Никогда из этих парней они не верили в чудеса, но сейчас они не понимали, что происходит. Откуда-то доносились выкрики, топот коней лязг оружия, чей-то хрип: «Ничего выдюжим. Держим строй».
Они, не понимая, где они, стояли, стиснув кулаки, и думали только одно, что Бык справится, выдюжит.
Каждый лепесток огня рассыпался оранжевыми каплями, взлетающими к черному небу по периметру костра, и черноволосая девушка собирала их в ладони и осыпала кричащего от боли Быка. Его друзей трясло от сопереживания. Они боялись оторвать от него взгляд и не знали сколько прошло времени.
Костёр стал затухать. Павла собирала последние лепестки огня, которые превращались в её руках в оранжевые капли, которые она положила каждому из друзей Быка на лоб, а последнюю спрятала на груди.
Парни в зыбком сумраке рассвета потрясённо рассматривали обнажённого Быка, на нём не было ни следа ожога. Они взволнованно переглянулись, когда их друг самостоятельно встал и поклонился в пояс гостям. Это ещё сильнее потрясло друзей, потому что после травмы Бык не мог даже сесть без помощи.
– Спасибо! Собираемся, ребята, и уходим! – Бык неожиданно сообщил гиганту с волчьими клыками и глазами. – Вот что, парень! У меня с собой всегда есть немного взрывчатки… Я строитель, по крошке с каждой стройки собирал и накопил. Я с того раза, когда ребят вытаскивал, всегда ношу. Если пригодиться, забирайте.
На сборы ушло полчаса, ребята ничего не спрашивали от того, что не знали, о чем спрашивать. К тому же, они боялись разрушить то, что сотворили эти, которые назвали себя лекарями.
Байсурга уходил последним и услышал, как Дед заинтересованно проговорил:
– Много собрала, королева? Не дергайся, увидел я.
– Уже три цвета, – ответила черноволосая красавица.
– Да уж! – проворчал Дед. – Не знал, что сподоблюсь увидеть, такое.
Стоящие у затухшего костра улыбнулись, услышав от ушедших парней:
– Спасибо! Удачи
Там у дороги стояла спрятанная ими машина и ждала их Байсурга посмотрел на своих друзей и понял, что вся его жизнь отныне будет связана с ними. Пока они вместе, их не покинет удача!
Он ничего не рассказал друзьям, но, приехав в Рязань, сделал всё, чтобы перетащить их в свою фирму.
Потом им всю жизнь и завидовали, и пытались поссорить, но видно капли того костра не позволяли причинить друзьям зло. Да и семьи у них были крепкими. Сколько раз парни потом путешествовали впятером, но помнили наказ рыжего целителя и близко не подходили к Пермскому краю.
Гильдмастер подождал, пока затихнет рокот мотора уезжающей машины и веско проговорил:
– Вылезай!
У всех полезли глаза на лоб, а из сидора Мика, обиженно шипя, вылезла ильмени.
– Значит нас одиннадцать, – радостно потёр руки Андрей. – Я всё не понимал, почему мы так легко прошли?!
– Хорошее число! – одобрил Дед. – Пошли, что ли?
Уже совсем стало светло, когда они пошли по дорогам, вымощенным булыжником, мимо груд кирпича, бывшими когда-то зданиями, по чудом сохранившейся лестнице, с боков почти полностью заросшей травой. Только здесь дорога и сохранилась свободой, всё остальное – обломки зданий, развалившиеся заборы, старые трансформаторные будки, заросло кустарниками, травами и деревьями.
– Смотри-ка, как город в тех джунглях! – прокомментировал Кит. – Всё заросло лесом. Уж и не знаю, плохо или хорошо, что отсюда люди ушли?
Солнце озарило дома, брошенные людьми, которые заросли молодыми берёзками, буйным курумником из чертополоха и высоченной, в человеческий рост, полынью. Ощущение джунглей создавал вьюн, который заплёл кусты американского клена, который среди поросли берез и татарского клена, был невысоким. Обычно в конце лета вьюн становится бурым, а здесь почему-то сохранил свежесть и был украшен белыми граммофончиками цветов.
