Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Вскоре после захода солнца, в сопровождении охраны из четырех человек, полковник Бермудес появился на веранде десятого этажа отеля «Honduras Maya». Официант принял заказ, и вскоре на столе возникли предметы для неспешной беседы: чашки с кофе, бокалы и бутылка рома. Полковник раскурил сигару, выпустил густое облако дыма и обвел взглядом сидящих за столом собеседников.
Грегори задумчивым тоном отверг извинения, предложенные от лица командования. Вместо этого он задал вопрос о том, кто принесёт извинения гражданам Никарагуа, павшим от рук коммандос. Он напомнил полковнику о данных ранее обещаниях завоевать любовь народа и констатировал, что с началом боевых действий повстанцы демонстрируют ежедневную и неоправданную жестокость. Убийства врачей, учителей и иностранных добровольцев приехавших помогать народу, по его словам, закономерно порождают в населении страх и ненависть, сводя на нет минимальную поддержку лишь тех крестьян, что были обижены властью. Именно эти зверства, подчеркнул Грегори, толкнули правительство на рискованный шаг — вооружить отряды самообороны, что политически укрепило сандинистов и вернуло повстанцам позорное прозвище «сомосовцев».
Полковник Бермудес, отпив из бокала, потребовал конкретных доказательств жестокости. В ответ Грегори, поморщившись, заявил, что свидетельства очевидцев и списки погибших говорят сами за себя, а происходящее ужасающе напоминает времена диктатуры Сомосы. Он добавил, что ненависть президента Рейгана к несуществующим в Никарагуа коммунистам застила ему глаза на реальность.
На реплику Бермудеса о кубинцах и русских американец возразил, указав, что к четвёртой годовщине революции в стране сохраняется смешанная экономика и политическая открытость, а все ограничения были введены лишь в ответ на боевые действия. При этом, заметил он, американцы открыто финансируют оппозицию, не встречая репрессий.
Полковник, поморщившись, задал вопрос о причинах откладывания выборов, предположив страх сандинистов перед поражением от коалиции. Его собеседница Мари с усмешкой возразила, что вера в подобные заявления Рейгана слепа, так как они основаны на часто выдуманных данных ЦРУ, раздувающих мифическую коммунистическую угрозу для запугивания собственных граждан. Она отметила, что если бы эта угроза была реальна, советские танки давно стояли бы у Ла-Манша, чего не происходит, вероятно, потому, что России это не нужно. Истерия же, по её мнению, выгодна тем американским компаниям, которые стремятся вернуть утраченные после революции прибыли. Мари напрямую спросила, за чьё именно благосостояние воюют коммандос и почему они столь жестоки к соотечественникам, не видя ли в этом возвращение к старой практике безнаказанного насилия над беззащитными под предлогом личных обид или классовой зависти.
Бермудес со вздохом признал, что разговор вновь свелся к теме жестокости, и неохотно согласился, что подобное имеет место быть, но это единичные случаи. Другой собеседник, прозванный Молчуном, возмущённо поправил его, заявив, что убийства, насилие и издевательства над простыми крестьянами — системная практика в каждом поселении, куда приходят коммандос.
Получив от полковника тяжёлое согласие выслушать обвинения, Андрей достал блокнот и начал зачитывать хронологию кровавых инцидентов прошлого года: семнадцать убитых крестьян в Сан-Дионисио, включая троих детей; девять рабочих, обслуживавших дорожную технику, у Риско-де-Оро; трое крестьян, врач-француз и учитель-датчанин в Ранчо-Гранде. Он подчеркнул, что список обширен и пополняется ежедневно.
На просьбу Бермудеса предоставить данные в письменном виде Андрей с усмешкой спросит, намерен ли полковник расследовать каждый случай, иронично заметив, что для этого придётся объявить преступниками всё его войско.
Полковник, сменив тон, сообщил, что уже обсуждал этот вопрос и что руководство FDN, осознавая урон репутации, приняло решение создать специальную группу для расследования зверств в отношении мирного населения, под которым понимаются лица без оружия и не состоящие на службе у режима.
Уин, с усмешкой указал на фатальную двусмысленность этой формулировки: учителя, врачи, рабочие госпредприятий и члены кооперативов — все они по сути государственные служащие. Таким образом, заключил он, большая часть населения страны подпадает под определение врага, что и происходит на практике. Бермудес, поморщившись, попытался уточнить, что имел в виду не это.
Уин выразил сомнение в успехе затеянной комиссии, считая, что бесчинства будут продолжаться из-за отсутствия морали у войска. По его мнению, американские инструктора равнодушны к жертвам, а бывшие офицеры гвардии Сомосы внушают рекрутам, что все, не присоединившиеся к борьбе, — враги.
Бермудес стал отрицать, что воюет с народом, но Грегори его прервал. Он напомнил, что коммандос действуют по наставлению ЦРУ FM 30-104, где террор против мирного населения прямо предписан как метод партизанской войны. Раз это известно полковнику, то о какой искренней комиссии может идти речь? У него сложилось впечатление, что целью является лишь белый пиар для руководства FDN, либо использование комиссии как инструмента для устранения нелояльных полевых командиров, пользующихся фактически неограниченной властью. Этому, добавил Грегори, полковник не сможет отрицать.
Бермудес, вынужденно признав просчёты с дисциплиной на начальном этапе, заявил, что война показала необходимость наведения порядка, а инцидент с журналистами стал катализатором для жёстких решений. Грегори скептически усмехнулся в ответ.
В завершение полковник попросил собеседников задержаться в городе ещё на три дня, чтобы после предстоящего собрания всех региональных командиров провести ещё одну основательную беседу. На вопрос о деле Суициды он лишь развёл руками, заметив, что прошли лишь сутки.
Появление официанта с тарелками лепёшек и мяса, сменившего опустевшую посуду, послужило сигналом к перерыву. Один из присутствующих предложил традиционно забыть на время о политике и разногласиях, на что Мари со смехом согласилась, отметив, что напоминать об этом было излишним.
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 100 рублей месяц.