За последние десятилетия аддитивное производство (АП) прошло путь от экспериментального метода быстрого прототипирования до полноценного инструмента промышленного производства. Однако вплоть до недавнего времени его применение в основном ограничивалось созданием прототипов, малых серий, индивидуальных изделий и проектами с высокой добавленной стоимостью.
Различные аналитические исследования, в том числе недавний отчет Wohlers о ситуации в мировом аддитивном производстве (Global State of the Industry, Q3 2025) показывают, что 3D‑индустрия вступила в новую фазу зрелости. Эпоха стартапов и хайпа уходит в прошлое – ее сменяют консолидация, специализация и стратегическое внедрение технологий в ключевые отрасли: оборонную, авиакосмическую и производство потребительской электроники.
Вы читаете сокращенную версию статьи. Полностью материал доступен в нашем блоге
На основе анализа отраслевых публикаций и экспертных оценок мы можем выявить основные направления эволюции АП, которые будут актуальны в 2026 году:
- дальнейший переход к серийному аддитивному производству;
- развитие воксельного подхода к проектированию;
- формирование распределенных производственных моделей;
- консолидация отрасли.
1. Масштабирование производства: 3D‑печать как мейнстрим для предприятий
Согласно аналитике VoxelMatters, уже к началу 2026 года наблюдается качественный сдвиг: аддитивное производство все чаще используется для стабильного выпуска серийных изделий в тысячах и десятках тысяч экземпляров, что позволяет рассматривать 3D‑печать как один из элементов современной производственной инфраструктуры.
Казалось бы, это не новость: например, изделия партиями в тысячи штук изготавливались на крупноформатных SLA‑установках 3D Systems уже более десяти лет назад. Принципиальное отличие текущего этапа заключается в том, что сегодня существуют уже сотни вариантов применения, реализуемых на значительно большем числе 3D‑принтеров и с гораздо более широкой номенклатурой материалов, включая термопласты. В обозримой перспективе число подобных кейсов достигнет миллионов – это устойчивый и необратимый тренд.
Рост обеспечивается широким внедрением многолазерных систем 3D-печати металлами (технология LPBF/SLM), крупноформатных установок полимерной печати (LFAM) и технологий типа SLS, MJF и DLS, которые отличаются высокой степенью производительности и автоматизации. Вопрос «Можно ли напечатать?» теперь звучит так: «Сколько деталей можно печатать стабильно и с высокой повторяемостью?».
Эксперты Kensington Additive подчеркивают, что компании переходят от эксплуатации одной или нескольких машин к фермам и производственным ячейкам, где АП конкурирует с традиционными методами по стоимости владения, срокам поставки и гибкости.
3D-печать играет все более важную роль в медицине. Эксперт Дэйл Свартс, рассуждая о трендах-2026 в материале ресурса 3DPrint.com, отмечает, что увеличение камер построения в LPBF-машинах и числа лазеров позволяет резко снизить стоимость медицинских изделий за счет масштабирования: «Если можно печатать 60-120 ацетабулярных чашек вместо 9-20, стоимость резко падает». Это делает возможным массовую кастомизацию, создание и ускоренную поставку персонализированных имплантатов, а также производство мелких медицинских компонентов и одноразовых инструментов. (Специалисты, упомянутые здесь и далее по именам, цитируются по источнику 3DPrint.com – прим. ред.)
2. Производство «умнеет»: ПО, искусственный интеллект и автоматизация
Один из важных сигналов 2026 года – решающая роль, которую приобретает программное обеспечение. Ведущий консультант по технологиям струйной 3D‑печати Гарет Нил подчеркивает, что именно ПО позволяет радикально уменьшить стоимость деталей: «Я слышал о случаях снижения себестоимости на порядок только за счет программного управления процессом».
Специалист уверен, что ПО будет играть решающую роль в производстве металлических изделий. Речь идет об обеспечении высочайшей точности, контроля энергии и направления воздействия, что повышает качество, снижает совокупную стоимость владения и открывает путь к применению новых материалов и мультиматериальных процессов.
Современные тенденции указывают на переход от геометрически ориентированного проектирования к воксельному управлению свойствами материала. Дуэнн Скотт (3MF) отмечает, что ПО для 3D‑печати позволяет задавать локальные характеристики материала на уровне отдельных элементов объема. Это открывает возможности для создания функционально градиентных и оптимизированных структур, недостижимых традиционными методами.
Таким образом обеспечивается повышенная предсказуемость свойств и расширение областей промышленного применения аддитивных технологий. Подобный подход – один из ключевых технологических трендов 2026 года.
По мнению известного специалиста по технологии Binder Jetting Дэна Брунермера, 2026-й станет «годом автоматизации», поскольку большие объемы аддитивного производства невозможны без автоматизированных решений, применяемых как до, так и после печати.
