Катерине было тридцать один год. Она работала реставратором в московском музее, жила в съемной однушке и считала, что жизнь проходит мимо. Вот так просто - проходит, и всё. Каждый день одно и то же: работа, дом, иногда встречи с подругами. Никаких потрясений, никаких событий.
«Ну и зачем тебе это? - недоумевала Ольга. - Катя, ты же нормально живешь! Квартира, работа, друзья. А ты хочешь всё бросить и уехать черт знает куда!»
«Оля, я уже решила. Я еду в Петрозаводск. Там музей открывается новый, им нужен реставратор.»
«Ты от чего-то бежишь? - спросила Ольга. - От Димы?»
Катя поморщилась. Дима был ее бывшим. Расстались они полгода назад, после двух лет отношений.
«Нет. От себя, скорее.»
«Это как?»
«Понимаешь, мне тридцать один. А я чувствую себя... никакой. Работаю, ем, сплю. Иногда выпиваю с вами. И всё. Где моя жизнь? Где я сама?»
Ольга вздохнула:
«Катюха, это у всех так. Это называется взрослая жизнь.»
«Ну уж нет! Не хочу я такой взрослой жизни. Хочу что-то изменить. Хочу... не знаю. Почувствовать, что живу.»
Она и правда уехала. Собрала вещи, уволилась, сняла квартиру в Петрозаводске и устроилась в новый музей карельской культуры. Директор музея, Анна Сергеевна, была энергичной женщиной лет пятидесяти.
«Рада, что вы согласились! - говорила она. - У нас тут столько работы! Привезли коллекцию старинных икон, деревянную утварь восемнадцатого века. Всё требует реставрации.»
Катя с головой ушла в работу. Ей нравилось. Нравилось прикасаться к старым вещам, возвращать им жизнь. Нравился сам Петрозаводск - тихий, уютный, совсем не похожий на шумную Москву.
Она снимала небольшую квартиру на окраине. Этажом ниже жила бабушка Нина, и она постоянно приглашала Катю на чай.
«Одна ведь, поди? - говорила она. - Вот и я одна. Давай вместе чаёк попьем!»
Катя ходила к ней. Бабушка Нина рассказывала про то, как в войну прятались от бомбежек, как познакомилась с дедом, как после войны голодали, но были счастливы. Катя слушала, пила чай с брусничным вареньем. И вдруг поймала себя на мысли: вот оно. То самое чувство, что жива. В Москве его не было - там она просто существовала.
Однажды в музей пришел мужчина. Высокий, худой, в очках. Представился:
«Андрей. Я краевед. Анна Сергеевна говорила, что у вас есть интересные экспонаты. Можно посмотреть?»
Катя показала ему коллекцию. Андрей рассматривал каждую вещь с таким вниманием, с такой любовью, что Катя невольно залюбовалась. Вот это и есть настоящий интерес! Не для галочки, не для работы - просто потому что интересно.
«Вы откуда?» - спросила она.
«Отсюда. Всю жизнь тут. Работаю в архиве, ковыряюсь в старых бумагах. История Карелии - это моя болезнь, можно сказать.»
Они разговорились. Оказалось, что Андрей знает про каждый экспонат больше, чем написано в сопроводительных документах. Он рассказывал истории, легенды, факты. Катя слушала, не отрываясь.
«А вы сами откуда?» - спросил он.
«Из Москвы. Переехала два месяца назад.»
«Смелый поступок! - улыбнулся Андрей. - А что, нравится тут?»
«Очень.»
С того дня Андрей стал часто заходить в музей. Сначала по делу - консультировал по экспонатам, помогал с атрибуцией. Потом просто так - поговорить, попить чаю в музейной кухоньке.
Катя поняла, что ждет его визитов. Что день становится ярче, когда он появляется. Что его улыбка делает ее счастливой.
Но Андрей вел себя подчеркнуто вежливо. Дружелюбно, но не более. Катя не понимала - то ли он просто воспитанный, то ли ей показалось, что между ними что-то есть.
Однажды Анна Сергеевна задержала ее после работы:
«Катя, я хотела поговорить. Об Андрее.»
Катя насторожилась:
«Что-то случилось?»
«Нет-нет. Просто... вижу я, как он на тебя смотрит. И как ты на него. Хочу сказать: не жди, что он первый сделает шаг.»
«Почему?»
