**1. История с капотом-зеркалом**
Лужа после дождя была размером с озеро. Я стоял у своего старого Volvo, размышляя о прыжке. Внезапно в воде отразилось смеющееся лицо. «Планируете заплыв?» — спросил звонкий голос. Я обернулся и увидел девушку в желтом дождевике. Она держала пачку книг и смотрела на мою машину. «Капот как зеркало, — сказала она, — в нем весь мир перевернут». Я не нашел что ответить. Она подошла ближе и положила книги на мокрый капот. Я замер, наблюдая за каплями на их обложках. «Видите? — Она провела пальцем по капоту, оставив след. — Теперь и мы часть этого перевернутого мира». Это было самое странное знакомство в моей жизни. Мы начали говорить о книгах, которые намокли. Оказалось, она изучала астрофизику. Она рисовала формулы на капоте, а я стирал их рукавом. Лужа медленно уходила в асфальт. Мы простояли так час, забыв о времени. Она объясняла, как свет искажается в воде. Я слушал, завороженный ее энтузиазмом. Вокруг нас оживал город, но мы не замечали этого. Она стерла все рисунки одним движением ладони. «Спасибо за зеркало», — сказала она, забирая книги. И ушла, оставив меня у машины. Я сел в салон, но не завел мотор. На капоте оставался легкий пар от высыхающей воды. На пассажирском сиденье лежала ее забытая закладка. Я поднял ее и увидел номер телефона. Он был нацарапан на обороте музейного билета. Рядом стояла надпись: «На случай, если захочешь обсудить другие вселенные». Я улыбнулся и положил билет в бардачок. Завел машину и поехал, глядя в мокрое зеркало заднего вида. В нем отражался удаляющийся переулок, где все началось.
**2. История с картой звездного неба**
Я застрял на пустынной дороге с перегретым мотором. Капот дымился, как вулкан, в ночной тишине. Звезды над головой были невероятно ярки. Из темноты возникла девушка на велосипеде с фонарем. «Нужна помощь?» — ее голос звучал успокаивающе. Она была в свитере с оленями, хотя на дворе стоял август. Я объяснил проблему, и она кивнула. «Дайте ему остыть, — сказала она, — а пока…» Она подошла к капоту и положила на него руку. «Идеальный экран», — прошептала она. Достала из рюкзака лазерную указку. И начала показывать созвездия, прямо на темном лаке капота. «Вот Лебедь, вот Лира», — ее голос сливался с шепотом ночи. Я слушал, забыв о поломке. Она рассказывала мифы о каждом созвездии. Потом нашла в небе спутник и проследила его путь. Мы просидели на обочине, прислонившись к бамперу. Она сказала, что работает в планетарии и едет с ночного дежурства. Дым от мотора рассеялся, превратившись в легкий туман. На капоте выступила роса, и звезды отразились в ней вдвойне. Она вдруг спросила, верю ли я в совпадения. Я не успел ответить. Она написала номер на запотевшем стекле моей машины. «Позвони, когда доедешь, — сказала она. — Или если захочешь узнать историю Андромеды». Сел на велосипед и скрылась в темноте. Я еще час смотрел на небо, ощущая холод металла под ладонью. Утром я отбуксировал машину в сервис. Но прежде чем отдать ее, тщательно переписал номер. Он все еще был виден, как призрачное послание. Я позвонил ей в тот же вечер. Она ответила с первого гудка.
