же захотела добавить: “НО ты тоже…” — язык чесался.
Ксения сжала ручку так, что побелели пальцы.
Не добавила.
Часть 4
Вечером, перед его возвращением, она решила: скажет вживую. Не письмом. Не красивым монологом. Две фразы — и всё.
И, чтобы не сбежать, записала голосовое. Для себя. На диктофон. Репетиция.
— Игорь, мне жаль, что я напала… — начала она и тут же сорвалась на привычное: — я просто…
Она остановила запись. Стерла. Записала снова.
Третий дубль вышел почти нормально.
И вот тут телефон дёрнулся — и голосовое улетело не туда.
Ксения смотрела на экран и не верила глазам.
Отправлено в рабочий чат: “Отдел. Планёрка”.
На секунду мир стал ватным.
Через полминуты в чате всплыло:
Оля: “Ксю, ты чего 😳”
Дима: “Это кому?…”
Начальник: “Ксения, после 18:00 такие сообщения — не сюда”.
Ксения почувствовала, как у неё похолодели руки. Хотелось провалиться под плитку.
Вот он — её кошмар: быть не умной, не собранной, не “правильной”. Быть смешной. Голой.
Она быстро написала:
«Извините. Ошибка. Удалила».
Но интернет не удаляет стыд.
Ксения сидела, глядя в экран, и понимала: сейчас ей придётся прийти домой и не строить вид “всё под контролем”. Потому что контроля больше нет.
Часть 5
Игорь вошёл в 21:11. Куртку, как всегда, повесил на стул — крючка так и не появилось, и этот стул стал символом “пока”.
Ксения сразу сказала:
— У меня сегодня был позор.
Игорь остановился.
— Что случилось?
Она молча протянула телефон. Там был скрин чата. Короткий. Жёсткий.
Игорь посмотрел, потом тихо выдохнул.
— Ты отправила…
— Да. Я репетировала извинение, — голос у неё дрогнул. — И отправила на работу. Там теперь все знают, что я… что я умею говорить “мне жаль”.
Игорь не засмеялся. Не сказал “подумаешь”. Он просто кивнул — как человек, который понимает цену.
— Тебе стыдно, — сказал он.
Ксения резко подняла глаза.
— Да.
Пауза. Та самая.
Игорь тихо сказал:
— Спасибо, что не сделала вид, что всё нормально.
Ксения проглотила ком. Вот оно. Он остаётся в разговоре. Не уходит.
И она поняла: если сейчас добавит “но” — всё снова рухнет.
Часть 6
— Игорь, — сказала Ксения и заставила себя не ускоряться, не делать голос “начальника”. — Мне жаль, что утром я напала. Мне жаль, что я из страха стала злой.
Она замолчала. Не добавила оправдания.
Игорь смотрел внимательно, будто проверял, не будет ли крючка.
— И я понимаю, — продолжила она, — что тебе страшно повторения. Я… не обязана понимать идеально. Но я вижу, что ты пытаешься. И мне жаль, что я это обесценила.
Снова пауза.
Игорь положил ладонь на стол. Не к ней — просто на стол. Жест заземления.
— Вот так… — сказал он. — Так можно.
Ксения выдохнула. Почти облегчение — и тут же тревога:
— Ты… принимаешь?
Игорь покачал головой. Не жестоко. Честно.
— Я слышу. Это важно. Но принять — не значит, что мне сразу спокойно. Мне нужно время, Ксю.
Ксения хотела сказать: “Время — это сколько?” — и прикусила язык.
Вместо этого кивнула.
— Хорошо.
Он посмотрел на неё и вдруг добавил:
— И ещё. Не говори “прости, но”. Пожалуйста. Это режет сильнее тона.
Ксения кивнула снова — и впервые это было не “я согласилась, потому что правильно”, а “я согласилась, потому что страшно потерять”.
Они молчали. Но это молчание было не “ок” и не “потом”. Это было “мы здесь”.
Напишите в комментариях: вам легче извиниться или принять извинение не сразу?
Подпишитесь на канал. В следующей истории Ксения попробует сделать то, что для неё ещё труднее, чем “мне жаль”: попросить — и выдержать, если ей ответят не так, как она хотела.
