Их брак называли одним из самых странных и трагических в истории русской литературы. Он видел в ней божественное видение, Прекрасную Даму, а она мечтала о простом человеческом тепле. История Александра Блока и Любови Менделеевой — это история двух людей, говоривших на разных языках любви и так и не сумевших понять друг друга.
Их жизнь вместе — это диалог глухих, где страстные стихи разбивались о жажду обычного счастья, а «свободная любовь» оборачивалась мучительной ревностью и потерей.
Могла ли обычная земная женщина быть счастлива с человеком, который влюбился не в нее, а в созданный им самим миф? Чей выбор был страшнее: Блока, обрекшего жену на одиночество, или Менделеевой, искавшей утешения на стороне, но возвращавшейся снова и снова?
Детство, юность и мистический знак
Они познакомились в детстве в имении Шахматово, но по-настоящему встретились лишь годы спустя. Тогда Люба, дочь великого химика Дмитрия Менделеева, сочла Блока позером. Все изменила домашняя постановка «Гамлета», где он играл принца, а она — Офелию.
Ее серьезность и строгость пленили поэта. После нескольких случайных встреч он воспринял это как судьбу и признал в ней воплощение Вечной Женственности из философии Владимира Соловьева.
Блок писал ей страстные письма: «Ты — мое солнце, мое небо, мое Блаженство». Но сама Люба просила: «Пожалуйста, без мистики!». Несмотря на сомнения, в 1903 году она вышла за него замуж.
Брачная ночь, которая стала приговором
Их свадьба была красивой, но первая брачная ночь навсегда определила трагичный тон их союза. Блок, следуя своей идее о разделении плотского и духовного, заявил молодой жене, что физической близости между ними не будет. Для него она была идеалом, который нельзя было «осквернить». Для нее — любимым мужем, от которого она ждала обычного семейного счастья.
«Я все равно уйду от тебя к другим. И ты тоже уйдешь. Мы свободны, как птицы», — сказал он ей тогда. Этот принцип «свободной любви», принятый в их кругу символистов, стал для Любови Дмитриевны источником многолетних страданий.
Жизнь «свободных птиц»: измены, ревность и потеря ребенка
Любовь Менделеева, отчаявшись достучаться до мужа, пыталась вернуть его внимание — модными нарядами, флиртом с его другом, поэтом Андреем Белым. В конце концов, супруги стали жить как «свободные птицы», открыто заводя романы на стороне.
Эпизод с Андреем Белым: Любовь как «маета»
Отношения Любови Менделеевой с поэтом Андреем Белым, лучшим другом Блока, стали одним из самых мучительных и драматичных эпизодов в этой странной семейной хронике. Это была не страсть, а долгая, изматывающая «маета», полная недопонимания, метаний и взаимного уничтожения.
Белый, увлеченный мистическими идеями того же круга, идеализировал Любовь Дмитриевну не меньше Блока, но его чувства носили более земной, страстный характер. По некоторым свидетельствам, когда Люба, изголодавшись по простому человеческому вниманию, наконец решилась ответить на его пылкие ухаживания, Белый… отступил. Испугался ли он, почувствовал ли неискренность в её порыве? Его реакция была воспринята как оскорбление. А когда она обрушила на него свой гнев и презрение, он осознал свою потерю и впал в отчаяние.
Кульминацией стал нервный срыв Белого. Десять дней он ждал её решения в петербургских меблированных комнатах, пока не получил записку с вызовом в квартиру на Карповке, где жили Блоки. Эта встреча стала для него роковой. Любовь Дмитриевна позвала его, чтобы окончательно разорвать отношения и, по его же словам, «уничтожить». Униженный и раздавленный, он в ту же ночь пытался покончить с собой, но даже это отчаяние обернулось фарсом: у Невы он наткнулся на вонючие рыбацкие баржи, которые помешали «прилично утопиться».
Но и на этом история не закончилась. Белый бежал в Париж, где его одержимость Любой довела его до больничной койки и нервного истощения. Годы спустя, уже в советском Петрограде 1921 года, они случайно встретились на улице. Он, потрясенный, увидел не Прекрасную Даму, а усталую женщину с кошелкой картошки, прошедшую мимо, не узнав его. А она, услышав о нём перед смертью, лишь равнодушно спросит: «Он всё такой же, сумасшедший?..»
Этот болезненный роман-фарс, не приведший к физической близости, оставил после себя лишь шлейф стихов, истеричных мемуаров и глубокую душевную рану у всех троих. Для Любови Дмитриевны он стал ещё одной попыткой вырваться из клетки идеального образа и ещё одним доказательством, что настоящее понимание для неё недостижимо.
Каждого нового любовника Любовь Дмитриевна честно представляла мужу, неизменно добавляя: «Люблю тебя одного в целом мире». Блок же, имевший связь с актрисой Натальей Волоховой (его «Снежной Девой») и оперной дивой Любовью Дельмас, ревновал мучительно и болезненно.
Трагедией стала история их "общего" ребенка. Забеременев от другого, Любовь призналась в этом Блоку. Поэт, который, по некоторым данным, не мог иметь детей, с радостью принял новость: «Пусть будет ребенок! Раз у нас нет, он будет общий». Но мальчик прожил всего восемь дней. Блок, похоронив младенца, страдал сильнее матери. Он посвятил ему стихотворение «На смерть младенца» и часто навещал могилу в одиночестве.
Закат и осознание
Революция и война застали их на разных жизненных витках. Любовь Дмитриевна пропадает на гастролях, он тоскует без нее, пишет ей письма.
Он чувствовал себя разбитым и старым, в революции разуверился, идеалы растерял. Он безумно скучал по своей Любаше и в то же время понимал, что их разделяет пропасть. Но и Любе вырвать Блока из своего сердца не удавалось. «Я в третий раз зову тебя, мой Лаланька, приезжай ты ко мне, - писала она ему в письме из гастролей. Но Блок тяжело болен и не может приехать. Он не выходит даже из своей нетопленой квартиры. Он бредит наяву и никого не хочет видеть. врачи не могут сказать, что это за болезнь. Постоянно высокая температура, которую нельзя было ничем сбить, слабость, сильные боли в мышцах, бессонница… Узнав об этом от друзей, Менделеева срочно возвращается домой и ухаживает за мужем как за малым ребенком. Она как-то ухитряется доставать продукты в голодном Петрограде 1921 года, обменивает свои драгоценности на лекарства для Сашеньки и не отходит от него ни на шаг.
Понял ли Блок какое сокровище потерял, выдумав себе «любовь по Соловьеву»? Наверное, да, если незадолго до смерти посвятил Любе такие строки:
«...Эта прядь — такая золотая,
Разве не от старого огня? —
Страстная, безбожная, пустая,
Незабвенная, прости меня!»
После его смерти в августе 1921 года Любовь Менделеева прожила еще 18 лет. Она написала мемуары «И быль и небылицы о Блоке и о себе», сохранила его архив, но больше не вышла замуж и не завела серьезных романов. Ее уход был столь же мистическим, как и вся их история. Однажды, поджидая к себе двух женщин из Литературного архива, чтобы передать туда свою переписку с Блоком, она едва успела открыть им дверь, как покачнулась, рухнула на пол без памяти и напоследок жалобно произнесла одно-единственное: "Сашенька!"
Их брак так и остался историей о двух одиночествах, живших бок о бок. Он искал в ней богиню, она в нем — земную опору. И оба так и не нашли того, что искали, заплатив за свои идеалы годами взаимного непонимания и тихой боли.