**3. История с кофейным пятном**
Я купил два кофе, но моё свидание не пришло. Я зря прождал у фонтана сорок минут. Раздосадованный, я поставил один стакан на капот своей машины. Кофе был горячим, и от стакана пошел пар. Вдруг я услышал: «Вы его продаете или просто мучаете?» Это была девушка с огромным букетом полевых цветов. Она смотрела на стакан с таким голодом, что я рассмеялся. «Бесплатно, — сказал я, — если рискнете». Она бережно поставила букет на капот рядом со стаканом. Цветы легли на лаковую поверхность, как на лужайку. Она взяла кофе и вздохнула от удовольствия. Мы разговорились, стоя у машины. Оказалось, ее свидание тоже не явилось. «Видимо, сегодня такой день», — сказала она, пожимая плечами. Потом она заметила, что от стакана осталось идеальное круглое пятно. «Смотрите, — ткнула она пальцем, — как планета на темном небе». Она отломила стебелек василька и начала рисовать на капоте вокруг пятна. Рисовала спутники и космические корабли. Я присоединился, используя травинку как кисть. Мы создали целую галактику вокруг кофейного кольца. Прохожие оборачивались, но нам было все равно. Она смеялась, когда у нее не получались прямые линии. Я сказал, что в космосе нет прямых линий. Она посмотрела на меня с интересом. Мы проговорили еще час, пока кофе не остыл окончательно. Букет лежал на капоте, источая легкий аромат. В конце она сорвала один цветок и вложила мне в петлицу. «За кофе и космос», — сказала она. Потом собрала свой букет и ушла, не оставив номера. Я смотрел ей вслед, трогая цветок в петлице. На капоте осталась наша галактика и жирное пятно. Я не стал его стирать. На следующий день я пришел в то же место с двумя кофе. Она не пришла. Но когда я сел в машину, нашел записку под дворником. «Твоя галактика великолепна. Вот моя. » И номер телефона.
**4. История с падающим листом**
Осень была в разгаре, и весь город утопал в листве. Я мыл машину во дворе, смывая желтую коросту. Внезапно порыв ветра подхватил кучу листьев. Они весело закружились в воздушной воронке. Один кленовый лист, ярко-красный, приземлился прямо на середину мокрого капота. Он прилип, как наклейка, идеально ровно. Я протянул руку, чтобы его снять. «Не трогайте!» — раздался голос из-за забора. Через секунду в калитку просунулась девушка с фотоаппаратом. «Это идеальный кадр, — сказала она. — Позвольте?» Не дожидаясь ответа, она сделала несколько снимков. Потом перелезла через низкий забор и подошла ближе. Она рассмотрела лист, склонив голову набок. «Смотрите, — прошептала она, — он лег по стоку воды, как корабль по реке». Она показала мне на фотоаппарате увеличенное изображение. Капли воды на листе сверкали, как драгоценности. Мы заговорили о том, как случайность создает красоту. Она оказалась микробиологом, но фотографировала для души. «Весь мир — это лаборатория, — сказала она, — а капот вашей машины — чашка Петри». Она сфотографировала отражение облаков в лаковом покрытии. Потом нашла еще один лист, упавший на крышу, и положила его рядом с первым. «Теперь у него есть друг», — констатировала она. Ветер стих, и солнце вышло из-за туч. Лист начал подсыхать и слегка завернулся по краям. «Корабль превращается в птицу», — заметила она. Мы простояли так, наблюдая за трансформацией, пока тень не удлинилась. В конце она стряхнула листы с капота. «Спасибо за студию», — сказала она с улыбкой. И ушла, оставив меня с чистой, но почему-то неполной машиной. На следующий день я нашел в почтовом ящике конверт без марки. В нем была фотография: мой капот, лист и часть моего удивленного лица в отражении. На обороте почерком: «Приглашаю на выставку случайностей. Вот адрес. Приходи».
**5. История со следами кошачьих лап**
Ночью на свежевыкрашенный капот моего автомобиля кто-то натоптал. Утром я обнаружил цепочку мелких грязных следов. Они вели от ветрового стекла к решетке радиатора и обратно. Я стоял и ругался про себя, рассматривая повреждения. Вдруг из-под соседней машины выскочил рыжий кот. А за ним — девушка с ошейником и переноской в руках. «Он здесь! — выдохнула она. — Извините, это все Бублик». Она указала на следы на капоте и покраснела. «Я гналась за ним пол-ночи, он испугался грузовика». Я не мог сердиться, глядя на ее расстроенное лицо. Она достала салфетки и жидкость для очистки. «Давайте, я все устраню», — сказала она решительно. Мы вдвоем принялись оттирать следы. Работа шла молча, но в напряженной тишине было что-то комфортное. Потом она рассказала, что работает в приюте для животных. Бублик был новичком и сбежал при перевозке. Следы удалились, но остались микроцарапины. «Я все оплачу, — настаивала она. — Дайте ваш номер». Я дал, и она тут же набрала его со своего телефона. Мой телефон зазвонил у меня в кармане. «Теперь и у вас есть мой», — сказала она с хитрой улыбкой. Кот терся о ее ноги, мурлыча. Она поймала его и засунула в переноску. Поблагодарила еще раз и пошла к своей машине. Я остался стоять у своего капота, глядя на едва заметные царапины. Они складывались в странный узор, похожий на созвездие. Через час мне пришло сообщение: «Это Аня. Бублик благополучно доехал. По поводу царапин: знаю отличную мастерскую. Могу составить компанию?» Я ответил согласием. Мы поехали в мастерскую на следующий день. Мастер, осмотрев капот, сказал: «Ничего страшного, полировка уберет». Но я передумал. «Оставьте, — сказал я. — Это теперь мои ориентиры».
