Восемьдесят шесть лет назад умер человек, который умудрился впихнуть в один абзац больше жизни, чем иные авторы — в трёхтомник. Исаак Бабель. Одессит. Очкарик с лицом бухгалтера и воображением серийного убийцы. Писатель, которого Горький считал надеждой русской прозы, а НКВД — врагом народа.
И вот что интересно: его расстреляли в 1940-м, реабилитировали в 1954-м, а читают до сих пор. Причём читают не из-за школьной программы, а потому что невозможно оторваться. Бабель — это литературный наркотик. Один абзац — и ты подсел.
Давайте честно: «Конармия» — это не книга о гражданской войне. Это книга о том, как интеллигентный еврей в очках попал в мясорубку истории и вместо того, чтобы сойти с ума, начал записывать. Там казаки рубят людей шашками, насилуют, грабят — и всё это описано таким изысканным языком, что хочется одновременно блевать и аплодировать. Бабель изобрёл литературный оксюморон: красота ужаса.
Возьмите рассказ «Смерть Долгушова». Раненый боец просит его пристрелить, чтобы не достаться полякам. Главный герой — альтер эго Бабеля — не может. Физически не способен. Это делает другой казак, а потом чуть не убивает самого рассказчика за трусость. И всё это уместилось на двух страницах. Две страницы — и ты понимаешь про войну больше, чем из любого учебника.
«Одесские рассказы» — отдельная песня. Беня Крик стал архетипом ещё до того, как это слово вошло в моду. Бандит с понятиями. Налётчик-философ. Человек, который грабит богатых не потому что Робин Гуд, а потому что может. И делает это с таким стилем, что жертвы потом хвастаются: «Меня обнёс сам Король!» Бабель создал миф об Одессе, который пережил и саму Одессу, и Советский Союз, и, похоже, переживёт нас всех.
Знаете, что самое поразительное? Бабель писал мало. Катастрофически мало. Он мог годами шлифовать один рассказ. Говорят, переписывал по двадцать раз. В эпоху, когда коллеги строчили романы километрами, он выдавал по несколько страниц в год. И каждая страница стоила чужого тома. Это был ювелир среди каменщиков.
Его молчание бесило власть. На Первом съезде писателей в 1934 году Бабель с трибуны заявил, что работает в жанре молчания. Зал смеялся. НКВД записывало. Через пять лет его арестовали. Обвинение стандартное: шпионаж, троцкизм, терроризм. Расстреляли 27 января 1940 года. Рукописи конфисковали и уничтожили. Сколько шедевров сгорело — не узнаем никогда. Читать далее ->