Найти в Дзене
Две империи

Безмолвие Харуна под снегом

На гравюре величественная гора Харуна, укутанная снегом. Красный мост соединяет берега глубокого ущелья, ведя к храму с заснеженной крышей. Тёмное небо, усыпанное белыми точками — то ли снег, то ли звёзды — создаёт ощущение тишины и вечности. Это один из самых лиричных листов серии «Известные места шестидесяти и более провинций» (六十余州名所図会) — гравюра «Провинция Кодзукэ: гора Харуна под снегом» (上野 榛名山雪中). Её автор — великий мастер Утагава Хиросигэ (歌川広重, 1797–1858), чьи работы стали символом японской пейзажной гравюры XIX века. Маленькие силуэты людей на тропе оживляют пейзаж: кто-то идёт к храму, а кто-то уже возвращается. В этом движении — ритм человеческой жизни, вплетённый в вечное безмолвие гор. Эта работа — не просто пейзаж, а поэтическое размышление о зиме, уединении и красоте японской природы. Хиросигэ, как всегда, говорит языком цвета, ритма и тишины.
Утагава Хиросигэ (歌川広重, 1797–1858). «Провинция Кодзукэ: гора Харуна под снегом» (上野 榛名山雪中). Серия «Известные места шестидесяти и более провинций» (六十余州名所図会)
Утагава Хиросигэ (歌川広重, 1797–1858). «Провинция Кодзукэ: гора Харуна под снегом» (上野 榛名山雪中). Серия «Известные места шестидесяти и более провинций» (六十余州名所図会)

На гравюре величественная гора Харуна, укутанная снегом. Красный мост соединяет берега глубокого ущелья, ведя к храму с заснеженной крышей. Тёмное небо, усыпанное белыми точками — то ли снег, то ли звёзды — создаёт ощущение тишины и вечности.

Это один из самых лиричных листов серии «Известные места шестидесяти и более провинций» (六十余州名所図会) — гравюра «Провинция Кодзукэ: гора Харуна под снегом» (上野 榛名山雪中). Её автор — великий мастер Утагава Хиросигэ (歌川広重, 1797–1858), чьи работы стали символом японской пейзажной гравюры XIX века.

Маленькие силуэты людей на тропе оживляют пейзаж: кто-то идёт к храму, а кто-то уже возвращается. В этом движении — ритм человеческой жизни, вплетённый в вечное безмолвие гор.

Эта работа — не просто пейзаж, а поэтическое размышление о зиме, уединении и красоте японской природы. Хиросигэ, как всегда, говорит языком цвета, ритма и тишины.