Первой мыслью было напиться. Залить этот абсурд водкой, вырубиться и проснуться, когда этот кошмар закончится. Но Денис посмотрел на бутылку коньяка в баре и с отвращением захлопнул дверцу.
Алкоголь — для слабаков. А он сейчас был зол. Зол, как дворовый пес, которого пнули просто так, ради забавы.
Он любил Алину. И он точно знал, где был каждый день последние три года. Никакой «второй семьи» физически не могло существовать. Значит, кто-то очень сильно заморочился. Кто-то, кто ненавидел его брак.
Денис сел за компьютер. Сон отменился.
— Алло, Серый? Не спишь? — на часах было два ночи, но Сергей, старый приятель и гений кибербезопасности, жил в своем часовом поясе. — Работа есть. Срочная. Плачу двойной тариф, если результат будет к утру.
Сергей хмыкнул, услышав задачу, но лишних вопросов задавать не стал. Денис переслал ему исходный файл фотографии и скриншот профиля-отправителя.
— Найди мне, откуда ноги растут. IP, устройство, метаданные. Всё, что сможешь вытащить.
Утро началось не с кофе, а с сообщения от Сергея.
«Ден, ты сидишь? Если стоишь — сядь. Аккаунт-пустышка создан три дня назад. Вход осуществлялся с одного IP-адреса. Провайдер "Ростелеком", адрес установки оборудования: улица Ленина, дом 15, квартира 44».
Денис перечитал адрес трижды. Цифры прыгали перед глазами. Ленина, 15, квартира 44.
Это была квартира его матери.
В ушах зашумело. Картинка начала складываться, как пазл из гнилых досок. Внезапный визит «с пирожками». Мгновенная реакция «пусть катится». Ехидная улыбка.
— Мама, мама... — прошептал Денис. — Что же ты натворила, старая ты интриганка?
Гнев, горячий и яростный, сменился ледяным спокойствием хирурга, готовящегося вырезать опухоль. Просто прийти и обвинить? Она отбрешется. Скажет: «Взломали вай-фай», «Хацкеры», «Я не я, и хата не моя». Нужны железобетонные улики.
Вечером он позвонил матери. Голос сделал уставшим, слегка виноватым.
— Мам, привет. Ты была права. Одиноко как-то. Может, я заскочу? И заодно роутер твой гляну, ты жаловалась, что интернет тормозит.
— Ой, сыночек! — голос Ирины Павловны зажурчал патокой. — Конечно, приходи! Я борща наварила. А Алина эта... Не звонила?
— Нет.
— Ну и черт с ней. Жду!
В квартире матери пахло вареной капустой и лекарствами — запах старости, которая не хочет сдавать позиции. Пока Ирина Павловна гремела кастрюлями на кухне, Денис сел за ее ноутбук — старенький, но еще бодрый аппарат, который он сам ей подарил год назад «для сериалов и рецептов».
— Сейчас, мам, скорость проверю...
Пароля не было. Денис действовал быстро. История браузера.
«Как вернуть сына в семью заговоры».
«Фотошоп онлайн замена лица уроки».
«Фотостоки дети бесплатно».
«Как создать фейк в телеграмме без номера».
Бинго.
Но самое интересное ждало его в папке «Загрузки». Там, среди открыток «С Добрым Утром» и схем вязания, лежала папка с безобидным названием «Ремонт».
Денис открыл ее и почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.
Это была лаборатория Франкенштейна. Десятки фотографий чужих детей. Его собственные детские снимки, отсканированные в высоком разрешении. И тот самый итоговый файл. Исходник в формате PSD (фотошоп), где слоями лежали: чужое тело, его нос (взятый со школьного фото), его глаза (со свадебного снимка!), фон какого-то парка.
Она сидела и клеила это. Часами. Вырезала его глаза. Подгоняла тон кожи. Кропотливо, старательно, с любовью маньяка разрушала его жизнь.
Денис скопировал папку на флешку. Руки не дрожали. Дрожать было поздно.
— Мам, слушай, — крикнул он на кухню. — Тут такое дело. Алина хочет поговорить. Она приедет через час. Давай посидим все вместе? Расставим точки над «i».
На кухне что-то звякнуло. Ирина Павловна выглянула, вытирая руки о засаленный фартук. Лицо ее выражало смесь испуга и боевой готовности.
— Зачем она здесь? Гнать ее надо!
— Надо, мам. Надо оформить все цивилизованно. Чтобы она поняла, что ловить нечего. Ты мне поможешь? Поддержишь?
— Конечно, сынок! — она расцвела. Возможность добить поверженного врага манила ее, как муху мед.
