Хоть ей и было неудобно, но Вера утром не вышла к Геннадию, чтобы ехать с ним к его дяде Вене.
Но, когда Геннадий стал ей названивать, она телефон взяла, решила не отмалчиваться, а сразу всё ему сказать.
- Верочка, доброе утро, ты что там так долго, я уже приехал за тобой. Ты много вещей не бери, я же тебе говорил, что мы потом всё вместе купим!
Голос у Геннадия был ласковый и радостный, но Вера не стала поддаваться эмоциям, ведь теперь ясно же, что Геннадий её обманывает!
- Вера, может ты хочешь, чтобы я к тебе в квартиру поднялся, и с сумками помог? Так ты только скажи, я мигом, - голос у Гены стал умоляющим, душевным, и сердце Веры на секунду дрогнуло - может быть она всё же ошибается?
Но связь вдруг прервалась, а в комнату вошла её младшая невестка Маша, и перебила эту никому не нужную сентиментальность,
- Мам, ты с собой много вещей не бери, у них там и валенки есть на всех, и ватники, и свитеров уйма, и шапок! Вот платье красивое лучше возьми, на Новый год может наденешь, или на Рождество, там видно будет.
- А мы что, на все праздники туда поедем? - удивилась Вера.
- Ну да, тётушка там холодца наварила, гуси у неё к Рождеству откормлены. Во дворе уже ёлку нарядили, а соседка Поликарповна пирогов напечёт. Они у неё пышные, прямо воздушные, ешь и не толстеешь. А ещё сын Поликарповны горку для всей ребятни соорудил. Он и старые шины от колёсного трактора в сарае для этого держит, на них кататься хорошо.
А к Рождеству пряничный домик будем печь, а бабульки наши петь будут так, что сама уезжать не захочешь, - торопливо сообщила Маша, и убежала.
- Да у вас там прямо большая праздничная программа, - заслушалась невестку Вера
И тут опять зазвонил телефон Веры, но она теперь уже не сомневалась,
- Геннадий, да я с внуками в деревню уезжаю, и вообще... не звони мне больше, я... я тебе не верю больше, и у нас ничего с тобой не получится. Лучше вернись к жене, я слышала случайно, как ты с ней говорил по телефону, и обещал скоро вернуться. Вот и езжай к ней.
- Вера, ты что-то не так поняла, и вообще, как ты можешь, ты же добрая и отзывчивая? Ведь ты дяде Вене обещала приехать, ты что такое говоришь? - попытался надавить на жалость Геннадий, но Вера не поддалась,
- В общем, разбирайся ты сам со своими родственниками, Гена, прощай!
Она отключилась, и на всякий случай ещё и заблокировала номер телефона Геннадия...
А сама долго стояла у окна и думала - никто ей не нужен, был у неё муж Серёжа, и его не вернуть. Другой же мужчина не будет никогда таким близким и родным, так что ни к чему всё это...
В день отъезда у Никиты, как на грех, сломалась машина. Она у них уже довольно старая, но на ходу, только Никита чинит её постоянно.
Машину эту Никита с Антоном купили вскладчину, да ещё и хорошо подержанную, по отдельности им не осилить было такую покупку. Но зато она была девятиместная, похоже сыновья Веры Ивановны давно запланировали иметь как минимум по два ребёнка.
Родители невесток Веры Ивановны тоже в деревню собрались, но они с младшим сыном на своей машине поедут.
С тестями Вера Ивановна не особо общалась.
Они работали ещё, а младший брат Ирины и Маши Коля ещё в школе учился.
- Спихнули тебе своих девиц, и рады, а сами там барствуют в своей квартире, - как-то в сердцах высказалась подруга Веры Елена.
И хоть сама Вера Ивановна не была злобливая, но и ей иногда так казалось. Тем более, что Лариса Андреевна и Борис Васильевич не особо участвовали в жизни дочерей и внуков.
Но недавно Ирина с Машей как-то разоткровенничались, и рассказали, что Коля родился не совсем здоровым. Мама с ним с детства много занималась, и теперь почти незаметно, что он не как все. Но Коля до трех лет почти не ходил, и не говорил. Зато теперь почти не заметно.