Эксперты VoxelMatters дополняют эту картину, указывая в числе трендовых решений роботизированную обработку порошков, автоматизированную постобработку, контроль качества в реальном времени с использованием датчиков прямого действия и ИИ, что в совокупности обеспечивает стабильность серийного производства сертифицированных деталей.
Углубляющаяся интеграция автоматизации и технологий искусственного интеллекта способствует увеличению производственных мощностей. Процессы аддитивного производства продолжают «умнеть»: программное обеспечение на основе ИИ совершенствует способы создания изделий, управляет параметрами процесса и обеспечивает создание сложных, облегченных конструкций, недостижимых традиционными методами.
Вопрос «Можно ли напечатать?» теперь звучит так: «Сколько деталей можно печатать стабильно и с высокой повторяемостью?»
3. Передовые материалы и мультиматериальная 3D‑печать
Kensington Additive прогнозирует, что в 2026 году материаловедение в АП выйдет на первый план. Ожидается более широкое использование передовых сплавов, в том числе на основе титана и инконеля, высокоэффективных полимеров и композитных смесей, разработанных для обеспечения прочности и легкости. Особый акцент делается на повышении экологичности материалов.
По мнению авторов отчета Wohlers, материалы становятся стратегическим ресурсом, а металлические порошки – это уже не просто расходный материал, а национальное достояние.
Мультиматериальная печать постепенно становится реальностью: все больше машин сегодня способны работать с несколькими материалами в рамках одного производственного цикла, что позволяет инженерам создавать изделия с комбинированными свойствами – от жаропрочных компонентов двигателей до медицинских устройств, сочетающих в себе жесткие и гибкие секции. Это открывает путь к печати готовых функциональных электронных деталей и умных компонентов. Подобные возможности формируют принципиально новые проектные решения и целые категории продукции.
4. Инновации в аддитивных технологиях: от объемной 3D‑печати до Binder Jetting
Ряд инновационных аддитивных процессов, как замечает Kensington Additive, начинает применяться в реальных проектах. Такие технологии, как объемная 3D-печать (volumetric 3D printing – фотополимеризация, при которой объект затвердевает не послойно, а одновременно во всем объеме), сверхскоростная SLA и холодное напыление металла (cold-spray metal deposition), уже переходят к стадии готовности для промышленного применения.
По словам Гарета Нила, второе рождение переживает Binder Jetting (струйная печать с нанесением связующего) – благодаря лучшему пониманию причин прежних неудач, разработке специализированных материалов и зрелым программным инструментам управления процессом.
«Технология Metal Binder Jet находится в процессе становления и имеет потенциал для работы с большими объемами, – утверждает Александр Тартас, руководитель отдела глобальных продаж в подразделении 3D‑решений компании HP. – По мере развития технологии увеличение объемов производства и внедрение новых материалов будут стимулировать рост спроса. MBJ готова преодолеть прежние ограничения и добиться заметных успехов на рынке. Прогнозирую, что применение технологии в широких масштабах подтвердит ее преимущества и значительно ускорит ее внедрение».
5. Локализация производства и актуальность 3D‑услуг
По мнению Kensington Additive, в 2026 году аддитивное производство готово сыграть ключевую роль в повышении устойчивости цепочек поставок. Вместо перевозки готовой продукции или поддержания крупных складских запасов компании получают возможность изготавливать детали по требованию, максимально близко к месту их использования.
Эта тенденция ускоряется: цифровые архивы постепенно вытесняют физические складские помещения, позволяя предприятиям с распределенной сетью производственных площадок или сервисных бюро печатать запчасти по мере необходимости, а не хранить их в избыточных объемах. Развитие модели «3D‑печать как услуга» также является частью этого процесса: специализированные провайдеры способны оперативно изготавливать и поставлять компоненты, предоставляя даже небольшим компаниям доступ к гибкому производству. В совокупности это означает, что АП превращается не просто в инструмент изготовления деталей, а в стратегический актив управления цепочками поставок.
6. Консолидация рынка и зрелость отрасли
По словам Маттиаса Шмидт‑Лера (AMPower), в 2026 году рынок АП продолжит консолидироваться: слабые игроки уйдут, сильные усилятся за счет слияний и поглощений. Это повышает общую прибыльность отрасли и ускоряет ее промышленное принятие.
Wohlers Associates приводит недавние примеры серьезной реструктуризации: Nano Dimension разорвала отношения с Desktop Metal (последняя обанкротилась и продала активы новым инвесторам), Stratasys приобрела Nexa3D, Trumpf полностью покинула рынок, а Arburg объявила о завершении производства принтеров. По мнению авторов исследования, это не спад, а «здоровая перезагрузка», направленная на прибыльность, защиту интеллектуальной собственности и развитие узкой экспертизы.
О рынке 3D в России (статистика, прогнозы, драйверы роста) читайте в полной версии статьи