**6. История с мелками и детскими рисунками**
Я припарковался возле парка, чтобы поработать в тишине. В машине было душно, и я открыл все окна. Погрузился в документы, забыв о мире. Стук по капоту заставил меня вздрогнуть. Я выглянул и увидел маленькую девочку с мелками. Она что-то увлеченно рисовала на моем капоте. Я хотел возмутиться, но рядом появилась девушка. «София, нет!» — она схватила ребенка на руки. «Простите, она вырвалась, мы тут рядом рисуем». Девочка протягивала руки к капоту, где уже красовалась кривая радуга. Я вышел из машины. Рисунок был милым и безобидным. «Ничего страшного, — сказал я. — Смоется дождем». Девушка, мама девочки, смотрела с облегчением и смущением. «Давайте, я все отмою сейчас же». Но я махнул рукой. «Можно я посмотрю, что там еще?» — спросил я у девочки. Она улыбнулась и потянулась к капоту. Ее мама опустила ее на землю. Девочка продолжила рисунок, добавила солнце и облако. Ее мама звали Лика. Мы разговорились, пока София творила. Оказалось, Лика — художник-иллюстратор детских книг. «Ваша машина стала нашим самым большим холстом», — смеялась она. София закончила шедевр и отдала мне мелок. «Теперь ты», — сказала она серьезно. Я растерялся, но нарисовал рядом смешную собаку. София засмеялась. Мы стояли втроем у разрисованного капота, как странная семья. Лика сфотографировала рисунок на память. Потом она стерла его влажными салфетками, которые всегда носила с собой. Но желтый мелок оставил легкий, едва заметный след. «Призрак радуги», — сказала Лика, проводя по нему пальцем. Они ушли, помахав мне на прощание. Я сел в машину, но не мог завести мотор. В бардачке я нашел чек и обвел на нем свой номер. Вышел и положил его под дворник ее машины, припаркованной неподалеку. Через два часа она позвонила. Мы договорились встретиться в том же парке, но уже без мелков.
**7. История с внезапным градом**
Град застал меня врасплох на пустой парковке у супермаркета. Ледяные горошины размером с вишню барабанили по крыше. Я переждал пик стихии в салоне. Когда все утихло, я с ужасом осмотрел капот. Он был покрыт вмятинами, как поверхность луны. Я стоял и смотрел на это бедствие, чувствуя пустоту в кармане. Рядом притормозила машина, из нее вышла девушка. «Ох, — сказала она, глядя на мой капот. — Тебе не повезло». У ее машины не было ни одной вмятины. «Я успела под навес, — объяснила она. — Сочувствую». Она подошла ближе и внимательно изучила повреждения. «Знаешь, — сказала она задумчиво, — это похоже на карту архипелага». Она провела рукой над вмятинами, не касаясь их. «Вот остров, вот пролив…» Ее фантазия была заразительна. Я начал видеть в хаосе не разрушение, а новый ландшафт. Она представилась Катей и сказала, что она ландшафтный дизайнер. «Хочешь, мы это обыграем?» — неожиданно предложила она. Я не понял. Она достала из своей машины тюбик смываемой краски. И начала обводить каждую вмятину серебряной линией, соединяя их. Через полчаса мой капот превратился в фантастическую карту. Это было невероятно красиво. Мы смеялись, как дети, создавая новые острова и моря. Она дала мне тюбик, и я нарисовал крошечный корабль у «берега». Град растаял, солнце снова ярко светило. Люди выходили из магазина и с интересом смотрели на наше творение. «Временное искусство, — сказала она. — Смоется первым же дождем. Но сейчас оно есть». Она сфотографировала капот и отправила фото мне в сообщении. «На память о внезапном архипелаге». Потом дала визитку. «Если захочешь превратить в постоянный дизайн — звони. Я придумаю что-то». Я посмотрел на визитку, потом на капот. Разрушение стало началом чего-то нового.