- Мы с Колей втроём в одной комнате жили, уроки делали по очереди, у нас квартира хоть и двухкомнатная, но очень тесная, - ещё раньше оправдывалась Маша, когда они с Антошей тоже к свекрови жить пришли. Но о том, что Коля не совсем здоров, Вера Ивановна только сейчас услышала.
И в очередной раз подумала, что частенько кажется, что другим легче живется. Пока не узнаешь, что у людей совсем не всё так гладко, как кажется. Как говорится, в каждом дому по кому, а где и два.
Ей даже стыдно стало за свои мысли, когда Вера считала, что они на неё всё навалили, и дочек своих, в потом и маленьких внуков. А сами в Анапу на море со своим Колей ездят почти каждый год отдыхать. Дочкам же и внукам совсем мало помогают.
А оказалось, что они Колю лечить возили к морю...
- Зато теперь, как раньше, ещё когда Кольки не было, мы в деревне соберемся, давно так не собирались. Мы и подарки всем заранее купили, хоть и скромные, но нужные, ведь самое главное - внимание, - радовалась Ирина.
И от этих семейных сборов и суматохи, от беготни Славика и Ксюши. От звонков сыновей, которые вместе чинили машину, чтобы успеть к Новому году в деревню, Вере Ивановне вдруг стало тепло и хорошо на душе.
Ей раньше казалось, что она какая-то обделённая и неприкаянная, а на деле у неё большая семья, в которой о ней тоже заботятся.
И именно сегодня Вере даже показалось, что и Лена, несмотря на её достаток и жизненные удобства, потому и ворчит на Веру, и её жизнь "как в коммуналке", что немного ей даже завидует...
- Мам! - вбежала в очередной раз к комнату Маша, - Ребята машину починили и уже едут. Мы с ними сумки потащим, а ты Славика и Ксюху одевай, ты с ними за задних местах поедешь, ладно? Там сидения с подогревом и мягче. Ну, короче, одеваемся...
В машине Веру Ивановну укачало, и она задремала, да и Славик с Ксюшей уснули. Их так взбудоражила эта поездка, что они с раннего утра собирались, и умаялись...
Сквозь сон Вера Ивановна слышала, как переговаривались Никита и Антон со своими жёнами. Обсуждали какой-то непонятный переезд на лето, и говорили про покупку квартиры.
Странное дело, интересно на какие шиши они собираются какую-то квартиру покупать, если у них вечно нет денег? - в полусне думала Вера Ивановна. Наверное это какие-то очень далёкие планы, да пусть болтают, мели Емеля, твоя неделя, как бабушка ещё говорила.
Потом Вере вспомнился Геннадий, и она ощутила радость, что не прониклась к его проблемам, это же совсем чужой человек. И ещё Вера подумала, что платье нарядное она в итоге так и не взяла.
Да и ладно, перед кем там наряжаться, она вообще в деревне была когда-то очень давно, всю жизнь прожила в городе. И почему-то представляла родню своих невесток бабушками в халатах и валенках, там ведь все наверное так ходят...
Приехали они, когда уже стало темнеть, сейчас рано темнеет. А завтра - Новый год, и около дома уже сверкала огоньками наряженная ёлка.
Снег был чистый, белоснежный, не то, что в городе. Дорожки к приезду гостей почищены, и по обеим сторонам огромные сугробы, как когда-то давно, в детстве.
Пока перетаскали в дом вещи и продукты, пока устроились в уютных комнатах и напились чаю, уже и спать было пора ложиться.
Хозяева были очень приветливые, а Вере Ивановне досталась хоть и маленькая, но отдельная комнатка.
За окном медленно падал снежок, а постельное бельё пахло свежестью, и было подкрахмалено.
Давно не спала на таком белье, да ещё в отдельной комнате, Вера Ивановна.
И она постояла немного у окна, легла, и почти сразу уснула...
Утром же её разбудил смех и визги детей. Солнце уже встало, и снег сверкал в неярких его лучах.
А с большой снежной горки весело катались её внуки - Славик и Ксюша, и ещё какие-то местные ребята.
И такая благодать появилась на душе у Веры Ивановны, будто в её жизни какой-то новый этап наметился...