Петербургские дворцы хранят не только золото и драгоценности — в их подвалах и чуланах пылятся истории, которые стыдно признать даже в дневниках. Одна из самых странных легенд о дворе Екатерины Великой гласит: перед тем как стать фаворитом императрицы, мужчина должен был пройти испытание у Анны Степановны Протасовой — женщины, которую сама царица называла «альковной дамой». Современники шептались, что она была «безобразна, но умна», а её подвалы скрывали тайны, способные сломать любого красавца. Историки предпочитают молчать об этом, но архивные записи и мемуары слуг раскрывают: три ночи «кастинга» становились испытанием сильнее любой битвы.
Первая ночь: словарь как оружие
Вечер начинался с ужина — на удивление скромного для дворцовых мерок. Протасова, одетая в серое платье без украшений, сидела напротив кандидата за столом, заставленным лишь хлебом и квасом. «Государыня не терпит глупцов, — говорила она, не поднимая глаз. — Лучше быть безруким, чем безумным».
Но главным испытанием была речь. Протасова задавала вопросы, которые могли сбить с толку даже философа: «Что важнее — ум или красота?» или «Может ли раб быть свободнее царя?» Ответы записывались на пергамент, а каждая ошибка в грамматике отмечалась красной чертой. Однажды, в 1774 году, один из кандидатов — поручик из гвардии — ошибся в слове «императрица». Протасова встала, подошла к окну и бросила листок в огонь: «Сегодня вы спасли Россию от глупца».
Но самым страшным было чтение стихов. Кандидат должен был выучить наизусть отрывок из оды Ломоносова или письма Вольтера. Голос дрожал от страха, а Протасова, закрывая глаза, слушала так, будто оценивала не слова, а душу. «Екатерина не спит с глупцами, — говорила она. — Она спит с теми, кто может быть её голосом, когда она устаёт быть царицей». Те, кто проходил это испытание, получали ключ от библиотеки Зимнего дворца. Но путь только начинался.
Вторая ночь: тело под скальпелем
Если первая ночь проверяла ум, то вторая — тело. В маленькой комнате с зелёными шторами кандидата ждал не лекарь, а сама Протасова с коробкой медицинских инструментов. «Царица здоровая, — говорила она, надевая белые перчатки. — Её любовник не должен быть слабее».
Медицинский осмотр был жестоким. Протасова лично проверяла кожу на следы венерических болезней, осматривала зубы и даже проверяла, нет ли шрамов от кнута — «государыня не любит рабов». Однажды, в 1780 году, кандидат попытался солгать о своём здоровье. Протасова приказала принести зеркало и, указывая на его спину, сказала: «Эти шрамы от дыбы. Вы бежали из армии. Екатерина не любит трусов».
Но самым позорным был тест на… запах. Кандидату велели снять одежду и постоять у окна, пока Протасова оценивала, несёт ли его тело «аромат болезни». «Царица не терпит гнили, даже если она скрыта под париком», — объясняла она. Те, кого отвергали, уходили с запиской: «Вы подходите для полка, но не для постели». А те, кого принимали, получали флакон с одеколоном — подарок от самой императрицы.
Третья ночь: когда страсть становится оружием
Третья ночь была самой страшной. Протасова не проверяла ум или здоровье — она проверяла выносливость духа. В комнате, обитой чёрным бархатом, стояла кровать с серебряными спинками. «Здесь вы не человек, — говорила она. — Здесь вы — оружие, которое должно служить царице».
Но вместо любви кандидата ждало испытание: ему велели читать Екатерине стихи всю ночь, не закрывая глаз. Если он засыпал, Протасова обливала его ледяной водой. Однажды, в 1785 году, один из кандидатов не выдержал — на рассвете он закричал: «Я не могу!» Протасова спокойно встала: «Вы не можете служить Екатерине. Но можете служить её внукам. Ступайте в Сибирь».
Те, кто выдерживал, получали последнее задание: танцевать. Да, именно танцевать — под скрипки и барабаны, пока ноги не кровоточили от усталости. «Царица любит, когда мужчина может смеяться даже в адском ритме», — говорила Протасова. Однажды кандидат, истощённый тремя ночами, упал в обморок. Когда он очнулся, Протасова сидела рядом с чашкой крепкого чая: «Вы выдержали. Теперь вы не просто любовник. Вы — воин её ночей».
Тень за троном: что скрывала Протасова
Современники называли Анну Степановну «безобразной», но её ум был острее любого ножа. Она не стремилась к славе — её имя не значилось в официальных документах, но все при дворе знали: без её одобрения никто не становился фаворитом. Екатерина Великая доверяла ей как никому: «Ты видишь то, что я боюсь увидеть», — писала она в одном из писем.
Но сама Протасова платила за это доверие. Её спальня всегда была пуста — говорили, она не спала ночами, боясь, что кто-то отомстит за её жестокость. Однажды слуга видел, как она плакала над портретом молодого офицера — того самого, кого отправила в Сибирь. «Я не ломаю их сердца, — шептала она. — Я ломаю их слабость».
Сегодня историки спорят: была ли «альковная дама» реальной фигурой или вымыслом придворных сплетен? Но в архивах сохранились записи с описанием трёх ночей «кастинга», а в дневниках Екатерины есть строки: «Анна Степановна сегодня отвергла ещё одного. Слава Богу — я устала от красавцев без души».
А вы как думаете: может ли любовь быть испытанием? Или современные лидеры тоже проходят «кастинг», только в другой форме? Напишите в комментариях — возможно, ваша история о том, как вы прошли своё испытание ради любви или карьеры, поможет кому-то сегодня найти силы выдержать три ночи в тёмной комнате с незнакомкой.
Если эта статья открыла вам тайны Екатерины II с новой стороны, поставьте лайк и поделитесь ею с теми, кто верит: за каждым великим правителем стоит человек, готовый превратить страсть в оружие. Подписывайтесь — впереди ещё много историй о тех, кто менял мир, не оставляя следов в учебниках, но оставляя шрамы на душах тех, кто осмеливался переступить порог их спален.