Найти в Дзене
Берег отношений

Собаки, дети и любовь: как мы нашли общий язык во дворе

Эта история о любви началась с паники. Не моей, а молодой мамы, чья дочь замерла, как вкопанная, при виде нашего пса. Мы с Боней, моим упитанным и бесконечно добрым лабрадором, привыкли к восторженным взглядам. Но не в этот раз. На лавочке у песочницы сидела женщина с коляской, а рядом стояла девочка лет трех. Увидев Боню, она не потянулась погладить, а вцепилась в мамин подол, и ее лицо исказил тихий, абсолютный ужас. Мама метнула на нас взгляд, полный такой же, не скрытой, тревоги. «Боня, рядом», – скомандовал я, укорачивая поводок. Пес послушно сел, виляя хвостом по земле, всем видом показывая: «Я друг, я хороший!» Но это не работало. Так мы и стояли – я с собакой у входа во двор, они у песочницы, разделенные десятью метрами молчаливого напряжения. Я уже мысленно ругал себя: «Вот дурак, надо было идти другой дорогой, напугал ребенка». А мама явно думала: «Вот приперся этот собачник со своим конем, теперь не пройти». Обычно я просто бы развернулся и ушел, но в тот день что-то щелкнул

Эта история о любви началась с паники. Не моей, а молодой мамы, чья дочь замерла, как вкопанная, при виде нашего пса.

Мы с Боней, моим упитанным и бесконечно добрым лабрадором, привыкли к восторженным взглядам. Но не в этот раз. На лавочке у песочницы сидела женщина с коляской, а рядом стояла девочка лет трех. Увидев Боню, она не потянулась погладить, а вцепилась в мамин подол, и ее лицо исказил тихий, абсолютный ужас. Мама метнула на нас взгляд, полный такой же, не скрытой, тревоги.

«Боня, рядом», – скомандовал я, укорачивая поводок. Пес послушно сел, виляя хвостом по земле, всем видом показывая: «Я друг, я хороший!» Но это не работало.

Как перестать бояться собак
Как перестать бояться собак

Так мы и стояли – я с собакой у входа во двор, они у песочницы, разделенные десятью метрами молчаливого напряжения. Я уже мысленно ругал себя: «Вот дурак, надо было идти другой дорогой, напугал ребенка». А мама явно думала: «Вот приперся этот собачник со своим конем, теперь не пройти».

Обычно я просто бы развернулся и ушел, но в тот день что-то щелкнуло. Может, потому что я сам недавно стал мужем и мечтал о детях. Или потому что в глазах той женщины я увидел не злость, а именно страх. Страх за свое дитя.

«Извините, – сказал я, стараясь, чтобы голос звучал максимально мягко. – Мы можем подождать, пока вы пройдете. Или пойдем по дальней дорожке».

Женщина немного выдохнула, но дочка ее все еще цепко держалась за штанину.
«Она… после того случая с соседской овчаркой, – смущенно начала мама. – Теперь всех боится».
«Понимаю, – кивнул я. – Боня, между прочим, тоже одну такую овчарку боится, до дрожи в коленках». Я присел рядом с псом, чтобы быть на одном уровне с девочкой. «Он вообще-то трусишка. Имя-то у него какое? Боня. Как булочка».

Девочка, пряча лицо, чуть приоткрыла пальцы и посмотрела сквозь них. Боня, почуяв что-то, аккуратно повалился на бок, приняв самую безобидную позу.

«Видишь, он ленивый, – улыбнулась я. – Он сейчас больше всего на свете хочет, чтобы его погладили по пузику. Но ему можно только ручку дать понюхать. Хочешь?»

Я протянул ей сжатый кулак – так безопаснее. Она, не отпуская маму, медленно протянула свою крохотную ручку и дотронулась до моих костяшек. Боня терпеливо ждал, положив морду на лапы.

«Молодец, – похвалил я. – Теперь, смотри, он тоже хочет «поздороваться». Но только носиком».

Я взял поводок покороче. Боня, наученный, медленно вытянул шею. Девочка замерла. Его мокрый нос легонько ткнулся в ее кулачок, и он тут же отдернул мордочку, виляя хвостом.

И тогда случилось чудо. На ее лице, еще влажном от слез, появилась неуверенная, но самая настоящая улыбка.
«Он мокрый», – прошептала она.
«Как огурчик», – согласился я.

Мама расслабила плечи. «Спасибо, – сказала она тихо. – Вы очень терпеливы».
«Да мы сами рады, – отмахнулся я. – А то Боня уже думал, что с ним никто не хочет общаться».

Мы разошлись. Они – на прогулку, мы – по своим делам. Но на следующий день мы снова встретились во дворе. Девочка, которую звали Алисой, уже не плакала. Через неделю она позволила Боне лежать в двух метрах от песочницы. А еще через месяц, под бдительным взглядом мамы и моим контролем, осторожно погладила его по спине. Боня зажмурился от блаженства.

Эта встреча сделала нас лучшими друзьями с той семьей. Она создала что-то более важное – островок взаимного уважения. Я перестал видеть в ней «истеричную мамашу», а она перестала видеть в нас «безответственных собачников». Мы научились договариваться без слов: я раньше всегда крепче держал поводок и отходил в сторону, если они шли навстречу. Теперь же Алиса сама бежит вперед, чтобы с нами поздороваться и обнять Боню. А мама подходит со словами: "Привет, Боняша! Здравствуйте, Лев!"

Все упирается не в собак и не в детей. А в готовность увидеть в другом не врага, а просто человека, который тоже чего-то боится и за кого-то переживает. Достаточно сделать один маленький шаг навстречу. Иногда – буквально, протянув для знакомства сначала свой собственный кулак.

А в вашем дворе случались такие «перемирия»? Как вам удается находить общий язык с теми, чьи интересы кажутся противоположными? Если ваш ребенок боится собак, вы разрешили бы ему знакомиться с ними таким вот образом?

Подписывайтесь на канал «Берег отношений» — здесь мы делимся историями о простых, но таких важных моментах, из которых и складываются наши отношения с миром и друг с другом.