Коль, ты не довезешь меня до дома? – попросила я.
Коллега аккуратно взял под ручку и довел до припаркованной у здания машины. Немолодой и опытный, он вытащил из аптечки валидол и приказал рассосать. Довез до дома, и велел вызывать скорую, если что.
Дома разрыдалась. Швыряла все вокруг и орала в голос. Видимо, через это действо пошел сброс внутреннего умопомрачения, мозги вновь заработали, я села в кресло, и, тут же – чего раньше не делала в квартире, закурила.
Поверить в услышанное, катком переехавшее меня, было сложно. Никогда! Никогда в нашей почти тридцатилетней совместной жизни не было даже намека на измену. Муж часто повторял мне, что однолюб, и кроме меня, его никто и никогда не интересовал. Выходит, врал? Или – седина в бороду, бес в ребро? Голос у женщины был уж очень молодой – лет двадцати пяти.
Поднялась, выкинула окурок в ведро. Собрала раскиданные вещи, сгребла осколки разбитой чашки, попавшейся под руку, и вспомнила, что надо ехать за дочкой – её всегда забирала к себе бабуля до вечера – они с ней обедали и учили уроки, а вечером, или я, или муж забирали её.
Позвонила бабушке (матери Славы) и, сказав, что приболела попросила оставить девочку ночевать. Бабуля легко согласилась – у них с Машуней была и дружба и любовь.
Пошла на кухню. Приготовила ужин. Автоматически. Как зомби. Что-то резала, что-то варила, что-то жарила. Старалась ни о чем не думать.
…Муж вернулся в начале двенадцатого. Хмурый и усталый. Есть не стал, сказав, что утром поест в двойном размере, а сейчас хочет только одного – спать! Вымылся под душем, и нырнул под одеяло.
- Если я сейчас ему не скажу, до утра не доживу, - подумала я, и резко откинула одеяло. Он, уже смеживший веки, удивленно и вопросительно посмотрел на меня.
Сбивчиво и громко я рассказала ему о любовнице и шраме на ягодице.
Муж вскочил, взбешенный, и что есть силы шарахнув по прикроватной тумбочке, которая, не выдержав удара, треснула, проорал:
- Дура! – и выскочил из комнаты. Пометавшись по квартире, он закрылся в комнате сына.
Ночь показалась мне длиною с вечность. Я плакала, скулила как щенок, несколько раз принималась пить кофе, заставив столешницу недопитыми чашками, и лишь часов в пять утра ненадолго уснула.
Проснулась оттого, что уже одетый муж, ткнув меня в бок, сердито сказал:
- Опоздаешь на работу!
Я открыла глаза. Он, чмокнув меня в щеку, пробормотал:
- Оправдываться не собираюсь. Это ложь и наговор! Ты же меня знаешь!
Он отправился к двери, и уже у порога сказал:
- Возможно, меня месяц не будет – уеду в командировку. Только, пожалуйста, не накручивай! По де-лам!
…Встала и пошла искать успокоительное. Ног не чувствовала, ничего не понимала. Понимала только, что если он уйдет от меня – просто умру.
Муж, и вправду, уехал. Или «уехал»? Месяц прошел как в дурном сне – на препаратах. Никому ничего не говорила, почти ни с кем не общалась. Дочка почти все это время была у бабушки, которая, пребывая в неведении относительно причины моего нездоровья, сильно переживала. Они по вечерам «прогуливались» до меня, бабуля приносила что-то из еды, и каждое посещение настоятельно требовала, чтобы я пошла к врачу.
Муж звонил. Он, действительно, был не в городе, это чувствовалось по отвратительной связи. Говорил, что любит и скучает, просил извинения за безобразную сцену, и что, вернувшись, обязательно во всем разберется.
Очень хотелось верить! Очень! Но! Шрам на том месте, о котором сказала мнимая (или настоящая?) любовница, склонял чашу весов в сторону неверия…
Вернулся муж. В первый же день его возвращения у нас состоялся разговор. Причем доминировал в нем Слава. Он потребовал слово в слово пересказать мне скандальный разговор. Выписал номер телефона, с которого был звонок. Расспрашивал о голосе, интонациях. Я смотрела на него как кролик на удава. Ничего не понимала, знала только, что люблю его, и без него жизнь потеряет всякий смысл. Непроизвольно потекли слезы. Муж, увидев это, крепко прижал мое безвольное тело к себе, прошептав:
- Найду, кто это сделал, и убью! На куски порву!
Еще неделя прошла. За неё многое, что изменилось. Во-первых, сын вернулся, и стал жить с нами, сообщив, что ему с нами лучше, и тратить деньги на ветер не собирается. Это произошло вечером того же дня. Они явились вместе с мужем и торжественно сообщили мне об этом, и еще о том, что долг сына выплачен! Оказывается, этот месяц они вместе «шабашили» - оба взяли отпуска и «вкалывали как папа Карло» в бригаде у одного знакомого мужа.
С этого дня все крутилось вокруг моей персоны: меня, словно больную, освобождали от всех дел, бабуля приносила готовую еду, а Машуня висела на шее, мурлыча мне под нос наивно-забавные детские истории.
Автор Ирина Сычева.