Я удивлен, что на концерты Меладзе до сих пор ходят русские. Даже за границей. Помните, наверное, скандал в Дубае в конце 2022 года, где певца подловили на словах, но кто это был? Туристы из России. И вот, спустя 3-4 года, снова туристы из России на концерте Меладзе. Что они, во-первых, потеряли за границей, во-вторых, что они делают на концерте Меладзе? Но обо всем по порядку..
Музыка Валерия Меладзе стала голосом целого поколения, это я признаю без сомнения. Под композицию «Красиво» танцевали на выпускных, а «Сто шагов назад» пели при любой несчастной любви. Его песни были общим языком, на котором вся страна говорила о чувствах.
После 2022 года он исчез из российского медиапространства. Казалось, эпоха романтики окончательно закончилась. Однако произошло неожиданное. Артист, потерявший актуальность на родине, переживает вторую волну славы. И эта волна пришла из солнечной Азии.
Феномен аншлагов в Таиланде и на Бали доказывает простую вещь. Настоящие эмоции не знают границ. Любовь, тоска и надежда, выраженные в красивой мелодии, понятны всем. Они понятны и русскому, и тайцу, и китайскому студенту. Музыка, которую считали частью только нашей культуры, оказалась универсальной. Она говорит на международном языке — языке сердца.
Эта история — сильный аргумент в споре о влиянии политики на искусство. Артиста можно удалить из эфиров одной страны. Но нельзя удалить искренность, которая уже записана в песнях. Нельзя изъять мелодию, которая живет в памяти людей. Настоящее искусство всегда найдет дорогу к своей аудитории. Оно преодолеет любые препятствия.
Особенно показательно, кто составляет новую аудиторию. На концерты приходят не ностальгирующие соотечественники. Их заполняют зумеры со всего мира — молодые люди нового поколения. Для них Меладзе — не символ прошлого. Он — современное открытие, крутая музыка без привязки к эпохе.
«Я так скучаю… но я не такой простак, чтобы вернуться»
Эта личная история добавляет в ситуацию новую, более глубокую границу. Мы видим не просто успешный тур, а сложный внутренний выбор человека.
С одной стороны — его концерты. Со слов Отара Кушанашвили (друг Меладзе, журналист), он сам присылает видео: переполненные залы, море телефонов в воздухе, тысячи людей поют его песни. Кажется, это полная творческая победа. Кушанашвили говорит:
«Наших людей по всему миру несметное количество».
И это правда. Его аудитория теперь действительно глобальна.
Отар Кушанашвили:
«Валера Меладзе... пишет мне письма каждый день. Он говорит, я не такой дурак, чтобы поверить с первого раза. Я приду, и мне в аэропорту объявят, что появилась новая претензия».
С другой стороны — его письма. В них нет радости от успеха, а есть тихая тоска. И тоска эта не общая, а очень конкретная. Он скучает по Подмосковью. Возможно, по знакомым дорогам.
В этом и есть весь конфликт. Ему словно предлагают вернуться, говоря, что «претензий» нет. Но для него в этих словах нет уверенности, а только ловушка. Его ответ — горький и осторожный: «Я не такой дурак, чтобы поверить с первого раза». Страх, что в аэропорту его ждут не друзья, а новые проблемы, оказывается сильнее тоски по дому.
Так его успех в Азии становится не только культурным событием, но и личным решением. Сцена превращается для него в единственное безопасное место. Залы в Бангкоке или Шанхае — это его новая территория, где он может петь без страха.
Ирония в том, что певец, чьи песни о верности понятны миллионам, сам оказался в разрыве с домом. Он поет для восторженной новой публики о любви, а сам тоскует по месту, куда не может вернуться.
Гонорары и долги Меладзе
Продюсер Сергей Лавров раскрыл гонорары Валерия Меладзе. По его данным, певец получает 50 тысяч евро за обычный концерт. В новогодний период, на корпоративах, его гонорар возрастает до 100 тысяч евро.
При этом спрос на артиста в Дубае сейчас выше, чем в Москве. В России заказчики стали осторожнее, опасаясь возможных проблем при выборе некоторых исполнителей.
Лавров отметил, что доходы Меладзе остаются стабильными благодаря популярности у русскоязычной аудитории разных стран. Ранее сообщалось, что певец полностью погасил налоговую задолженность перед ФНС на сумму 1,8 миллиона рублей.
Для меня эта история — яркое доказательство одной простой вещи. Талант и искренние эмоции, которые певец вложил в свои песни, оказались сильнее любых границ и обстоятельств. Люди по всему миру, не зная его языка и контекста, чувствуют эту искренность. И пока звучат его песни, он остается невероятно важным артистом — независимо от того, на какой карте находится его сцена. Это горько, но в этом есть своя суровая правда.