— Ты посмотри на неё, приползла! — Денис даже не поднял головы от монитора, когда в прихожей хлопнула дверь. — Время восемь вечера, Вика!
В квартире конь не валялся. Ты совесть-то имей, мать весь день у плиты, а ты сумку бросила и на диван метишь?
Виктория замерла, не успев даже стянуть правый сапог.
В горле першило от пыльного офисного воздуха, а спина ныла после восьми часов за неудобным столом.
Она медленно выдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах.
— Денис, я с работы пришла. Я не «приползла», я отработала смену. И еще час добиралась в этой давке.
— И что? — Денис резко развернулся в кресле. — Я тоже не на курорте был! Я сегодня три часа изучал рынок вакансий.
Там один ш..лак, Вика! Мне предлагают за сорок тысяч в колл-центре сидеть.
Ты серьезно думаешь, что я на такое пойду? Я специалист с амбициями, а не мальчик на побегушках.
А ты... ты просто обленилась. Раньше, когда мы на съеме жили, у тебя квартира блестела.
Каждые два дня — влажная уборка, ужин из трех блюд.
А сейчас? Хвостик подняла и пошла им крутить?
— Раньше я училась, Денис! — Вика наконец сбросила сапоги и прошла на кухню. — У меня было время.
А сейчас я содержу нас двоих на свою «маловатую», как ты говоришь, зарплату. И по дому я помогаю твоей маме, я не сижу сложа руки.
— Помогает она... — Денис пошел следом, встав в дверном проеме и перегородив путь к холодильнику. — Здесь всё только мама делает.
Пыль протрет, полы помоет, суп сварит.
А ты — гость дорогой, пришла, поела и в телефон уткнулась. Тебе не стыдно перед пожилым человеком?
Она не обязана за молодой здоровой де..вкой убирать!
Виктория открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент из своей комнаты бесшумно вышла Елена Викторовна.
— Ну что вы, дети, не шумите, — пропела свекровь. — Вика, деточка, ты не расстраивайся.
Дениска прав, конечно, я сегодня и окна протерла, и шторы перестирала. Устала немного, возраст всё-таки.
Но я же понимаю, ты у нас теперь «карьеру» строишь… Не обижаюсь…
— Елена Викторовна, я завтра встану пораньше и наведу порядок…
— Вот именно, — отрезал Денис. — Завтра чтоб блестело всё! А то хорошо устроилась: мама пашет, я работу ищу, а она — королева. Устала!
Еще полгода назад все было хорошо. Жили они тогда на съеме, Вика дописывала диплом, Денис работал менеджером в строительной компании и приносил домой неплохие деньги.
Она с радостью пекла пироги, начищала сантехнику до блеска и ждала его с работы, чувствуя себя настоящей хранительницей очага.
Но о своей квартире очень мечтали оба.
— Поедем к моим, — предложил Денис после свадьбы. — Город большой, возможностей море.
Квартира у родителей огромная, места хватит. Заодно денег подкопим на свой взнос.
Зачем чужому дяде за аренду отдавать?
Вика согласилась. Ей казалось это логичным — семья ведь, должны свекры помочь.
Проблемы начались почти сразу после переезда — Денис, оказавшись рядом с мамой, оперился.
— Это не мой уровень, — кривился он, рассматривая вакансии. — Ездить в промзону? Нет, спасибо.
Работа с холодными звонками? Я себя не на помойке нашел!
С собой они привезли четыреста тысяч, все, что успели собрать, пока жили вместе.
Проели эти деньги за три месяца. Шиковали, Денис водил родителей по ресторанам и покупал дорогие продукты.
А что? Заслужили! Проблемы начались, когда закончились сбережения.
***
Утром Вика, как и обещала, встала в шесть. Прокралась на кухню и сразу занялась делом — нужно было успеть помыть пол в коридоре и на кухне до того, как проснется Елена Викторовна.
Она возилась плитой, когда свекровь вышла в коридор, кутаясь в пушистый халат.
— Ой, Вика, ну зачем же так рано? Спала бы уж.
Ты вчера вон какая дерганая была, Дениска полночи не спал, переживал из-за того, что ты на него голос повысила.
Говорит, не узнаю я Вику, злая она стала.
— Я не злая, — Вика выжала тряпку. — Я просто устаю. Почему Денис не может хотя бы посуду за собой мыть? Или в магазин сходить?
Свекровь поджала губы.
— Дениска творческий человек, ему трудно сейчас. Он в поиске себя, Викуль. А магазин...
Ну что ты, он же не понимает, что брать! Мужчину бытом нагружать — последнее дело, Вика.
Он тогда и на работу нормальную не устроится, если у него голова ерундой забита будет.
Ты уж потерпи. Я его всегда берегла, и ты береги, если любишь.
Вика промолчала.
Вспомнился вчерашний ужин — Денис съел две порции жаркого, отодвинул тарелку и ушел играть, оставив грязную тарелку на столе.
Из-за ложки, брошенной прям на скатерть, образовалось жирное пятно. Беречь его после такого Вике хотелось всё меньше.
***
На работе был аврал, после обеда у Вики разболелась голова.
В сумочке лежал конверт с премией, полученной два дня назад. Она планировала зайти после работы в магазин, купить Денису нормальные ботинки, потому что старые уже разваливались, и немного продуктов.
Она заглянула в конверт, когда стояла в очереди на кассу в супермаркете. И сразу поплохело — вместо семнадцати тысяч внутри лежало всего две.
