На одной из берёз недалеко от заимки Агафьи Лыковой осталась простая, но трогательная надпись: «Агафья, моли Бога о нас».
Она появилась, благодаря охотнику и проводнику Ерофею Седову — одному из немногих людей, которым Агафья по-настоящему доверяла. Эту просьбу он оставил ,как личное обращение к отшельнице, чья вера для многих стала примером.
Глубоко в саянской тайге, где воздух прозрачен, а тишина звенит, как натянутая струна, стоит на склоне горы неприметная избушка.
К ней ведёт едва заметная тропа, которую знают лишь ветер, звери да редкие путники.
Неподалёку, у самого края лесной прогалины, растёт старая берёза. Её кора, испещрённая шрамами от времени и непогоды, хранит одну-единственную человеческую просьбу.
Кто-то острым ножом или просто обожжённой палкой вывел на светло-серебристой бересте слова. Они не кричат, а словно тихо просятся в душу: «Агафья, моли бога о нас».
Буквы неровные, будто выводились дрожащей от волнения или усталости рукой.
Эта надпись — не памятная табличка и не официальное послание. Это сокровенный шёпот одного сердца, обращённый к другому.
Она говорит о многом. О том, что даже здесь, в глухой таежной глуши, где, казалось бы, человек остаётся наедине с суровой природой, живёт незримая связь между людьми. Прохожий — быть может, усталый охотник или такой же искатель уединения — увидел дымок из трубы Агафьиной избушки.
Он не посмел потревожить её молитвенного уединения, не стал стучаться в дверь.
Но, глядя на этот крохотный островок стойкой веры посреди бескрайнего леса, он почувствовал и своё одиночество, и свои сомнения, и свою надежду.
И тогда родились эти простые слова. Они — мост между миром и отшельницей, между суетой и тишиной, между слабостью многих и силой одной.
«Моли бога о нас» — в этой просьбе нет зависти к её непростому выбору, нет просьбы о материальной помощи.
Есть смиренное признание: «Твоя вера крепче, твоя молитва чище. Помяни и нас, заблудших и суетных, там, где ты говоришь с Богом».
Берёза с этой надписью стала немым алтарём под открытым небом, местом, где любой может мысленно присоединиться к этой просьбе.
Дожди будут пытаться смыть буквы, мороз — стянуть кору, но смысл её уже не исчезнет. Он витает в самом воздухе этого места, где живёт женщина, ставшая для многих живой легендой и немым укором, символом невероятной стойкости человеческого духа.
Ерофей Седов был не просто соседом — он стал важным связующим звеном между Агафьей и внешним миром.
Он помогал ей с хозяйством и, что очень важно, передавал её просьбы и письма, когда ей требовалась помощь.
Именно через него, например, Агафья отправила самодельную рубашку в подарок президенту России.
Доверие, которое оказывала ему отшельница, делает историю с надписью особенно личной и достоверной.