Покупка современного китайского кроссовера все чаще напоминает игру в рулетку, где на кону стоит не только ваш кошелек, но и нервная система. Haval Jolion за последние пару лет стал настоящим королем российских дорог, заполонив дворы многоэтажек и парковки торговых центров. Люди голосуют рублем за броский дизайн, богатую электронную начинку и, конечно, цену, которая на фоне остальных кажется подарком судьбы.
Однако за красивым фасадом и мониторами часто скрываются технические нюансы, о которых менеджеры в автосалонах предпочитают тактично молчать, пока вы не подпишете договор. Одна из таких «особенностей» способна довести неподготовленного водителя до паники, особенно если он пересел на «китайца» с классического «автомата».
Ко мне обратился владелец новенького Haval Jolion, назовем его Антоном. Его история - это классический пример столкновения ожиданий и суровой реальности. Антон всю жизнь ездил на корейских и японских машинах с гидротрансформаторными коробками и привык, что автомобиль должен дарить комфорт, а не загадки. Купив Jolion с роботизированной коробкой передач, он рассчитывал на плавность и технологичность. Первые тысячи километров по трассе прошли идеально, но настоящий тест-драйв начался, когда он попал в свой первый серьезный глухой затор в центре мегаполиса.
Ситуация была стандартной для вечера пятницы: плотный поток, движение в режиме «старт-стоп», когда ты проезжаешь метр и стоишь минуту. Спустя полчаса такой езды Антон почувствовал неладное. В салоне начал появляться отчетливый, едкий технический запах. Сначала он грешил на старый КАМАЗ в соседнем ряду, включил рециркуляцию, но запах не исчезал, а становился гуще и резче. Это была не вонь выхлопа, а специфический аромат подгоревших фрикционов - запах горячего металла и накладок, который ни с чем не спутает тот, кто хоть раз буксовал в грязи на «механике».
Испугавшись не на шутку, владелец начал судорожно проверять приборную панель, ожидая увидеть красные лампочки перегрева двигателя или аварийный режим трансмиссии. Но экраны предательски молчали, температура охлаждающей жидкости стояла как вкопанная, а машина продолжала ехать. Вырвавшись из пробки, он открыл окна, проветрил салон и попытался списать все на случайность. Но на следующий день история повторилась с пугающей точностью. Стоило машине поползти в заторе, как салон снова наполнялся удушливым амбре.
Антон не выдержал и записался на диагностику к официальному дилеру. Он был уверен, что ему продали бракованный автомобиль, что коробка вот-вот развалится или, чего доброго, машина загорится. В сервисной зоне он эмоционально объяснял мастеру-приемщику суть проблемы, и его главная претензия звучала предельно четко: «Сцепление воняет в пробке». Он ждал, что машину сейчас же загонят на подъемник, будут консилиумом искать течь масла или менять сгоревшие диски.
Однако реакция дилера повергла его в ступор. Мастер выслушал жалобу с абсолютно спокойным лицом, даже с легкой усталой улыбкой, и выдал вердикт, который звучит как издевательство: «С вашей машиной все в порядке. Это конструктивная особенность работы нашей роботизированной коробки передач в тяжелых условиях».
Оказалось, что хваленый «мокрый» робот DCT7, которым оснащается Jolion, имеет свою специфику. В отличие от классического автомата, где связь мотора и колес идет через жидкость в гидротрансформаторе, здесь работают пакеты фрикционов, как на механике. Когда водитель в пробке отпускает тормоз, но не нажимает газ (или нажимает его совсем чуть-чуть), электроника вынуждена допускать пробуксовку сцепления, чтобы машина могла ползти с черепашьей скоростью и не глохнуть.
Дилер объяснил, что в режиме «ползущей пробки» диски сцепления постоянно смыкаются и размыкаются, работая в зоне повышенного трения. Несмотря на то, что сцепление купается в масляной ванне, при длительной такой нагрузке масло локально перегревается, а продукты износа фрикционов начинают издавать тот самый запах гари. Мастер добавил, что на новых машинах этот эффект проявляется особенно ярко, пока идет процесс притирки деталей, но и в дальнейшем запах может появляться, если «неправильно» ездить.
Советы, которые дали Антону в официальном сервисе, окончательно разрушили его веру в прогресс. Ему порекомендовали изменить стиль вождения. В глухих пробках ему запретили «ползти» на драйве. Вместо этого нужно либо ждать, пока впереди освободится место хотя бы на корпус машины, чтобы проехать этот отрезок уверенно и дать сцеплению полностью сомкнуться, либо при каждой остановке переводить селектор в нейтраль (N), чтобы разгрузить коробку. Фактически, купив машину с двумя педалями за два с лишним миллиона, он получил инструкцию по эксплуатации как для старых «Жигулей».
Антон уехал из сервиса со смешанными чувствами. С одной стороны, его успокоили тем, что критической поломки нет. С другой - он осознал, что стал заложником технологий. Теперь в каждой пробке он вынужден не расслабленно слушать музыку, а контролировать дистанцию, дергать ручку в «нейтраль» и нервничать, принюхиваясь к воздуховодам. Ему пришлось переучиваться ездить, избегая плавного подкатывания, что в плотном московском потоке вызывает лишь ярость у водителей сзади, которые тут же пытаются влезть в оставленное им «окно».
Робот - это быстро и экономично на трассе, но в городе это компромисс. И если вы живете в мегаполисе, где пробки - это часть жизни, будьте готовы к тому, что ваш технологичный автомобиль может иногда портить воздух в салоне, напоминая вам о том, как тяжело ему дается каждый метр пути.
А вы готовы мириться с запахом гари и особым режимом езды ради технологий, или считаете, что старый добрый автомат все-таки надежнее?