В русской культуре есть фигуры, которые больше похожи на живые легенды, чем на людей из плоти и крови. Зоя Богуславская — одна из них. Столетие для неё стало не страшной цифрой, а лишь точкой маршруте, который продолжается и дальше. У неё новые проекты, строгий ежедневный ритм, стремление к будущему и удивительная ясность взгляда. Жизнь музы Вознесенского показывает, как человек может остаться собой, когда меняется мир.
Миг, который перевернул всё
В середине шестидесятых маленький подмосковный город Дубна стал точкой бифуркации. Зоя собирала материал о мире ядерной физики Она была уверенной и востребованной писательницей, привыкшей к профессиональной дисциплине. Андрей Вознесенский, будучи поэтом-феноменом и младше её на девять лет, внезапно оказался рядом и стал проводником в закрытый город и в новую жизнь. На известном снимке он склоняется к ней с вопросом, и этот почти случайный кадр позже назовут отправной точкой их общей судьбы. Вознесенский знал, что этот выбор отменить нельзя.
Такого напора Зоя не ожидала. Она уехала в речной круиз, надеясь спрятаться от нарастающих чувств, а получила море телеграмм, букетов и ночных дежурств поэта под дождём. В Петрозаводске она едва ли не выгнала его с пристани, но именно эта безрассудная преданность стала для неё тревожным знаком: бежать бессмысленно.
На пути в непредсказуемый мир поэта
Её уход из семьи стал событием почти скандальным по меркам той эпохи. Муж, блестящий конструктор ЭВМ, Борис Каган не верил, что жена променяет обеспеченную жизнь на непредсказуемый мир поэта. Вознесенский же буквально продиктовал ей заявление на развод и был готов ждать столько, сколько понадобится. Так началась новая глава, полная ревности поклонниц, творческих взрывов, поездок и эмоциональных штормов.
Зоя выбрала не комфорт, а внутреннюю свободу. И единожды выбрав, она больше не отступала. В моменты, когда давление становилось невыносимым, она могла исчезнуть на несколько месяцев и этим только доказывала, что отношения держатся не на цепях, а на свободе. В итоге они прожили вместе сорок шесть лет. Богуславская стала его редактором, опорой, критиком, хранителем таланта и человеком, которому Андрей Вознесенский доверял больше всех.
После смерти мужа жизнь не остановилась
Смерть Андрея Вознесенского в 2010 году не разрушила её мир и не превратила в «вдову-хранительницу». Она выбрала другой путь. На Большой Ордынке появился Центр Вознесенского: мультимедийное пространство, в котором стихи оживают в современном ритме. Сын Зои Борисовны, предприниматель Леонид Богуславский, выкупил здание. Для мецената это дань человеку, который воспитывал его с восьми лет. Сама Богуславская не останавливается на этом: курирует премии, инициирует проекты, лично следит за качеством аудиосборников, пишет, редактирует, критикует. Её энергия никак не коррелирует с возрастом, а скорее, наоборот, кажется, что время становится для неё только удобным инструментом.
Секреты долголетия Богуславской
У этой женщины есть одно определяющее правило: нельзя встречать утро без внутреннего и внешнего порядка. Йога, дыхательные практики, аккуратная причёска, идеальный маникюр — вот и все ежедневные ритуалы Богуславской. Водитель давно привык к тому, что скорость ниже ста вызывает у Зои Борисовны лёгкое недовольство. Она следит за театром, политикой, премьерами, новыми именами в литературе.
Дом в Переделкино стал её тихой штаб-квартирой. Там когда-то подавали борщ для Нэнси Рейган, а сегодня собирают друзей и коллег на камерные вечера. Именно здесь разрабатывается концепция её будущего 102-летия: мультимедийная биографическая выставка, редкие архивы, фрагмент её рабочего кабинета, закрытый показ документального фильма о феномене её долголетия и внутренней силы. Можно с уверенностью сказать, что для Зои Богуславской лучшим подарком станут полные залы в Центре Вознесенского и молодые зрители, которые в её проектах видят пространство для собственного вдохновения.
Больше об Андрее Вознесенском и Зое Богуславской вы можете узнать из следующих книг:
Похожие материалы: