Что ж, ведуния сказала, мой племянничек,
Есть тебе во княжий род дороженька.
Но дорогой тою ты заблудишься,
И себя утратишь настоящего. Будет все тебе, родной, о чем мечтается,
Будет и почет, и уважение,
И жена любимая, княгинюшка,
Но под старость - грусть-тоска сердечная. Ай, тоска да это неизбывная,
Не уймется да не успокоится,
И придется в путь тебе сбиратися,
В путь неблизкий, дальнюю сторонушку. Коль идти путем тем не восхочется -
Так придется же твоим уж детушкам
В сумраке ходить лесною чащею
И искать, где там сундук запрятанный. Ай, молить-просить тогда Судьбу о милости,
Да усердно-то просить - доказывать,
Что ни злато ни сребро их не запутают,
Да не застят им глаза их ясные. Что пришли они за тем заданием,
Что не выполнил-то их родимый батюшка,
Что возьмут из сундука заветного
Лишь клинок они горящий, огненный. А клинок тот дан не для убийствия,
И ни хлеб им резать, и ни яблоки,
А вскрывать им путы паучиные,
Что у нас зовутся злою ложию. Подходить же с тем клинком к тенетушкам,