Свадьба — это не просто праздник любви. Это, к сожалению, еще и проверка на вшивость для всех окружающих. Мы с моим мужем, Андреем, готовились к этому дню год. Мы не олигархи, обычные менеджеры, поэтому копили на банкет сами, отказывая себе в отпуске и лишних покупках.
Хотелось, чтобы все было красиво: ресторан с видом на реку, живая музыка, хороший стол.
— Андрюш, — говорила я, составляя меню. — Давай закажем красную рыбу и буженину. Пусть гостям будет вкусно.
Банкет нам обошелся в 350 тысяч рублей. Для нас — сумма огромная.
Вопрос гостей стоял остро. Со стороны мужа была «деревенская фракция»: тетя Люба (сестра свекрови), её муж дядя Витя и двое их великовозрастных сыновей с женами. Итого 6 человек.
Муж мялся:
— Оль, может не будем их звать? Они люди... своеобразные. Простые слишком.
— Ну как не звать? — возразила я (добрая душа!). — Это же родня! Обидятся. Пусть приезжают, повеселятся.
Наступает день Х. Красивый зал, цветы, мы счастливые.
Приезжает делегация тети Любы.
Одеты... ну ладно, не в брендах дело. Но ведут себя так, будто они этот ресторан купили.
Тетя Люба с порога громко заявила:
— Ой, а чего зал такой темный? Экономили, что ли?
Дядя Витя сразу начал требовать водку, хотя было только шампанское на фуршете.
Мы сели за столы. Стол ломился: салаты с языком, икра, нарезки мясные, рулетики.
Я заметила неладное через полчаса.
Официанты выносят горячее. А закуски... исчезают.
Обычно на свадьбах еда остается, её потом не знают, куда девать. А тут — тарелки пустеют с космической скоростью.
Я толкаю мужа:
— Смотри, как твои родственники кушают. Хороший аппетит!
Муж покраснел:
— Ну, с дороги люди...
Начинается церемония дарения подарков.
Подходит тетя Люба с мужем. Лица торжественные, важные.
— Дорогие наши! — вещает она в микрофон. — Живите богато! Мы вам от всей души дарим... конверт!
И вручает мне толстый такой, красивый конверт.
Следом их сыновья с женами. Тоже конверты суют, обнимают, желают «детишек побольше».
Я отошла к столу для подарков, чтобы сложить всё в сундучок. И черт меня дернул (интуиция!) заглянуть в конверт тети Любы.
Открываю. А там... открытка.
«Счастья молодым!».
И всё. Ни рубля. Ни тысячи. Пусто.
Я открываю конверты сыновей.
В одном — 500 рублей. В другом — календарик.
То есть, 6 взрослых людей приехали на банкет, где место стоит 3500 рублей на человека, и подарили мне в сумме 500 рублей и макулатуру?!
Меня накрыла такая обида! Не за деньги даже, а за лицемерие. «Живите богато», а сами поесть на халяву приехали.
Но самое интересное началось потом.
Я возвращаюсь за стол. И вижу картину маслом.
Дядя Витя отвлекает соседей тостом. А тетя Люба, думая, что её никто не видит из-за цветов, лезет под стол. Достает оттуда объемную хозяйственную сумку.
Из сумки появляются... пластиковые контейнеры. Много. Штук десять.
И она начинает методично, быстро, как фокусник, сгребать туда еду.
Не объедки! Нет! Она берет нетронутую нарезку буженины. Она сгребает ложкой икру из икорницы. Она целиком запихивает в контейнер куриные рулетики.
Её снохи ей помогают — заворачивают хлеб и фрукты в салфетки и пихают в свои сумки.
— Люба, — шепчет дядя Витя. — Рыбу бери, рыбу! Она дорогая!
— Беру, Витя, не суетись! — шипит она. — Дома поедим, а то тут все не съешь!
Я смотрю на это. У меня перед глазами пелена.
Гости за соседними столами еще не успели попробовать рыбу, а тетя Люба её уже «эвакуирует» в свою сумку! Это воровство чистой воды.
Муж сидит, голову опустил, готов сквозь землю провалиться.
— Андрей, — говорю. — Ты это видишь?
— Вижу, Оль. Пожалуйста, давай не будем скандалить. Я им потом скажу...
— Потом? — говорю я. — Когда они уедут с нашей едой и с нашими деньгами? Нет, дорогой. Воспитывать надо сейчас.
Я встала. Подошла к диджею.
— Дима, вырубай музыку. Дай мне микрофон. И найди мне, пожалуйста, на кухне самые большие мешки для мусора. Черные, на 120 литров.
Диджей удивился, но мешки принес.
Музыка смолкает. В зале тишина. Я выхожу в центр с микрофоном.
— Дорогие гости! — говорю я звонко, с улыбкой. — Прошу внимания! У нас на свадьбе присутствуют очень хозяйственные люди. Настолько хозяйственные, что они боятся, как бы продукты не испортились.
Все смотрят на меня. Тетя Люба замерла с куском буженины в руке, не донеся его до контейнера.
— Тетя Люба! Дядя Витя! — обращаюсь я к ним. — Я видела, как вы мучаетесь с этими маленькими контейнерами. Ну разве туда всё влезет? Вы же не успеете всё собрать, пока горячее не принесли!
Я подхожу к их столу и громко швыряю перед ними рулон черных мешков.
— Вот! Дарю! Берите сразу мешки! Сгребайте всё! Прямо со скатертями! Чего мелочиться? Вон там осетрина стоит — берите! Вон торт выносят — хватайте руками! Мы для вас ничего не жалеем! Вы же нам такие щедрые подарки подарили — пустые конверты! Так что гуляйте на все!
В зале повисла такая тишина, что было слышно, как муха летит.
Все взгляды устремились на тетю Любу.
Она стала пунцовой. Потом фиолетовой.
Контейнер выпал из её рук и покатился по полу, рассыпая нашу дорогую буженину.
Дядя Витя втянул голову в плечи. Снохи закрыли лица руками.
Кто-то из гостей на заднем плане хихикнул. Потом засмеялся другой. И через минуту хохотал весь зал.
— Позор! — громко сказала моя мама.
Тетя Люба вскочила. Схватила свою сумку (которая предательски звякнула контейнерами).
— Ноги моей здесь не будет! Хамка! Мы к ним со всей душой...
— Со всей душой и с пустой тарой? — уточнила я в микрофон. — Счастливого пути!
Они выбежали из ресторана как ошпаренные. Вся их компания.
Когда они ушли, воздух в зале стал чище.
Я подошла к их столу. Там остались их конверты.
Я взяла их и передала официанту, чтобы он вынес их на улицу и отдал им.
— Верните, — говорю. — Пусть купят себе доширак. А то вдруг наша рыба им в горле застрянет.
Остаток вечера прошел идеально. Мы танцевали, ели, веселились.
Муж потом сказал: «Оль, ты жестко с ними. Но, блин... как же я горжусь, что ты это сделала. Я бы не смог».
С тех пор эта родня с нами не общается. И слава богу. Зато теперь на всех праздниках у нас еда остается, а не исчезает в черные дыры их сумок.
Девочки, запомните: жадность — это не экономность. А воровство еды со стола, пока другие гости не поели — это дно. И покрывать это «родственными чувствами» нельзя. Хамов надо учить публично, иначе они не понимают!
Ставьте палец вверх, если тоже не любите «пакеточников» на праздниках! И подписывайтесь, у нас тут весело и справедливо! 👇