Красиво было невероятно: пожелтевшие берёзы, как факелы, пламенели на развалинах, везде буквально светились из-за росы цветы жёлтой скерды и чуть побуревшие белые зонтики тысячелистника. Это были последние цветы ушедшего лета, и видно, поэтому они невероятно сильно пахли. Над ними жужжали мухи и какие-то чёрные оски, торопившиеся собрать последний нектар.
Будущие альпинисты посмотрели на гору с дыркой на склоне, которую им показал излеченный Бык. Вдоль горы вилась речка, и они решительно направились к старому, засыпанному жёлтыми листьями, крепкому мосту, но с проржавевшими перилами. Пока они шли по мосту, необычайно прозрачная речка так звенела, как будто радовалась их приходу. Через час они были перед склоном горы. Подъём был не сложным, они почти не устали, когда долезли до пещеры.
У входа в пещеру их ждали гачи. Они не прятались.
Маги переглянулись, а Кит негромко заметил:
– А ведь мы неприятная неожиданность.
– Почему же? – проскрипел гач. – Мы шли по вашему следу.
– Вот тебе и кукуруза! – выдохнул Мик. – Раговаривают.
– Молчать добыча! – гавкнул гач.
– Это ты врёшь! – Андрей зло усмехнулся. – Врёшь! Это мы охотники, а вы наша добыча! Это мы идём по вашему следу.
Гачи прыгнули разом, но отлетели от воздушного щита, поставленного Бризом. Гачи зашелестели, вокруг их тела завился мерзко пахнущий темный щит защиты.
Вперёд вышел Гильдмастер.
– Нас одиннадцать, можем убить сразу. Вы же поняли, что здесь маги.
– Всех не перебьёте! На Земле много мёртвых городов. А магов мы убивали и раньше, – прошелестел один из гачей.
Удар молнии, вылетевшей из рук Бриза, и гач серым пеплом осыпался на Землю. Кит крякнул, а Павла с восхищением взглянула на Бриза.
Гильдмастер раздражённо проговорил:
– Зачем ты его пожалел? Я бы заставил его испытать страдания жертв.
– Чтобы второй знал, кто мы, – Бриз криво усмехнулся. – Скажи, гач, где остальные? Умрёшь быстро.
– Выходи, некромант! Один на один.
Гач хлестнул щупальцами по Роялю, тот отпрыгнул, и гач забился в чёрной паутине, переливающейся красными вспышками, а Гильдмастер, слабея на глазах, шептал:
– Ваши личинки, уничтожены!
– Не все! – проскрипел гач. – Мы ещё пожируем на ваших костях!
– Где кладка, тварь, где? – хрипел Гильдмастер, душа гача паутиной.
Клавдий рвался прийти на помощь, но Бриз сдерживал его.
– Нельзя, мы не они! Это бой один на один.
– Я и не таких магов убивал! – шелестел гач, пытаясь вырваться.
– Нет! – Рояль посерел и упал на колени.
– Я сильный! – проскрипел гач.
Гильдмастер, побелев, взмахнул руками, и паутина стала свиваться в чёрный кокон, несколько минут, и гач протёк на землю чёрным дождём.
Все взволновано переглянулись, а Рояль, сыто икнув, сообщил:
– Здесь были только эти двое самцов-разведчиков. Они прошли через портал. Арахов на острове убили из интереса, чтобы выяснить, справятся или нет. О нас они ничего не знали. Шли на охоту за людьми, были уверены в безнаказанности. Они владеют магией, их кто-то обучил.
– Ты что же, притворялся, что едва его держишь? – хмурясь, осведомился Кит.
– А как ещё с него снять информацию? – Рояль одобрительно хлопнул по плечу принца. – Бриз, ты молоток! Скажешь ему?
– Кому? – спросил Клавдий.
