Андалусская кухня родилась на перекрёстке культур, религий и темпераментов. Мавры, евреи, христиане и цыгане веками жили рядом: спорили, торговались, влюблялись и, разумеется, готовили. В результате получилась одна из самых многослойных и выразительных кухонь Испании.
Мавританское наследие в Андалусии ощущается до сих пор. Миндаль, апельсиновый цвет, корица, зира и шафран, принесённые арабским миром, навсегда переписали местную гастрономию. Отсюда страсть к смелым сочетаниям: мясо с сухофруктами, медовые соусы, орехи в горячих блюдах. Здесь ценят не спешку, а долгое томление, не резкость, а вкус, который раскрывается постепенно, словно хороший танец или горячий флирт.
Римляне внесли в кухню Андалусии свою практичную и смелую ноту. Древний гарум стал прародителем андалусской любви к солёной рыбе, анчоусам и тунцу. Из античности тянется и культ оливкового масла: без него Андалусию сегодня просто невозможно вообразить. И это не метафора! Регион по-прежнему остаётся крупнейшим производителем оливкового масла в мире.
Но если мы хотим потрогать сам пульс Андалусии, без цыган здесь не обойтись.
Цыгане появились в регионе в XV веке и стали неотъемлемой частью её культурного ландшафта. Именно в цыганской среде сформировалось фламенко как язык тела, боли, гордости и свободы. Их кухня была кочевой и огненной: жареные потроха, жгучие соусы, еда «из того, что нашлось», но с неизменно ярким характером. Цыганки Севильи: продавщицы сигар, цветочницы, гадалки, были хорошо знакомы горожанам.
Кармен — вовсе не романтическая героиня. Это женщина, которая ни за что не станет принадлежать мужчине, обществу или морали. Именно поэтому она так раздражала буржуазную публику XIX века.
Когда в 1875 году состоялась премьера оперы Бизе, зал был ошарашен. Героиня не становится «правильной», поёт о желании и свободе, флиртует и смеётся над мужчинами. Для своего времени это выглядело вызывающе и даже неприлично. Опера провалилась, и, увы, Бизе не дожил до её триумфа: мировой легендой «Кармен» стала уже после его смерти.
Кармен всегда была страстью и соблазном, свободой и вызовом привычному укладу. Как и андалусская кухня: яркая, пряная, противоречивая, не предназначенная для равнодушных.
15 февраля мы приглашаем вас в гости к Кармен. На «Ужине в Севилье» еда будет говорить на языке страсти, специй и свободы. Будет горячо, местами дерзко, но очень вкусно!