Я стояла у кассы в «Пятерочке» и чувствовала, как горят уши. На табло высветилось «Недостаточно средств». Очередь сзади начала недовольно цокать языками. Я дрожащими пальцами убрала из корзины пачку творога, потом — свои любимые яблоки. Денег хватило только на памперсы и хлеб.
Вышла из магазина, глотая слезы. На карте осталось 12 рублей. А ведь еще два года назад я была начальником отдела, получала 70 тысяч и вообще не смотрела на ценники.
Кто меня затянул в это болото? Мой любимый муж, Дима.
Когда мы планировали ребенка, он пел соловьем:
— Леночка, не бойся! Я же мужик, я добытчик. Ты должна наслаждаться материнством, а не думать о деньгах. Уходи в декрет спокойно, я нас обеспечу. Будешь как сыр в масле кататься.
Я поверила. Накоплений своих не сделала — мы всё вложили в ремонт детской и новую машину (которая, кстати, оформлена на него).
Первые три месяца после рождения сына всё было нормально. А потом начался ад.
Сначала Дима начал спрашивать: «А зачем нам такие дорогие подгузники? Можно же марлю стирать, как наши мамы делали».
Потом он урезал мне расходы на продукты: «Ты же дома сидишь, тратить некуда. Пять тысяч в неделю на еду — за глаза».
А вчера случилось то, от чего мне хочется выть.
У меня закончились средства личной гигиены. И у сына — детское питание.
Я подошла к мужу вечером:
— Дим, переведи мне тысячу, пожалуйста. В аптеку надо и пюрешек купить.
Он оторвался от телевизора, нахмурился и достал телефон:
— Лен, я тебе позавчера переводил полторы тысячи. Где они?
— Ну как где? — растерялась я. — Молоко, курица, порошок стиральный закончился... Цены же выросли!
— Не знаю, не знаю, — он покачал головой. — Ты транжиришь деньги. Я пашу как вол, а они улетают в трубу. Значит так. Теперь деньги выдаю только под отчет.
Он открыл кошелек, достал одну бумажку в 500 рублей и протянул мне:
— Вот. Купишь, что надо, а вечером принесешь чек. И сдачу верни до копейки. Если не будет чека — в следующий раз денег не дам.
Я смотрела на эту бумажку и не могла поверить. Передо мной сидел не мой любимый муж, а какой-то надзиратель.
— Ты меня унизить хочешь? — спросила я тихо. — Я тебе жену родила, я ночами не сплю, дом на мне. А я должна отчитываться за прокладки?
— Не истери, — отрезал он. — Кто платит, тот и музыку заказывает. Ты сейчас иждивенка, своего дохода у тебя нет. Так что будь добра уважать мой труд и мои правила.
Я взяла эти 500 рублей. Потому что выбора не было. Потому что гордость — это хорошо, но ребенку нужно есть, а мне — выйти на улицу.
Вечером я положила перед ним чек и сдачу — 32 рубля. Он пересчитал мелочь, кивнул и убрал в карман.
— Вот видишь, можешь же экономить, если захочешь. В этом месяце лимит исчерпан, на маникюр не проси, сама пилочкой подпилишь. Ты же дома сидишь, никто твои ногти не видит.
Я зашла в ванную, включила воду и разрыдалась в полотенце.
Я в капкане. Ребенку полгода, в садик не отдашь. На работу не выйти. Родни в этом городе нет. Я полностью завишу от человека, который считает меня дармоедкой и унижает за кусок хлеба.
А ведь он был таким щедрым, пока я сама зарабатывала...
Сейчас я тайком ищу подработку в интернете по ночам, пока он спит. Копирайтинг, отзывы — хоть копейки, но свои. Чтобы в следующий раз, когда мне понадобятся колготки, не смотреть в глаза этому «господину».
Девочки, милые, скажите: это у всех мужчин «крышу сносит», когда жена в декрете и без денег? Или это мне так «повезло»? И как вы выживали в декрете — просили или имели свою заначку?