Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Батареи топят улицу. Почему в квартире Африка, а на улице Сибирь

Проснулся я сегодня в три часа ночи от странного ощущения. Будто я не в своей квартире в спальном районе, а как минимум в Дубае. Или даже внутри тостера, который включили на полную мощность. Горло пересохло. Язык к небу прилип. А одеяло показалось мне личным врагом, который решил меня задушить в своих жарких объятиях. Встал я, значит, воды попить. Иду по коридору, а паркет горячий. Как песок на пляже в полдень. Кошка Мурка лежит посреди комнаты в позе морской звезды. Распласталась и даже ухом не ведет. Видимо, перешла в жидкое агрегатное состояние от таких температурных рекордов. Подошел я к батарее. Осторожно так, с уважением. Дотронулся пальцем и тут же отдернул. Шипит! На ней, граждане, можно яичницу жарить без масла. Или чайник кипятить, если газ отключат. Это уже не отопительный прибор. Это какое-то оружие массового поражения. Тепловая пушка, направленная прямо в мой скромный организм. А ведь на улице, между прочим, зима. Мороз и солнце, как говорится. Минус двадцать по цельсию. П

Проснулся я сегодня в три часа ночи от странного ощущения. Будто я не в своей квартире в спальном районе, а как минимум в Дубае. Или даже внутри тостера, который включили на полную мощность.

Горло пересохло. Язык к небу прилип. А одеяло показалось мне личным врагом, который решил меня задушить в своих жарких объятиях.

Встал я, значит, воды попить. Иду по коридору, а паркет горячий. Как песок на пляже в полдень. Кошка Мурка лежит посреди комнаты в позе морской звезды. Распласталась и даже ухом не ведет. Видимо, перешла в жидкое агрегатное состояние от таких температурных рекордов.

Подошел я к батарее. Осторожно так, с уважением. Дотронулся пальцем и тут же отдернул. Шипит! На ней, граждане, можно яичницу жарить без масла. Или чайник кипятить, если газ отключат.

Это уже не отопительный прибор. Это какое-то оружие массового поражения. Тепловая пушка, направленная прямо в мой скромный организм.

А ведь на улице, между прочим, зима. Мороз и солнце, как говорится. Минус двадцать по цельсию. Природа, значит, морозит, а ЖЭК жарит. И вот в этой борьбе стихий находится мой хрупкий человеческий быт.

Решил я осуществить техническую регулировку. Нашел на трубе вентиль. Красивый такой, краской закрашенный еще при строительстве дома. Попытался повернуть.

Куда там! Он прирос намертво. Стал единым целым с чугунной сущностью батареи. Я и полотенцем его брал, и добрым словом уговаривал. Стоит насмерть. Категорически отказывается уменьшать подачу теплового ресурса.

Тут супруга проснулась. Смотрит на меня из-под одеяла одним глазом.

- Ты чего, - говорит, - шумишь? И зачем форточку открыл? Выстудишь же всё помещение.

- Какое там выстудишь, - отвечаю. - У нас тут филиал ада на земле. Африка с доставкой на дом. Я, может, спасаю нас от теплового удара.

Но у женщин, известно, терморегуляция особая. Ей при плюс тридцати зябко становится. Закуталась она по самый нос и дальше спит.

А я стою у открытого окна. Снизу - ледяной ветер с улицы. Сзади - раскаленный воздух от батареи. И вот на стыке этих двух фронтов я и существую. Ноги в Сибири, голова в тропиках.

Жизнь, товарищи, это вообще сложный физический процесс. Мы платим огромные деньги за отопление. А потом открываем окна и отапливаем улицу. Греем атмосферу, так сказать. Осуществляем гуманитарную помощь мировому пространству за свой счет.

Может, оттого у нас и глобальное потепление? Не от заводов вовсе, а оттого, что у меня вентиль на батарее не крутится.

В итоге положил я на батарею старое ватное одеяло. В два слоя. Чтобы хоть как-то сдержать этот напор тепловой энергии. Одеяло нагрелось через пять минут. Пахнет теперь горячей шерстью, как в бане.

Так и сижу. Пью холодную воду и смотрю на градусник. Он показывает цифры, несовместимые с нормальной жизнедеятельностью. Но зато, как говорится, костей не ломит.

А у вас коммунальщики тоже устраивают дома филиал пустыни Сахара, или мне одному так повезло?