...
Алина приехала бледная, с красными глазами. Она не хотела заходить, но Денис по телефону сказал только одно: «Если ты не приедешь, ты никогда не узнаешь правду. Я прошу тебя. 15 минут».
Гостиная. Тот самый огромный телевизор, которым мать так гордилась. Денис усадил женщин на диван. Они сидели по разные стороны, как бойцы в углах ринга. Ирина Павловна демонстративно отвернулась, поджав губы «куриной гузкой». Алина смотрела в пол.
— Я собрал вас, чтобы показать кино, — нарушил тишину Денис. Голос его был сухим и мертвым. — Документальный фильм о природе предательства.
Он нажал кнопку на пульте. На экране появилось изображение с ноутбука матери.
Первый слайд: история поисковых запросов.
«как поссорить сына с женой»
«уроки фотошопа»
Ирина Павловна дернулась, как от удара током. Ее лицо пошло красными пятнами.
— Это что? Денис, ты что придумал? Это вирусы! — взвизгнула она.
— Молчать! — рявкнул Денис так, что стекла в серванте звякнули. — Сидеть и смотреть!
Второй слайд: папка «Ремонт». Процесс создания фальшивой дочери. Пошагово. Вот чужой ребенок. Вот лицо Дениса. Вот инструмент «штамп» переносит родинку. Вот наложение теней.
Алина подняла голову. Ее глаза расширились. Она переводила взгляд с экрана на свекровь, и в ее взгляде проступало осознание чудовищности происходящего. Не измена. Не грязь мужа. А хладнокровная, безумная подлость человека, который называл себя «мамой».
Третий слайд: переписка Ирины Павловны с подругой в «Одноклассниках».
«Людка, все готово. Скоро скину ей бомбу. Побежит как миленькая, только пятки засверкают. А Денька никуда не денется, поплачет и к мамке под юбку вернется».
В комнате повисла тишина, густая и липкая, как кисель.
Ирина Павловна вжалась в диван. Она выглядела маленькой, жалкой и неопрятной. Старая женщина в засаленном халате, пойманная за руку на воровстве чужого счастья.
— Это... это проверка была, — просипела она, пытаясь улыбнуться, но вышла гримаса инсультника. — Я проверяла ее чувства! Если бы любила — поверила бы тебе! Я для тебя старалась, сынок! Чтобы ты увидел, какая она дрянь!
Денис подошел к Алине и взял ее за руку. Алина не отдернула. Она сжала его ладонь так сильно, что ногти впились в кожу.
— Для меня? — переспросил Денис тихо. — Ты для себя старалась. Тебе скучно, мама. Тебе нужно жрать чью-то жизнь, потому что своей у тебя нет. Ты хотела, чтобы я был твоей игрушкой до старости.
— Я мать! Я тебя родила! — взвыла она, переходя на ультразвук. — Ты не смеешь! Она тебя окрутила!
— У меня больше нет матери, — отрезал Денис. Слова упали, как гильотина. — У тебя есть пять минут, чтобы собрать свои манатки и исчезнуть из моей квартиры. Да, мам, ты забыла? Эта квартира — моя. Я купил ее до брака. А ты здесь живешь из милости.
— Ты... ты меня выгонишь? На улицу? — она не верила. Глаза ее бегали по комнате в поиске поддержки, но натыкались только на холодную ярость сына и брезгливость невестки.
— У тебя есть дача. Зимняя, теплая. Ты ее так любишь. Вот и живи там. Ключи на стол. Завтра замки сменю. И если ты еще раз приблизишься к моей семье — я опубликую это «кино» везде. Соседям, твоим подругам, на работе. Опозорю на весь город.
Ирина Павловна попыталась изобразить сердечный приступ, схватилась за грудь, закатила глаза.
— Не верю, — сказал Денис. — Скорую вызову, но на дачу ты поедешь все равно. Время пошло.
Через десять минут за ней захлопнулась дверь. В подъезде еще долго слышались проклятия, перемешанные с плачем, но это уже был просто шум. Как жужжание назойливой мухи за стеклом.
Алина сидела на диване, все еще глядя на погасший экран телевизора.
— Прости меня, — сказала она глухо. — Я должна была понять. Но это фото... оно было таким реальным.
— Забудь, — Денис сел рядом и обнял ее. — Мы заплатили приличную сумму эксперту, но это лучшая инвестиция в нашей жизни. Мы купили правду. И свободу.
В квартире стало тихо. Наконец-то исчез запах затхлости и дешевых интриг. Остался только запах озона после грозы — резкий, свежий и чистый.