...я тогда моложе,
я лучше, кажется, была...
Не самые спокойные времена, 90 годы. Я работала в газете-толстушке. Мы гордо называли её еженедельником, и по факту почти что так и было: в каждом из богато иллюстрированных цветных номеров, выходящих дважды в неделю, материалов вполне хватило бы на не слишком толстый журнал. Кроме российских и региональных новостей, мы регулярно выдавали на гора экономические и политические обзоры, статьи, очерки, фельетоны, рассказывали о людях, живущих рядом, об истории города, о расположенных рядом усадьбах и исторических местах, беседы с ветеранами и молодежью, освещали спортивные и культурные события, рассказы о местных предприятиях, интервью, и прочая, и прочая.
А ещё в каждом номере обязательно было приложение. Упомяну только несколько: литературные чтения, беседы о науке, домашние заботы, наши дети, рецепты для всей семьи, сад и огород, домашние животные, спортивная смена, в городском обществе ветеранов, путешествия... Это навскидку, вообще-то их было больше. Мне самой было интересно читать каждый новый номер, всегда находилось что-то неожиданное и прелюбопытное.
И все материалы готовились очень небольшим количеством сотрудников. Всех можно было по пальцам двух рук пересчитать, вместе с верстальщиком и бухгалтером.
Я пришла репортёром, но очень быстро начала писать очерки и рассказы о людях, потом брать интервью, а потом глазом не успела моргнуть, как оказалась редактором экономического отдела и зам главного редактора... И все у нас так - приходили, чтобы освещать определенную тему, но очень быстро становились многостаночниками, поскольку людей категорически не хватало. Один спортивный обозреватель ухитрился писать только о спорте и соревнованиях (железный был дед!) - впрочем, и он начал в конце концов брать интервью у тренеров и игроков и писать об истории команд, а не только о матчах.
Да .. людей не хватало, и объем работы плохо соответствовал штатному расписанию городской газеты - дело в том, что таким крутым, как я описала, издание не было изначально. Когда я только пришла, там была обычная городская газетка с одним разворотом, которую даже киоски Союзпечати (тогда они ещё стояли на каждом углу) брали неохотно... Мы сами начали её улучшать, раскручивать и расширять. Получилось! Подписчики пошли. Но количество журналистов осталось прежним, да и зарплаты особо не выросли.
Многое делалось просто потому, что нам самим делать это было очень интересно. Я, например, обожала своё литературное приложение. Ездила по литературным объединениям соседних городов, знакомилась с людьми, проводила конкурсы... Некоторые авторы впервые опубликовались именно в нашем приложении. А были и публикации авторов маститых и известных (при том, что у нашей газеты, конечно, не было средств заплатить им гонорары, так что приходилось брать обаянием и даже порой лестью - правда, искренней).
Но это о газете. Что творилось в конце 90х - начале 2000х в стране, думаю, рассказывать не надо. Наш милый подмосковный город в 90е превратился буквально в поле битвы. Ни в Брежневские времена, ни когда Горбачёв уже объявил перестройку, но её суть ещё была прикрыта радужными обещаниями и завесой неизвестности, я просто не поверила бы, что такое у нас возможно. Чтобы чуть не каждый вечер - стрельба, чтобы "стрелки" прямо во дворах, массовые драки, грабежи, поджоги расплодившихся "тонаров" (киоски на колесах), в которых продавалось всё, что угодно, стихийные рынки с толпами приезжих, попрошайки и бомжи, - в общем, я никогда не думала, что такое вообще может случиться с камерным интеллигентным городом, где ИТР составляли едва ли не большую часть населения. В нулевых вроде стало получше, но шлейф ещё тянулся. Во всяком случае, когда сына крестной моей дочки остановили на Трёх вокзалах и потребовали отдать им куртку и сумку, поскольку грабители - "из Казани", он им ответил чистую правду, назвав наш город: "А я из..." - и его сразу оставили в покое. Слава такая о наших местах шла.
И вот - редакция еженедельника. Второй этаж, квартира в обычном жилом доме. До переезда в красивое офисное здание ещё очень и очень далеко .
Когда мы сдавали номер (а это происходило, как я уже говорила, дважды в неделю) мы выходили из редакции самое раннее в полночь, а иногда и в 2-3 часа ночи. Летом ещё ничего, а зимой - вообще караул, освещены только центральные улицы, шаг в сторону - тьма египетская, под ногами снеговая каша минимум по щиколотку!
Большинство в коллективе - женщины. И никто из нас не жил рядом.
Такси было слишком большим расходом. И ведь аггрегаторов тогда ещё практически не было, и таксопарков, видимо, уже не было тоже, - во всяком случае, я помню одних частников. В основном южан. Если что - ищи-свищи их. Садиться к ним, тем более в одиночку, было не только дорого, но и страшно.
Автобусы уже не ходят, только маршрутки, и то не всегда и не во все районы.
Так что в основном домой мы шли пешком... По тёмным улицам. У кого шокер в сумочке, у кого пневматика, у кого кийога - и все понимали, что от профессионала это точно не спасёт. Разве что от хулиганов, и то не факт.
И не сделаешь ничего: за место на работе мы все держались. Зарплаты были неплохие и работа интересная. В то время это было очень много.
Эксцессы, конечно, случались
Но об этом как-нибудь в другой раз.