Свой среди чужих, или гайдзинам добро пожаловать.
Любопытным образом прямо и косвенно картина Хикари «Семья в аренду» получилась своевременной актуалочкой, пусть и в несколько неожиданном ракурсе, в первую очередь японскому обществу, отражая современную, более того, насущную нужду в иностранцах, по крайней мере я лично натыкаюсь в многочисленных пабликах на то, что Япония, в связи со стремительным старением нации нуждается в «гайдзинах», как в рабочей силе, и чуть ли ни в этом возможное спасение шаткой экономики архипелага. Кто знает, может и так, мне сложно судить.
Вообще этот фильм как-то сразу к себе располагает и пусть по фактурам пластически немного рифмуется с картиной Софии Кополлы «Трудности перевода», - возьмем к примеру контраст большого белого человека в обществе миниатюрных азиатов, острая несостоятельность иностранца, и возможно поэтому мы готовы к подобному противопоставлению, - но в отличии от оскароносной коллеги, Хикари про другое, без излишней романтизации и оторванной мечтательности об абстрактной уместности (хотя я лично такое очень люблю) предлагает зрителю нетривиальную, но вполне себе рабочую схему инклюзивности, переворачивая непохожесть в необходимость, акцентируя внимание не на потребности иностранца быть видимым, а фокусируясь на нуждах японского человека, которому, не взирая на нахождение в понятной среде, иногда как воздух нужен смотрящий. «Порой нужно чтобы кто-то посмотрел нам в глаза и напомнил, что мы существуем».
Фильм прост, в нем нет фальши и пафоса и по большей части, помимо филигранной режиссуры Хикари, это бесспорная заслуга Брендана Фрейзера, глубину актерского дарования которого, как мне кажется, только обострил и усилил возраст. Невинная детскость Фрейзера придает глубины тучной зрелой невеселости героя-неудачника, той самой, что свойственна человеку думающему, человеку вне рода деятельности. В его случае дело совсем не в ремесле, тут что-то большее, что-то про опыт и сохранность череды опытов не в шрамах, а в цветущих садах. Чем старше мы становимся, тем сложнее сближаться с людьми, - это не секрет, страшнее открывать свою реальность другому, да что уж там, сложнее принять себя и признаться в своих ошибках. И не надо тут про осознанность, и что ошибки это путь, они нам много открывают и всё такое. Ошибки - есть, мы их совершаем ежедневно, и не всегда ошибка - гарантия прогресса и роста, давайте хоть на минутку перестанем обманываться и трезво, критично взглянем на себя - это бывает полезнее мнимой осознанности, которой место разве что в описании рилсов доморощенных «специалистов». Мы выбираем соврать или сказать правду, опираясь часто на ложные ожидания определенной реакции, которые ко всему прочему могут быть по-разному истолкованными, но ведь мы не можем знать наверняка что нужно другому человеку. Актер в любой роли лжет всегда, как бы достоверно порой не выглядел. Люди прибегают к услугам актеров, чтобы те врали за них в щекотливых ситуациях, иногда чтобы подбодрить или извиниться, я делаю вывод, что они настолько истощены муками выбора как поступить, обессилены, обезвожены, что прибегают к изощренной, сложноподчиненной «лжи, во благо».
Хикари ведет нас сквозь все эти судьбы, мы смотрим на людей глазами громоздкого великана с влажными глазами. Она не судит, и не лечит, она не утверждает, что предложенная ею схема - это выход, наоборот, она категорически против формализма, поскольку отношения, которые начинаются как игра, как спектакль, в её вселенной неминуемо оканчиваются дружбой и это самая прекрасная альтернативная реальность, о которой только можно мечтать. А еще прекраснее то, что все получается, что даже самые разные люди способны на искренние чувства друг к другу, и пусть таким витиеватым путем, но они готовят себя к близости, хотя по-прежнему им очень страшно.