**8. История с забытым шарфом**
Сильный ветер гнал по улице осенний мусор и опавшие листья. Я как раз садился в машину, когда что-то яркое ударилось в лобовое стекло. Потом это что-то упало и зацепилось за дворник. Это был длинный шерстяной шарф невероятного бирюзового цвета. Я отцепил его и огляделся. По тротуару бежала девушка, прижимая к голове сумку. Ветер трепал ее волосы. «Эй! — крикнул я, размахивая шарфом. — Это ваш?» Она обернулась, и лицо ее просияло. Подбежала, запыхавшись. «Мой! Спасибо! Я его даже не почувствовала, как сдуло». Она взяла шарф, и ее пальцы слегка коснулись моих. Шарф был необыкновенно мягким. «Я сама связала, — сказала она с гордостью. — Пряжа из альпаки». Ветер снова усилился, и конец шарфа вырвался у нее из рук. Он взметнулся и снова прилип к моему капоту, уже чистому и сухому. Мы оба рассмеялись. «Похоже, он влюбился в вашу машину», — сказала она. Чтобы шарф не улетел, она расстелила его на капоте, как дорожку. Бирюзовый цвет смотрелся на темном металле потрясающе. Мы разговорились, прислонившись к машине. Ее звали Алиса, она была реставратором тканей в музее. «Ваш капот — идеальный фон, — сказала она. — Он нейтральный и благородный». Она поправила шарф, будто укладывала экспонат в витрине. Ветер наконец стих, и солнце выглянуло из-за туч. Шарф лежал на капоте, словно маленькое озеро. Она рассказывала о своей работе, а я слушал, завороженный. Потом она медленно свернула шарф, и момент словно растворился. «Спасибо еще раз, — сказала она. — За шарф и за компанию». Она отошла на несколько шагов, потом обернулась. «Я часто гуляю здесь по субботам. Если встретимся — расскажу про египетский лен». Она ушла, а я остался с ощущением, что что-то упустил. На капоте не осталось и следа, лишь парочка шерстинок. Я собрал их и положил в бардачок. В следующую субботу я приехал на то же место. Она сидела на лавочке с книгой. Увидев меня, улыбнулась.
**9. История с сюрпризом от ворон**
Я припарковался под старым тополем, известным птичьим базаром. Отлучился на десять минут в аптеку. Вернувшись, я обомлел: весь капот и крыша были заляпаны птичьим пометом. Это было художественное, но крайне неприятное полотно. Я ругал себя за неосторожность. Из соседнего кафе вышла девушка с тряпкой и ведром. «Видела, как они это делали, — сказала она, смеясь. — Целая банда ворон. Нахальные и талантливые». Она работала в кафе и, видимо, наблюдала за процессом. «Давайте, я помогу, у нас есть средства». Я не стал отказываться от помощи. Мы вдвоем намылили капот, и грязь стала отходить. «Похоже на абстракцию, — заметила она, работая тряпкой. — Вот здесь, смотрите, как будто континент». Ее звали Даша, и она изучала искусствоведение. Она видела в случайных пятнах высокое искусство. Мы отмыли все, но одно пятно, самое фактурное, осталось. «Оставьте его, — уговорила она меня. — Как напоминание о бренности и дерзости жизни». Пятно действительно напоминало остров. Она достала из фартука маркер для стекла. И обвела контур пятна, добавила пару линий. Получилась стилизованная птица, взлетающая с того самого пятна. «Теперь это арт-объект», — заявила она с удовлетворением. Я был в восторге. Она пригласила меня в кафе на чашку кофе за спасение от вороньей напасти. Мы просидели за разговором еще час. Она рассказала о своей дипломной работе по наскальной живописи. «По сути, то же самое, — сказала она, указывая на мой капот. — Только холст другой». Когда я уезжал, она вынесла мне бумажный стаканчик с кофе навынос. На нем был написан номер телефона и слово «Ворона». Я звонил ей на следующий день. Мы договорились поехать в музей современного искусства. Она сказала, что покажет мне настоящие шедевры.