Бриз расстроено посмотрел на Никиту, и тот непонятно из-за чего разволновался. Бри осторожно спросил:
– Кит, тебе знакомо имя Софрон?
Клавдий бросился к побледневшему Никите, а тот просипел:
– Спокойно, Клава, я справлюсь! Имя мне знакомо. Не тяни, говори уже! Не волнуйся, я не девица. Истерик не будет.
Гильдмастер угрюмо посмотрел на него.
– Гач, которого я убил, когда тебя увидел, был потрясён. Он подумал, что этого не может быть! Они же уже убили Софрона Мназона.
– Что?! Рояль! Фух! Софрон… Это – мой отец! Все говорят, что я его почти копия. Мы только цветом волос различались, – Никита, трясясь от внутреннего озноба, спросил. – За что они убили отца?
– Ты что, не понял?! Твой отец – охотник на гачей! Он лучший из лучших! – проговорила Павла и подошла к Никите неожиданно для всех обняла его и заплакала. – Здравствуй, брат! Что же ты не сказал, что твой отец – Софрон Мназон?
– Что? – Никита отшатнулся. – Ты не просто родственница, а моя сестра?!
– Моя мать, родная сестра твоего отца. Она, в девичестве была Мназон. Её звали Амайнта Мназон, когда она прошла школу Защитников, то стала королевой Выныгры. Я вспомнила. Это твоего отца я видела, когда мне было три года. Он приезжал к нам, – Никита обессиленно сел на землю, и потянул за руку Павлу, та, прижавшись к его груди, тихо плакала. – Что же я так поздно тебя узнала, братик?
Она замерла, потому что услышала опять бархатный голос.
– Ещё не поздно, королева! Три радостных цвета ты собрала.
– В смысле? – Никита нахмурился, также услышав этот голос.
Гильдмастер в изумлении взглянул на них, и неожиданно так же услышал этот голос.
– Защити, магистр! Рано знать всем! Враги могут случайно узнать информацию.
Рояль быстро заговорил, отвлекая внимание всех от брата и сестры.
– Андрей, сможем пройти к порталу?
– Выйдем там, откуда эти гачи шли. Плюс-минус пара километров или чуть больше. Поднимайтесь! Мы пройдём, а взрывчатка ребят закроет проход.
Брат с сестрой встали, к ним подошёл Клавдий.
– Паша, я тоже твой родственник, только дальний, – он от волнения проговорил это дрожащим голосом.
Павла обняла его и прошептала:
– Братик, помоги Киту, он всё пыжится быть крутым, а ему так тяжело. Так ияжко!
Кит даже не стал спорить, когда Клавдий дал ему таблетку с пустырником, потому что уже и сам проглотил такую же. У него внутри всё тряслось от озноба. Он столько лет искал тайну гибели его отца, и вот теперь, почти в момент ухода из этого мира, узнал. Этот горький дар, говорил, что впереди трудности.
Павла обняла их обоих и застыла. Секунда, и она властно проговорила:
– Пора ужо!
На этот раз Никита не разозлился, а погладил землю, на которой сидел, и шепнул про себя «Спасибо!».
Столько лет тщательно скрытая горечь осыпалась окончательно. Он так берег свою дружбу с Клавдием, потому что был бы без него полной сиротой, и вот такой подарок от судьбы – сестра. Он усмехнулся, так на Алтае одаривают на прощание.
Дед, как будто услышав его мысли, проворчал:
– Прощай, однако, Матушка! – и поклонился.
– С кем ты прощаешься? – Рояль остро взглянул на него.
– С Землёй, паря! Кто знает, куда ведёт это портал? Вот и попрощался на всякий случай. Ну, пошли!
Они протиснулись в узкий туннель и вскоре оказались в знакомом овальном туннеле портала.
– А знаете, на что это похоже? – внезапно проговорил Клавдий. – На крупный кровеносный сосуд изнутри.
– Оригинально! Думаешь порталы – это типа сосуда для перекачки энергии? – Рояль хмыкнул. – Надо мне наших теоретиков пространств озадачить.
