Понедельник
Январским восстанием в Берлине по сути никто не руководил. Члены заседавшего до поздней ночи ВРК под утро начали расходиться по домам и только тут увидели, что происходит на улицах Берлина.
Здесь полно никем не руководимых восставших отрядов. Повсеместно воздвигаются баррикады. Хаотически, без какого-либо плана или соображений целесообразности захватываются различные здания.
Надо сказать, что ночь с 5 на 6 января правительство социал-демократов провело в тревоге. Ключевым оставался вопрос об армии – чью сторону примут пока еще немногочисленные подразделения, находившиеся в Берлине?
Утром 6 января стало понятно, что ВРК изрядно просчитался, поверив недостоверным слухам о поддержке армии. Имевшиеся в Берлине несколько запасных батальонов, части республиканской солдатской обороны и подразделения Шарлоттенбургской самообороны выступили на стороне правительства.
Кроме того, к правительственным зданиям уже с утра начали подтягиваться сторонники СДПГ. Не только интеллигенция, но и те же самые рабочие, на которых так рассчитывал Либкнехт.
Возможно, дело в том, что берлинцы (да и немцы вообще) были очень настроены на проведение выборов в Национальное собрание. Выступление левых расценивалось многими как попытка сорвать эти выборы. Как нечто похожее на разгон русскими большевиками Учредительного собрания. Только в отличие от России в Германии такой номер не прошел.
Пока никто не управлял ситуацией, в городе начались вооруженные столкновения. Первый бой произошел у здания военного министерства. Его неизвестно для чего ночью заняли восставшие. Подчиняющиеся военным отряды выбили восставших.
Тем не менее правительство не считало, что готово к подавлению восстания. Оно дожидалось результатов деятельности посланного за пределы Берлина военного комиссара Носке. Он должен был сколотить «армию» из готовых выступить за правительство подразделений армии. До готовности Носке следовало тянуть время.
Итак, члены ВРК убедились, что военные в Берлине не на их стороне. Не выступила даже Народная военно-морская дивизия. Правительство должно тянуть время. В итоге стороны с готовностью вступили в переговоры.
Однако имелась еще одна тонкость. Правительство не хотело продемонстрировать слабость. А потому переговоры носили неофициальный характер и велись через посредника. Им выступил Каутский. Болтовня велась вокруг восстановления свободы прессы. То есть первым условием для ведения дальнейших переговоров являлось освобождение восставшими захваченных редакций газет.
В свою очередь, ВРК тоже хотел выдвинуть требования. Прежде всего, отмену отставки Эйхгорна. Это раз. Второе – ВРК не очень-то и контролировал отряды восставших. И выдворить их из квартала Берлинер Цайтунгсфиртель для него было нелегкой задачей. Кроме того, если бы ВРК попытался это проделать, но, что называется, потерял бы лицо. Прежде всего перед своими же сторонниками.
Так что вместо шагов навстречу друг другу обе стороны продолжили размежевание. Коммунисты предприняли безуспешную попытку сагитировать солдат. Все части, кроме Народной дивизии, остались на стороне правительства. Моряки заявили о своем нейтралитете.
ВРК продолжил призывы к демонстрациям под лозунгами свержения правительства. И люди всё еще выходят на улицу. Сотнями тысяч – гигантский потенциал. Но он не используется. Комитет ни на что не может решиться. Только разговоры, разговоры, разговоры.
А ведь если и можно было взять власть в Берлине в свои руки, то только в эти дни – 5, 6 или 7 января. Пока Носке не привел в город войска.
------
Все материалы рубрики История Германии: