В кладбищенском лесу близ американского городка Далонега, штат Джорджия, найдено тело местной красотки Рейчел Хопкинс (Джейми Тисдейл). Осмотр тела говорит о том, что перед смертью у нее был секс, а убийце, который нанес 40 ножевых ранений, Рейчел не сопротивлялась. Дело ведет детектив Джек Харпер (Джон Бернтал) — брутальный опытный сыщик, который сразу после обнаружения тела начинает нервничать и устраивает мужу покойной (Крис Бауэр) допрос с пристрастием без всякой на то необходимости. Поведение Джека умеренно беспокоит его напарницу — молодую Прию Патель (Сунита Мани), которая только что заступила на службу.
Впрочем, у Харпера есть и очевидный повод беспокоиться: в город после годичного отсутствия вернулась его жена, журналистка из Атланты Анна Эндрюс (Тесса Томпсон). Для Анны телевизионное расследование дела Рейчел должно стать толчком к возвращению популярности. Есть и личный мотив: когда-то Анна, Рейчел, сестра Джека Зои (Марин Айрленд) и Хелен Ванг (Поппи Лю) учились в местной элитной школе, которой сейчас как раз руководит Хелен. Быстро становится понятно, что гибель Рейчел, вероятно, будет не единственной в серии, а причины придется искать в далеком прошлом школьных подружек.
«Его и ее» — новый плод сотрудничества Джона Бернтала и одного из продюсеров шоу Билла Дюбюка. С шоураннером «Озарка» Бернтал уже работал на дилогии «Расплата», в которой играет брата аутичного бухгалтера-убийцы Бена Аффлека. В «Расплате» Бернтал работает эмоциональным центром, в «Его и ее» его умение наращивать экспрессию, не теряя брутальности, использовано еще более выразительно. Роль Джека Харпера — лишнее подтверждение тому, что Бернтал — актер того же уровня и типа, что Бобби Каннавале и их общий «предок» Аль Пачино.
Сам по себе новый сериал Netflix уже второе попадание стримингового сервиса в актуальный тренд, который условно можно назвать семейным детективом. Десять лет назад всех свел с ума «Настоящий детектив», потом наступила (и еще не закончилась) эпоха тру-крайма. Параллельно в так называемом престижном сегменте телевидения развернулся ренессанс мыльной оперы под общим названием «Большая маленькая ложь». «Его и ее» (как и вышедший 1 января «Убегай!») — соединение нескольких актуальных течений. Можно сказать, что это максимально обезжиренная, жилистая версия как раз «Большой маленькой лжи» — в том смысле, что главная интрига не в том, кто убил, а в том, какие отношения на самом деле связывают будто бы даже не знакомых друг с другом героев.
Шоу очень энергично разгоняется, но немного буксует на пороге кульминации — герои будто нарочно медлят именно в тот момент, когда даже не очень проницательные зрители догадались о следующем повороте сюжета. С другой стороны, это повод немного задержаться глазом на всегда приятной болотистой фактуре американского Юга и замечательных актерских работах. Например, каждое появление в кадре великолепной Марин Айрленд можно считать отдельным перформансом. Да и самих по себе сюжетных поворотов здесь столько, что незначительные проволочки легко простить. Благодарить за такую динамику стоит одного из создателей шоу Уильяма Олдройда — автора замечательной британской экранизации лесковской «Леди Макбет Мценского уезда». Финальный твист ждет зрителей в самом конце последней серии, чтобы перевести «Его и ее» в плоскость диалога поколений, который в наше время все чаще разворачивается между матерями и дочерями.
Фото: Netflix
Текст: Ярослав Забалуев