Андрей положил взрывчатку, что-то с ней сделал, а потом через стену протолкнул всех в соседний туннель. Щель затянулась и вовремя, пол под ногами вздрогнул. Их проводник угрюмо бросил:
– Теперь они пупок надорвут, а сюда никогда не пройдут. К тому же те, кто в соседний проход сунутся, будут выброшены в пустыню.
Бриз весело ухмыльнулся, но Никита скривился.
– Это место ты защитил, а вы помните, как это тварь говорила про мёртвые города? Эти твари там прячутся, и надо нам туда! – он горел от ненависти к гачам, когда узнал, что они убили его отца.
Клавдий покачал головой.
– Бесполезно! Знаешь, сколько мёртвых городов на Земле, всех не перечесть.
– Нет-нет! Никита прав! Надо выяснить, как гачи находят порталы и как смогли завалить охотника? Софрон был величайшим воином! Надо разобраться. Это разрушит их планы, – проворчала Павла. – Хотя бродить по мёртвым земным городам бесполезно. Нам и так повезло, невероятно.
– Это ить не просто удача, а подарок! Будет случай, мы передадим это земных охотникам, – пробурчал Дед. – Впереди трудности, коли нас так одарили.
– Пора! – поторопил их Андрей. – Ребята, придётся по туннелям пройтись. Я провел бы иначе, но приходится идти по следу гачей.
– А как ты его видишь? – у Мика глаза стали круглыми.
– Видишь развилка, а один туннель светлее нашего? Я заметил раньше, что ходы, которыми я постоянно пользовался всегда более темные. Сейчас до меня дошло, что это характерно для всех проходов. Вот этим ходом гачи пользуются постоянно, он темнее других.
Гильдмастер покачал головой, никогда от других проводников он не слышал такого. У него возникло сильное подозрение, что их обучают, значит Дед прав, их ожидали большие трудности.
– Пошли! – поманил их Андрей. – Только приготовьтесь, может и там на гачей налетим. Только прошу, держите друг друга за руки.
Все двинулись за ним, а Павла гордо проговорила:
– Не волнуйтесь, всё будет нормально! Здесь не только маги, но и Мназоны! Охотники из рода Мназонов в одиночку могли в бою положить пару, а то и трёх матерых гачей.
Невероятная гордость за отца, за то, что он сам принадлежит к такому славному роду, охватила Никиту, потом вспомнил, что отца убили, и вцепился в её руку и руку Клавдия.
– Не понимаю. Как тогда его смогли убить?
– Только, если гачей было несколько, – Дед всплеснул руками. – Вот ведь несмысел я! Как не понял?! Ведь несколько охотников погибло при странных обстоятельствах. Кто-то на Земле выслеживает истинных охотников и использует гачей, для их уничтожения. Вы что, не поняли, что их наняли, как киллеров, для уничтожения истинных охотников?! Плохо другое! Гачи не могут чуять истинных охотников, значит гачей в полном смысле натравили, как собак. Но кто?! Зачем?!
Рояль нахмурился.
– Я не могу представить такого! Я просто не представляю, как можно с ними договориться?! Они же всегда разумных воспринимают, как пищу. Хотя… Такое смог бы сделать маг, но что он им пообещал?
– Значит он пообещал что-то важное для них. Как же он мог?! Как посмел?! Надо этого… Надо эту гнuдy найти и задавить! Предатель поганый! – прорычал Никита.
Клавдий, которого охватил озноб предчувствия, прошептал:
– Дед, а может уничтожали не только охотников?
– Вон что, паря, ты придумал! Может ты и прав. Может они охотились на доргов, которые что-то о них узнали. Эх! Как же охотникам передать-то. Ладно, думаю, если мы догадались, то наши тоже догадаются.
– О чём это он? – оторвался от тяжёлых дум Никита.
– А то, что и мои родители странно погибли, – буркнул Клавдий и замолчал ошеломлённо оглядываясь. – Вот это да! Прибыли!
Они стояли на небольшом холме в степи. Было очень жарко.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: