Найти в Дзене
Берег отношений

Как полметра снега и лопата поссорили двух соседей, а помирили меня с мужем

Отношения с соседями — это такая тонкая материя, что их может испортить даже обычный снегопад. Наша история началась в ту самую субботу, когда зимний циклон щедро засыпал двор, словно взбитыми сливками. Все мы, как один, вышли на расчистку, еще не зная, что к вечеру двое взрослых мужчин будут стоять посреди сугроба, похожие на двух разъяренных петухов, а одна лопата обретет печальную славу. Во дворе у нас царят тишина и порядок. Сергей Петрович, — человек системы. Он выходит ровно в девять, чистит строго свой участок до асфальта, сметает даже снежинку, упавшую на уже очищенное. Справа от него на площадке живет Игорь, молодой отец. Он выходит, когда разбудит годовалая дочь, работает быстро, но с оглядкой на окно, где маячит беспокойная мордашка ребенка. Их разделяет общая полоса в полметра — условная граница. В тот день снега выпало выше колена. Сергей Петрович, по обыкновению, начал первым. Игорь выскочил позже, когда малышка проснулась. Он работал лихо, размашисто. И в азарте, делая з

Отношения с соседями — это такая тонкая материя, что их может испортить даже обычный снегопад. Наша история началась в ту самую субботу, когда зимний циклон щедро засыпал двор, словно взбитыми сливками. Все мы, как один, вышли на расчистку, еще не зная, что к вечеру двое взрослых мужчин будут стоять посреди сугроба, похожие на двух разъяренных петухов, а одна лопата обретет печальную славу.

Ссора соседей
Ссора соседей

Во дворе у нас царят тишина и порядок. Сергей Петрович, — человек системы. Он выходит ровно в девять, чистит строго свой участок до асфальта, сметает даже снежинку, упавшую на уже очищенное. Справа от него на площадке живет Игорь, молодой отец. Он выходит, когда разбудит годовалая дочь, работает быстро, но с оглядкой на окно, где маячит беспокойная мордашка ребенка. Их разделяет общая полоса в полметра — условная граница.

В тот день снега выпало выше колена. Сергей Петрович, по обыкновению, начал первым. Игорь выскочил позже, когда малышка проснулась. Он работал лихо, размашисто. И в азарте, делая замах, его лопата звонко стукнула по уже вычищенному краю территории Сергея Петровича. Тот замер, как статуя.

— Молодой человек, вы мне весь каток испортили, — прозвучало ледяным тоном. Не «снег», а именно «каток». Это многое говорило о степени идеализма Сергея Петровича.

— Извините, нечаянно, — бросил Игорь, продолжая кидать снег. Он спешил.

— Нечаянно? Это вы ребенка нечаянно заводите, а лопатой надо уметь работать, — проворчал сосед, но так, чтобы было слышно.

Игорь выпрямился. Его лицо, раскрасневшееся от мороза, стало багровым.

— Вы что, детей моих в разговоры вплетаете? Вы сначала сами научитесь разговаривать!

Дальше — понеслось. Про «бестолковость молодых» и «закостенелость стариков». Про то, кто кому в прошлом году машину поцарапал (подозрения так и остались подозрениями). Слова становились тяжелее и обиднее. Их жены выскочили из подъездов и принялись тянуть мужей за куртки, словно непослушных школьников. Мой муж, наблюдавший с балкона, фыркнул: «Ну, дураки, прости господи. Из-за ерунды».

И тут меня осенило. Я налила два стакана горячего домашнего глинтвейна и вышла во двор. Подошла к жене Игоря, Ане, которая пыталась втащить в подъезд бурчащего супруга.

— Держи, согрейся, — сказала я, протягивая один стакан. — Вон он, горячий. И ему отдай. Пусть остынет в прямом и переносном смысле.

Потом подошла к Сергею Петровичу, которого отводила в сторону его супруга Валентина Ивановна.

— Сергей Петрович, вы тоже на морозе так долго, простудитесь. Примите, от нашей семьи. Вы всегда нам так чисто делаете во дворе, нам, молодым, равняться и равняться.

Он посмотрел на стакан, на меня, на свою жену. Его обиженно-надутые щеки медленно обмякли. Он кивнул, пробормотал «спасибо» и взял стакан, бережно завернутый в тёплый шарф.

Через десять минут Игорь, попивая глинтвейн, вдруг резко взял лопату и стал аккуратно подравнивать снег на том самом спорном пятачке. Сергей Петрович, стоя в своем дверном проеме, смотрел на это. Потом крякнул и крикнул в нашу сторону: «Ладно уж... Завтра, если будет мести, я до конца пройдусь, вам с ребенком и так хлопот хватает!»

Вечером мы с мужем пили оставшийся глинтвейн. Он молча смотрел в окно на ровную, чистую полосу между участками и вдруг сказал: «А ведь ты сегодня всех помирила. Я бы, наверное, только усугубил, полез доказывать, кто прав». В его голосе была та самая теплая грусть, с которой понимаешь что-то важное о себе. Иногда отношения выстраиваются не громкими словами, а тихим жестом. Чашкой теплого напитка. Возможностью дать человеку сохранить лицо и самому сделать первый шаг к миру.

С тех пор прошло 3 месяца. Соседи не стали закадычными друзьями, но здороваются, кивают. А та самая лопата Игоря теперь аккуратно стоит в углу, не нарушая границ. И я поняла, что иногда маленькая бытовая война во дворе может закончиться, не успев начаться, если кто-то неравнодушный не пройдет мимо.

А у вас были ситуации, когда случайная ссора соседей или знакомых неожиданно заставила вас задуматься о том, что вы можете сделать для того чтобы их примирить?

Подписывайтесь на канал «Берег отношений» — здесь мы говорим о простых, но таких важных вещах: о любви, семье и соседях, которые учат нас мудрости порой лучше любых книг. Вместе находим поводы для улыбки и тепла в самой обычной жизни.