Предыдущая часть:
Остаток дня Марина ходила по дому будто на автопилоте, с трудом соображая, что именно делает — то начинала готовить ужин, то бросала и садилась за стол, уставившись в одну точку. Все её мысли были заняты поступком Виктории, этой странной трансформацией ради мужчины. Но неужели это всё ради денег и карьеры в модельном бизнесе, без каких-то чувств? А что вообще должно быть в голове у мужчины, который требует такого от женщины, заставляя её менять себя под копирку с умершей? К вечеру, однако, мысли переключились на другое — было уже довольно поздно, а муж всё никак не возвращался с работы, что было не в его привычках. Она даже несколько раз набрала его номер, но Дмитрий был недоступен, телефон молчал. Марина всерьёз начала переживать, когда раздался телефонный звонок с незнакомого номера.
— Здравствуйте, — произнёс суровый мужской голос на том конце. — Это полиция. Нужно, чтобы вы подъехали в участок и дали показания по одному делу.
— А что случилось? — спросила Марина удивлённо и в то же время обеспокоенно, чувствуя, как холодок пробегает по спине. — Я мужа никак не могу дождаться сегодня, с ним что-то произошло?
— Ну, в каком-то смысле да, — отозвался незнакомец, не вдаваясь в детали сразу. — Он задержан по подозрению в убийстве, хотя утверждает, что невиновен. Так что нам нужно, чтобы вы ответили на некоторые вопросы — возможно, поможете ему, а возможно, нам, тут уж как получится.
— Он что, кого-то убил? — Марина почувствовала, что ещё немного, и у неё начнёт заплетаться язык от шока.
— Жертва Ольга Орехова, — ответил полицейский без лишних эмоций. — Они вместе работали, так что знакомы были близко. Не хочу вас расстраивать ещё больше, но, кажется, между ними был роман, по крайней мере, так показывают некоторые свидетели.
— Эта Ольга недавно получила повышение, которое начальник не хотел ей давать изначально, — продолжил он, видимо, чтобы дать полную картину. — Так что мы считаем, что мотивом могла стать ревность — ваш супруг подумал, что любовница ему не верна и, как бы это помягче сказать, переспала с боссом за это повышение.
— Вы всё правильно поняли, — добавил полицейский, услышав её молчание. — Ну или, как вариант, он сам метил на эту должность, а может, и то, и другое вместе. Так или иначе, есть определённые улики, которые указывают на вашего супруга — следы крови на месте преступления, его отпечатки, ну и прочее в этом роде.
— Я подъеду завтра днём, — сказала Марина и повесила трубку, не в силах продолжать разговор.
Мало ей было утреннего открытия о Виктории, так ещё и такое известие — как гром среди ясного неба. Оказывается, у мужа была любовница. И теперь его обвиняют в её убийстве. Голова шла кругом от всего этого.
— Здравствуйте, я любовница вашего мужа, — начиналось сообщение, которое пришло на её телефон поздним вечером, и Марина уставилась на экран, не веря глазам.
Казалось бы, что хорошего в сообщении, которое начинается с таких слов? В случае Марины хорошим был уже тот факт, что эта женщина вообще в состоянии что-либо написать — если, конечно, это и в самом деле она, а не чья-то шутка. Ведь это означало, что любовница жива, а муж хоть изменщик, но, по крайней мере, не убийца, и его можно вытащить из этой передряги. Откровенно говоря, после всего, что случилось за последнее время, Марина готова была поверить во всё, что угодно, включая даже то, что якобы убитая женщина могла чудом спастись или инсценировать свою смерть.
— Ты же не веришь им? — спрашивал муж, когда она пришла к нему на свидание в участок на следующий день, сидя за стеклом и глядя на неё умоляюще. — не веришь, что я в самом деле убил её, это же абсурд?
— Хм, то есть то, что она твоя любовница, это ты не отрицаешь, — уточнила Марина, стараясь держать голос ровно, хотя внутри всё бурлило.
— Да какая разница теперь, — возмутился Дмитрий, стукнув кулаком по столу. — Меня тут, вообще-то, пытаются посадить за то, чего я не совершал, а ты меня донимаешь своей глупой ревностью в такой момент?
— Ну я-то не могу знать наверняка, что ты совершал, а чего нет, — несколько отстранённо отозвалась она, глядя в сторону. — Но, честно говоря, ещё недавно я бы и не поверила в то, что ты мне изменяешь вообще. А теперь, где правда? Если я не могу поверить в одном, то как верить в другом? Полиция разберётся, это же их работа в конце концов.
— Ну да, так же, как они разобрались с твоим другом! — фыркнул Дмитрий, наклоняясь ближе к стеклу. — Как там его, Максим? Кстати, да, когда его сажали, ты злилась, что я стараюсь ему помочь? Обвинял меня в неверности? Ты уже тогда встречался со своей Олей? По себе судил, получается?
Короче, муж хотел хотел одного, а получил совсем другое — Марина вышла из участка ещё более убеждённой в своих сомнениях. И вот теперь ей пришло сообщение с незнакомого номера, якобы от той самой любовницы, и она даже рассмеялась от нелепости всей этой ситуации, но всё же продолжила читать, не в силах оторваться.
