Мама, не пиши мне

Филипп Киркоров снова в Америке. В мае его заметили в парке аттракционов под Лос-Анджелесом, в июне он улетел в Майами — сразу после того, как выписался из больницы. Напомню: весной на концерте в Питере он получил о ж о г и из-за сценических спецэффектов. Провел в клинике больше двух недель. И как только врачи отпустили — сразу отправился в аэропорт. Певец мчал в Лос-Анджелес. В мае в соцсетях разошлась фотография. Очевидец снял Киркорова в Six Flags Magic Mountain (это парк в Калифорнии). Сделал селфи, выложил в Telegram и понеслось...

Хотите проникнуться атмосферой 60‑х? Да, конечно, только об этом и мечтали, — скажет читатель, сидя в своем тёплом кресле. Если вы соскучились по теплому, почти документальному советскому кино, смело рекомендую работу Теодора Вульфовича «Улица Ньютона, дом 1». (Самая знаменитая работа режиссера среди широкого зрителя военная комедия «Крепкий орешек» с участием Надежды Румянцевой и Виталия Соломина). Поскольку этот фильм практически не появляется в сетке современного российского ТВ, любопытство взяло надо мной верх...

Признаюсь: раньше я думал, что знаю эту ленту. Ну, пустыня, чай, товарищ Сухов. Классика. Оказывается, я не знал ничего. Гарем набирали в самых неожиданных местах. Часть «бандитов» сыграли люди без актерского опыта. А фильм, который мы цитируем до сих пор, едва не отправили на полку навсегда. Вот что происходило за кадром. Глава страны обожал приключенческое кино. Когда на дачу перестали привозить зарубежные ленты, кто-то предложил вместо них «Белое солнце». Дескать, там тоже динамичный сюжет. Генеральному секретарю фильм понравился...

Я до сих пор не пойму, как они вообще это сняли. Весной 1984 года Данелия собирался начать работу над комедией. Главным реквизитом была большая ржавая бочка с крыльями, которую потом все назовут «пепелацем». Реквизит погрузили в поезд в Москве и он пропал. На месяц. Нашли во Владивостоке. Из-за этого съёмки перенесли на лето. В Туркмению. В пустыню. Снимали при 40-градусной жаре. Леонов и Яковлев ходили по песку в костюмах из старого нижнего белья, Данелия сам красил их чернилами, потому что другого «инопланетного» вида не получалось...

22 июля этому человеку стукнет 71. Вы наверняка видели его лицо — мелькало в старых советских картинах, потом в новых сериалах, потом где-то ещё. Но если спросить среднестатистического зрителя, кто такой Василий Мищенко, ответом будет пауза. Долгая. Неловкая. И в этом весь Мищенко. Артист с внешностью, которую запоминаешь не сразу, и биографией, которая вгрызается в память намертво. Только вот биографию эту никто толком не рассказывал. Давайте попробуем. Представьте советский посёлок. Пыльные улицы, одноэтажные дома, жизнь течёт по кругу: работа, дом, огород...

Потомки Юрия и Виталия Соломиных — две ветви, которые почти не пересекаются. Почему? И что с ними стало? Я разбирался несколько дней. Вот что выяснил. Февраль 2024-го. Малый театр прощается с худруком. Юрий Соломин ушёл в 88 лет. Без шумных прощаний на ТВ. Без пафосных речей у гроба. Дочь Дарья прилетела из Лондона, постояла в стороне и уехала. Внучка Александра пряталась за колоннами. Правнуки Фёдор и Юрий стояли в последнем ряду. Казалось бы, народный артист, легенда, а где слёзы на камеру? Где интервью с родными? А их нет, и это не случайность...

Она была ослепительной блондинкой. Миллионы завидовали её лицу, её платью, её свадьбе. Муж носил титул князя. Дворец казался личным раем. А жизнь очень напоминала сказку. Если не заглянуть за фасад. Грейс Келли росла нелюбимым ребёнком. В семье, где все братья и сёстры гремели спортивными победами, её считали слабой. Отец, олимпийский чемпион, говорил без стеснения: «хрупкая, никчёмная». Она получила «Оскара». Он в ответ журналистам: «Я думал, это сделает её сестра». Представляете такое? Она всю жизнь доказывала этому человеку, что чего-то стоит...

Алёна Яковлева отдала Московскому академическому театру сатиры сорок с лишним лет. В этом году ей исполнилось 65, и худрук театра Евгений Герасимов пообещал поставить к её юбилею «Визит дамы». Уже позвали режиссёра Антона Яковлева, написали инсценировку, раздали роли. Назначили премьеру на апрель. А потом повисла тишина. Яковлева говорит прямо: «Юбилей худрука мы отмечали три дня, а мой нет. Просто на меня не хватило средств. Всё потрачено на спектакли с участием Герасимова и гонорары приглашённых артистов»...

Помните эпизод из старого фильма, где поэт приходит к великой актрисе? Вот и Юрий Ряшенцев шел к Людмиле Гурченко почти что на поклон. Первая репетиция музыкальных номеров к «Рецепту ее молодости». Звонок в дверь, крошечная собачка, которая залаяла так громко, что тут же упала без сил. И сама хозяйка тонкая, в джинсах, с порога заявляющая: «Всю музыку надо переписать». Поэт тогда подумал: «Вот оно, начинается». Но он нашелся и сказал: «Вам нужна полная свобода, чтобы текст не мешал двигаться». И случилось чудо...

Как любитель-киновед, я привык разбирать кадры, искать подтекст в диалогах и читать психологию персонажей. Однако истории последних лет жизни Татьяны Пельтцер, Марины Ладыниной, Элины Быстрицкой и других мастеров заставляют задуматься о той драме, что разворачивалась не на экране, а за закрытыми дверями. Это рассказ о том, как складывается финал жизни тех, кто долгие годы был в центре внимания, и кто оказывается рядом, когда камеры выключаются. Марина Ладынина блистательно начала карьеру, но она оборвалась рано...

Есть у меня дома одна коробка. Старая, ещё от дедушки, с железными углами и выцветшей бархатной обложкой. В ней лежат программки спектаклей и вырезки из журналов. Сегодня, заваривая себе чай с мятой, я снова её открыл и поймал себя на мысли, которую часто повторяю: родные наши артисты... это ведь целая планета, и какая же это радость, что на этой планете до сих пор тепло и солнечно. Мы ведь смотрим на них сквозь призму своих детских воспоминаний. А они между тем - живые, удивительные люди, перешагнувшие серьёзный возрастной рубеж...