**10. История с геологами и окаменелостью**
Я приехал на пустынную речку порыбачить. Поставил машину на высоком берегу. Клев был плохой, и я скоро забросил удочку. Решил просто посидеть на капоте, глядя на воду. Вдруг снизу, со стороны обрыва, послышался голос: «Эй, там наверху! Можно к вам?» Я подошел к краю и увидел девушку в забрызганной глиной одежде. Она карабкалась по склону, неся тяжелый рюкзак. Я помог ей подняться. «Спасибо, — выдохнула она. — Искала образцы, засмотрелась и заблудилась». Она сбросила рюкзак на землю, и тот звякнул. Оказалось, она геолог. Достала из рюкзака странный камень с отпечатком древнего растения. «Нашла вот этого красавца». Потом ее взгляд упал на капот моей машины. «О, идеальная поверхность!» Не спрашивая, она высыпала на капот несколько мелких камней и начала их сортировать. Я не возражал. Было интересно наблюдать, как она их рассматривает, бормоча что-то себе под нос. Потом она взяла камень с отпечатком и положил его в центр капота. «Смотрите, — сказала она. — Миллионы лет на вашем «Ниссане». Это было волнующе. Мы сидели на бампере, а она рассказывала о древнем море, которое было здесь. Ее глаза горели, когда она говорила о тектонических сдвигах. Солнце садилось, окрашивая камни на капоте в золотой цвет. Она собрала свою коллекцию, но один маленький камешек с кристаллом оставила. «Сувенир, — сказала она. — Кварц. Приносит удачу». Потом она попросила подвезти ее до лагеря ее экспедиции. В машине пахло глиной и камнем. Она оставила тот кварц на приборной панели. Доехав, она вышла и помахала рукой. «Спасибо за помощь и терпение!» Я смотрел, как она уходит к палаткам. На капоте осталась мелкая пыль и царапина от одного особенно твердого образца. Я не расстроился. Дома я положил кварц на полку. Через неделю мне пришло письмо на электронную почту от «девушки с отпечатком». Она прислала координаты места, где нашел окаменелость. И приписку: «Если хочешь увидеть больше — приезжай. Мы здесь еще на месяц».
**11. История с убегающим шариком мороженого**
Я стоял в пробке в летний зной. Окна были открыты, я ел вафельный рожок с шоколадным мороженым. Внезапно машину сзади толкнули. Я дернулся, и шарик мороженого с рожка вылетел. Он описал изящную дугу и приземрился прямо на мой горячий капот. Там он немедленно начал таять, растекаясь коричневой лужей. Я выругался. Из машины сзади выскочила девушка. «Ой-ой-ой! Простите, я отвлеклась!» Она подбежала к моему окну, ее лицо было искажено гримасой ужаса. Увидев мороженое на капоте, она засмеялась. «Бедняга… Он не пережил столкновения». Ее смех был таким заразительным, что я перестал злиться. Она вытащила из своей сумочки пачку влажных салфеток. «Давайте спасать ситуацию». Мы вышли и начали убирать липкую массу. Таящее мороженое оставило густой сладкий след. «Паста «Нутелла» нервно курит в сторонке», — шутила она. Ее звали Вика. Она была кондитером. Убирая мороженое, она критиковала его состав. «Видно, что дешевый стабилизатор, иначе бы так быстро не поплыл». Пятно удалилось, но жирный след и сладкий запах остались. «Теперь муравьи будут паломничество совершать, — вздохнула она. — Нужен обезжириватель». Она сбегала в ближайший магазин и купила средство. Мы отмыли капот до блеска. В знак извинения она купила два новых рожка. Мы сели на бордюр и ели мороженое, глядя на начищенный капот. «Зато теперь он самый чистый в пробке», — сказала она. Пробка рассосалась, но мы не торопились. Она дала мне визитку своей кондитерской. «Заходи, угощу тем, что не убегает с рожка». Я приехал к ней через пару дней. В витрине красовались изысканные десерты. Она вышла в фартуке, перепачканная мукой. «А, это ты, парень с капотом! Заходи, покажу, как делается мороженое, которое держит форму». Я зашел. И остался намного дольше, чем планировал.