Кабинет отца пахнет бумагой, пылью и тишиной. Анна и Игорь молча разбирают полки после похорон. Всё, что осталось, — папки, книги, глобус. В ящике старого стола, под стопкой журналов, Игорь находит потёртый диктофон. Батарейки, к удивлению, ещё живы. Он нажимает «воспроизведение». Сначала шёпот, затем голос отца, смущённый и нежный: «Лен, слушай, только что услышал…» И он рассказывает старый, не слишком смешной анекдот про медведя и пчелу. И вдруг — смех! Мамин смех. Звонкий, безудержный, заразительный. Они хохочут вместе, на фоне слышно, как звякает посуда. Это длится всего минуту. Конец записи. Дети замерли. Они смотрели на диктофон, как на призрак. Их мама, которая последние годы была больше сиделкой и уставшей женой, всегда озабоченной анализами и таблетками, — эта женщина счастливо хохотала в их кухне. Они забыли, что она умеет так смеяться. Что их семья вообще так смеялась. — Я… не помню её такой, — тихо сказала Анна, и голос её дрогнул. — Я тоже, — прошептал Игорь. Они слушали з
Дети после похорон отца нашли в его столе старый диктофон. То, что они услышали, заставило их по-новому взглянуть на родителей.
20 января20 янв
2
1 мин