Анна Сергеевна вздохнула:
«У него была жена. Она умерла три года назад. Рак. Андрей очень тяжело пережил. Замкнулся в себе, в работе. Я думала, он так и останется один. А тут ты появилась, и я вижу - он оттаивает. Но боится, понимаешь? Боится снова привязаться, снова потерять.»
Катя молчала. Ей стало жаль Андрея. И страшно одновременно. А вдруг она не справится? А вдруг не сможет помочь ему?
Но потом подумала: а если не попробовать? Всю жизнь бояться и сидеть сложа руки?
На следующий день, когда Андрей пришел в музей, Катя сказала:
«Давайте сходим куда-нибудь. Не в музей, не в архив. Просто так. Погулять.»
Андрей удивился:
«Гулять?»
«Да. Вы же знаете тут всё. Покажите мне город. Настоящий Петрозаводск, который не в путеводителях.»
Он помолчал, а потом улыбнулся:
«Хорошо. В субботу?»
Они гуляли по набережной. Андрей рассказывал истории про каждую скульптуру, про каждое здание. Катя слушала и смотрела на него. На его увлеченное лицо, на руки, которые он размахивал, объясняя что-то.
Они дошли до тихого сквера. Сели на лавочку. Молчали. Катя решилась:
«Андрей, я знаю про вашу жену. Анна Сергеевна рассказала.»
Он напрягся:
«Зачем она...»
«Она хотела, чтобы я поняла. Андрей, мне очень жаль. Но... жизнь продолжается. И вы имеете право быть счастливым. Снова.»
Он молчал. Потом тихо сказал:
«Я боюсь. Понимаете? Я не хочу снова через это проходить. Не хочу любить и терять.»
«А если не потеряете?»
«Всё равно когда-нибудь потеряю. Все мы смертны.»
«Это так, - согласилась Катя. - Но тогда получается, что жить вообще не стоит. Ведь всё равно когда-нибудь умрем. Но мы же живем! Пытаемся радоваться, любить, быть счастливыми. Потому что это и есть жизнь.»
Андрей посмотрел на нее. В его глазах была боль. И что-то еще. Надежда, может быть.
«Вы правы, - сказал он. - Наверное. Но мне нужно время. Я не могу вот так сразу...»
«Я подожду, - улыбнулась Катя. - Никуда не денусь.»
Они встречались. Гуляли, ходили в кафе, ездили по окрестностям. Андрей показывал ей Карелию - леса, озера, старинные деревни. Катя влюблялась всё сильнее. И в него, и в эти места.
Прошло полгода. Однажды вечером Андрей пришел к ней домой. Бледный, решительный.
«Катя, я хочу сказать... я люблю вас. Боюсь до сих пор, но люблю. И хочу быть с вами. Если вы, конечно...»
Он не договорил, крепко обнял и прижал ее к себе. Катя уткнулась лицом в его грудь и заплакала, но это были счастливые слезы.
«Я тоже люблю тебя, милый. - Прошептала она тихо. - Давно.»
Они поженились через год. Скромно, в кругу друзей. Анна Сергеевна плакала от счастья. Бабушка Нина испекла пирогов целую гору.
Катя стояла на кухне в их новой квартире и смотрела в окно. За окном был Петрозаводск, ее город. Ее дом. Андрей сидел в соседней комнате за компьютером, стучал по клавишам. Наверное, опять статью какую-то пишет про карельские деревни.
Катя вспомнила разговор с Ольгой. «Зачем тебе это?» - спрашивала подруга. А Катя не могла тогда объяснить. Просто чувствовала, что надо ехать. Что там, в неизвестном городе, ее ждет что-то важное.
И оказалась права. Там ее ждал Андрей. Ждала новая жизнь. Та самая, настоящая, которую она искала.
«О чем задумалась?» - спросил Андрей, обнимая ее сзади.
«О том, как хорошо, что я тогда не струсила, - сказала Катя. - Взяла и поехала. А могла ведь остаться, так и сидеть в Москве. Бояться.»
«Как хорошо, что ты приехала, - Андрей прижался лбом к ее затылку. - Я ведь совсем закостенел уже. Думал, так и проживу. А ты всё растормошила.»
Снег за окном валил крупными хлопьями. Катя смотрела, как он ложится на подоконник, на деревья во дворе. Первый снег этой зимы. Катя подумала, что жизнь - странная штука. Никогда не знаешь, куда она тебя приведет. Главное - не бояться идти. Не бояться менять. Не бояться любить.
Даже если страшно. Особенно если страшно. Потому что самые важные вещи в жизни всегда немного пугают. Но они того стоят. Всегда стоят.