1976 год, стареющий английский брюзга в должности педагога шатается по Латинской Америке. Интересно, не правда ли? Нет! А если добавить в эту историю пингвина? Быть может, получится приквел об одном из злодеев вселенной Бэтмена Мистере Пингвине? Отнюдь. Речь пойдёт о драмеди «Школа мистера пингвина» режиссёра Питера Каттанео, снятого по сценарию Джеффа Поупа, адаптировавшего одноименные мемуары некоего Тома Мичелла, которые вроде как стали бестселлером в англосаксонском мире. Ну, а поскольку на некоторых киноресурсах рейтинги у фильма прямо-таки завидные, нам предстояло проверить, чего же там наснимали англичане в Испании, в Аргентине и Уругвае и чем, так сказать, нас порадовали в прошлом году (официальная премьера в России – 19 июня 2025 года).
А порадовать, «The Penguin Lessons», как оказалось, практически нечем. Циничный, унылый, малодушный, боящийся ответственности и что самое печальное для зрителя – совершенно не интересный, как главный герой, за которым нужно наблюдать почти два часа экранного времени, преподаватель английского языка Том Мичелл (Стив Куган) приезжает в Аргентину накануне Государственного переворота в Аргентине 1976 года, чтобы учить богатых детишек в колледже Святого Георгия (чит. – английская школа для мальчиков), после чего, не долго думая, укатывает на выходные в Уругвай в поисках романа на одну ночь, а возвращается оттуда неожиданно с пингвином. Застрявшую в мазуте птицу Мичелл, конечно же, спасать не хотел, но так получилось – навязали добрые люди. В Аргентине же ему приходится мириться с любопытным питомцем и до поры скрывать его от посторонних глаз, а вокруг тем временем начинают разгораться политические страсти…
Ориентируясь на приведённую выдержку из сюжета, сразу же можно предположить как минимум несколько вариантов развития этой истории. Например, непростые взаимоотношения главного героя с учениками и с коллегами, попытку заслужить их признание и уважение. Или стержневую часть сценария о контакте человека с диким животным, повествующую о постепенном сближении, о том, как пингвин изменил нелюдимого человека, излечил его старые раны, хоть как-то повлиял на ход событий. На крайний случай – какую-то внешнюю ситуацию, связанную с государственным переворотом, военной диктатурой и прочими «прелестями» заявленного исторического периода, как это было в оскароносном «Я всё ещё здесь», когда общее тянет за собой частное. Однако, вопреки любому такому предположению, ответ в конце будет ровно один: нет!
Наладить контакт с учениками Митчел даже не пытается, по большому счёту, демонстрируя, что ему абсолютно наплевать, что они там делают и что из себя представляют, и, следовательно, чего-то типа «Общества мертвых поэтов» (1989), «Хористов» (2004), «Оставленных» (2023) здесь ждать не приходится. С коллегами он так и не сблизился, в связи с чем старания учителя физики Тапио остаются повисшими в воздухе. Главная сюжетная линия о дружбе с пингвином событийными ходами не блещет, фактически пребывая где-то между строк сценария, и заканчивается полным фиаско, из-за чего возможное сравнение с такими фильмами, как «Пеликан» (2011), «Мой друг мистер Персиваль» (2019), «История дельфина» (2011), «Флиппер» (1996) и многими другими, в данном случае тоже не работает. И даже ожидаемым политическим страдальцем вопреки популистской либеральной конъюнктуре боязливый преподаватель тут не становится. Максимум на что оказывается способно его изменившееся мировоззрение за указанные два часа хронометража – это мимоходом и украдкой спросить у местного представителя диктатуры на улице, куда подевалась его знакомая, и тут же, наложив в штаны, убежать, не выдержав пристального взгляда человека в очках и пары грубых слов в его адрес. Вместо всего перечисленного киноделами (такое ощущение – просто ради галочки) добавлена избитая и откровенно лишняя сюжетная линия про потерянную дочь, что является нескрываемым плагиатом другой тематической киноленты-одногодки «Мой пингвин» (2024) с Жаном Рено в главной роли.
В итоге приходится поддержать Юлию Шагельман из «Коммерсантъ»: «Авторы попытались добавить в историю о дружбе человека и зверушки более широкие смыслы, но справиться с ними не смогли». Иными словами, попытка объединить две несопоставимые темы ни к чему хорошему не привела. И в чём тогда мораль, в чём ценность высказывания? В том, что приезжий англичанин, рассказывающий детям о том, что Диккенс сильно переоценён, Гамлет – идиот, а Байрон – неженка (спасибо, хоть не по методичке Джорджа Сороса о том, как устроить в далёкой стране «цветную революцию» на благо «свободного» западного мира, да и то, только потому, наверное, что в 1976-м такой методички ещё не было; зато, как видно, уже вовсю функционировали частные английские школы, готовившие определённым образом настроенную элиту с прицелом на будущее) перестал быть мизантропом, угробил спасённого пингвина и прочитал глупую речь на пафосных похоронах в худших традициях Голливуда? Или в очередном идеологическом заходе англосаксов на территорию Латинской Америки через удобное противопоставление левого служителя науки и правой кровавой диктатуры, закончившейся, надо полагать, хеппи-эндом? Если так, то, пожалуйста, избавьте от подобного «душевного старомодного кино», каким нарекли его некоторые восторженные критики.
______________________________
Настоящая статья продублирована в блоге автора на сайте Кинориум.ру