Вика перерыла всю сумку, но денег так и не нашла.
Домой она не шла, а бежала, влетела в квартиру, даже не сняв куртку.
Денис сидел в зале, на полу лежал огромный, сине-черный надувной матрас, который он увлеченно накачивал ножным насосом.
— Денис! — Вика задыхалась. — Где деньги из конверта?
Он даже не вздрогнул.
— Глянь, какую вещь взял! Всего пятнашка, а качество — люкс. Двусторонний, прочный. Прелесть просто!
— Какая пятнашка? — Вика покачнулась и схватилась за стену. — Это были наши последние деньги! У тебя ботинки каши просят! Зачем нам надувной матрас?
Денис наконец выпрямился и посмотрел на неё как на умалишенную.
— Не «нам», а маме. Она вчера пожаловалась, что ей на старой кровати спать жестко, спина болит.
Она же весь день на ногах, для нас старается. А ты, как всегда, только о шмотках думаешь. Ботинки... Похожу в старых, не рассыплюсь. А мама — это святое.
Из комнаты выглянула Елена Викторовна. Оценив обстановку, радостно заверещала:
— Ой, Дениска! Ну зачем? Я бы и так потерпела. Хотя, конечно, поясница не железная, ... Спасибо, сынок, заботишься о матери. Не то, что некоторые…
Вика чуть не зарыдала.
— Ты потратил последние деньги на матрас? — тихо переспросила она. — Когда я вчера просила купить мне лекарство от горла, ты сказал, что надо экономить.
Когда я сказала, что нам нечем платить за интернет, ты отмахнулся…
— Вика, не начинай, — Денис нахмурился. — Ты опять заводишь свою волынку про деньги. Деньги — это пыль.
Я почему на мамином комфорте должен экономить? Ты вообще какая-то меркантильная стала. Фу, противно слушать!
— Меркантильная? — Вика шагнула к нему. — Я кормлю тебя четыре месяца! Я покупаю туалетную бумагу и хлеб!
Ты хоть раз спросил, откуда берется еда в холодильнике?
— Так, — Елена Викторовна вклинилась между ними. — Вика, не смей кричать на мужа в моем доме.
Ты здесь никто, пришла на всё готовое. Живешь, ешь, спишь. Имей уважение.
Денис — мужчина, он принимает решения.
Денис одобрительно кивнул матери.
— Вот именно. Ты, Вика, лен.тяйка и эго..истка. Тебе только бы собой заниматься.
А мама права — ты тут ничего не делаешь.
Я завтра сам полы помою, чтобы ты видела, как это делается, а то только ныть умеешь.
Иди в комнату, не порти нам вечер.
Вика посмотрела на Дениса. Он стоял, гордо выпятив грудь, рядом с этим нелепым матрасом.
Она ушла в спальню, достала из-под кровати сумку и начала складывать вещи.
Через час вышла в коридор, молча надела сапоги и подхватила сумку.
— Ты куда это собралась на ночь глядя? — Денис вышел в коридор, жуя бутерброд с колбасой, которую Вика купила вчера.
— Я ухожу, Денис.
— Куда? К подруге? Опять истерики? — он усмехнулся. — Ну иди, проветрись. Завтра вернешься — извиняться будешь перед мамой.
— Нет, Денис. Я ухожу совсем. Завтра подам на развод. Вещи остальные заберу позже, когда вас не будет дома.
Денис даже перестал жевать.
— Ты чего, серьезно?
Вика, ничего не ответив, вышла из чужой квартиры. Серьезнее некуда!
***
Виктория сняла крохотную комнату в коммуналке поближе к работе.
Денег было в обрез, но внезапно оказалось, что если не кормить взрослого здорового мужчину и не покупать продукты на всю его семью, то зарплаты вполне хватает и на еду, и на проезд, и даже на новые ботинки. Правда, себе.
Она сидела в офисе, когда на телефон пришло сообщение от Дениса. Опять. Последние дни он писал постоянно. Сначала уг..рожал, потом высмеивал, а теперь сменил тактику.
«Вика, вернись. Мама приболела, за ней уход нужен. Я пытался сам готовить, но у меня не получается так, как у тебя.
Квартира заросла грязью. Мама плачет каждый день, говорит, что ты нас бросила в трудную минуту.
Я нашел работу! Правда, там испытательный срок без оплаты, но перспективы огромные.
Нам нужны твои деньги на первое время. Давай не будем устраивать цирк, мы же семья».
Пришлось блокировать номер, чтобы не надоедал. На развод она подала, и расторжения брака с огромным трудом, но добилась.
А через пару месяцев свободной жизни Вика случайно встретила общую знакомую — женщину, жившую в соседнем подъезде от бывшей свекрови.
— Ой, Вик, привет! Слышала про Дениса? — сходу спросила она.
— А что с ним? — Вика поправила воротник нового пальто.
— Да уж..ас какой-то. Запил, представляешь! Да так сильно, что в подъезде валялся!
Мать его, горемыка, на себе сыночку тащила в квартиру. У них сейчас вообще жизнь тяжелая настала!
Денис отца выжил, ушел он. За квартиру долги, Елена Викторовна работу нашла — собак выгуливает соседских по утрам и вечерам.
Вика выслушала знакомую и удивилась: надо же, бывшего мужа даже не жалко. Наверное, он сам во всем виноват.
Если бы работал, если бы относился к ней по-человечески, разве бы она ушла?
А теперь пусть разбираются сами. У нее новая жизнь, в которой пьющим людям места нет.
.