❌ Вот, например, Семён. Он всё делает чётко. Как автомат. Говорит — это ритм. Но с каждым годом в этом ритме всё меньше огня. И всё меньше желания вставать на смену. Он даже пытался уйти — продавать жильё. Но, по его словам, «тошнит сильнее, чем от гнилой капусты». Не пошло. Вернулся к плите. Теперь, когда Семён рассказывает, как запекать курицу, это звучит будто инструкция по колоноскопии. Долго и мучительно. А ведь 12 лет назад мы с его женой Валькой, жаря шашлыки, заслушивались его речью: «кефир против горчицы». В какой момент мы заменяем огонь ритмом?
Так выглядит профессия без огня. ❌ Вот, например, Семён.
Он всё делает чётко. Как автомат.
Говорит — это ритм.
Но с каждым годом в этом ритме всё меньше огня.
И всё меньше желания вставать на смену.
Он даже пытался уйти — продавать жильё.
Но, по его словам, «тошнит сильнее, чем от гнилой капусты».
Не пошло.
Вернулся к плите.
Теперь, когда Семён рассказывает, как запекать курицу,
это звучит будто инструкция по колоноскопии.
Долго и мучительно.
А ведь 12 лет назад
мы с его женой Валькой, жаря шашлыки, заслушивались его речью:
«кефир против горчицы».
В какой момент мы заменяем огонь ритмом?