— Не пытайтесь мне перезвонить, — писала Ольга дальше. — Я спрятала телефон, но его могут обнаружить в любой момент, так что рискую.
— Пишу именно вам, потому что не знаю, к кому ещё с таким обратиться, — продолжалось сообщение. — Но у меня есть информация, которая может вас заинтересовать, и, возможно, поможет нам обеим.
Что это — просьба о помощи или шантаж? А может, и то, и другое вместе взятые — с таким подходом неудивительно, что эта женщина явно попала в какую-то переделку, из которой не может выбраться сама.
— Я нахожусь в загородном доме, Ленинское шоссе 145, — гласила следующая строка. — Меня здесь удерживает Александр Петрович, мой начальник, человек, который причастен к гибели вашей матери.
— Он заставил другую женщину изменить свою внешность, чтобы она стала её точной копией, — добавлялось в сообщении. — Мне страшно. Пожалуйста, помогите. Я расскажу всё, что знаю об этом, если выберусь.
Марина покачала головой, не хотелось верить в то, что она сейчас прочитала, но, с другой стороны, как минимум часть этой информации соответствовала тому, что ей стало известно от Максима. Возможно, и всё остальное правда, и в таком случае эта любовница действительно в опасности, а не просто играет в игры. Ну а кроме того, может чем-то помочь в расследовании, если знает детали о Александре.
Чуть помедлив, Марина взяла в руки телефон и набрала номер Максима, чувствуя, как сердце стучит чаще.
— Максим, прости меня, но, кажется, снова нужна твоя помощь, и дело тут будет опасным, — сказала она, когда он ответил. — Правда, оно связано с тем делом, о котором я просила тебя раньше, так что ты в курсе основного.
— Эй, как чувствовал, что эта история до добра меня не доведёт, — проворчал он в ответ, но в голосе сквозило любопытство. — Но что там случилось на этот раз?
— Если коротко, есть женщина, которую удерживают в каком-то загородном доме, но при этом её считают убитой моим мужем, — объяснила Марина, стараясь говорить связно. — Ничего непонятно, но очень интересно, — хмыкнул Максим, видимо, пытаясь представить картину.
— Смотри, сначала Дмитрия обвинили в её убийстве, — продолжила Марина, ходя по комнате. — А теперь мне пришло сообщение якобы от неё самой. Давай я тебе его перешлю и хотя бы просто подумай вместе, что с этим делать дальше.
— Ладно, присылай, — сказал Максим после паузы. — Посмотрим, что там за загадка.
Много позже он признался, что ему всё-таки пришлось обратиться к помощи бывших коллег, правда, неофициально — именно к тем людям, которым он доверял как себе, и кто не отвернулся после его истории. Получив сообщение, Максим сразу понял, что с этим ему одному не справиться, слишком много ниточек тянулось к влиятельным людям.
Спустя пару дней Олю выпустили из заточения — как оказалось, никто не охранял место, где её держали, слишком один Александр Петрович, который раз в день приезжал посмотреть, что с его пленницей, и был задержан прямо на месте полицией. Ну а показания его сотрудницы дали все основания для открытия уголовного дела по нескольким статьям. Дмитрия, разумеется, отпустили из-под стражи, и он был благодарен за это, в том числе и жене, извиняясь за свою измену и убеждая, что больше никогда в жизни не предаст её доверие. Но оно уже было разрушено окончательно, и Марина съехала из их квартиры, подав на развод без лишних разговоров.
Зима постепенно вступала в свои права, покрывая город лёгким инеем по утрам. Снежинки, одна за другой, медленно падали на надгробие городского кладбища и тут же таяли, будто их и не было, оставляя лишь влажные следы на камне. Марина медленно шла вдоль рядов памятников, высматривая среди них простенький крест, под которым была похоронена её мама — прежде она бывала тут только в детстве вместе с бабушкой, а потом как-то стало не до того, жизнь закружила в своём ритме. И вот теперь, когда она знала всю правду о случившемся, ей захотелось прийти сюда, принести цветы, прибрать в порядок могилку, да просто побыть там, где, казалось, мама всегда будет рядом с ней, и попросить прощения за то, что сомневалась в её судьбе.
— Я знаю теперь, — тихо прошептала Марина, и от этого стало легче на душе. — Ты бы никогда так не поступила, не бросила меня. Прости меня, мамочка, за все эти глупые мысли.
Она провела на кладбище несколько часов, сидя на скамейке неподалёку и вспоминая бабушкины рассказы. Домой возвращалась поздним вечером, когда улицы уже опустели, и вдруг совершенно неожиданно зазвонил телефон. Она даже вздрогнула, но, взглянув на экран, выдохнула с облегчением — на экране высветился номер Максима.
— Ты чего так поздно? — спросила она, отвечая. — Случилось что-то важное?
— Хорошие новости, — отозвался он каким-то странным тоном, полным смешанных эмоций. — Александр Петрович раскололся полностью, не выдержал давления.
— Ему и так-то грозил срок за похищение человека, — продолжил Максим. — Но ребята постарались, покопались в старом деле о гибели твоей матери и подсобрали кое-какие улики, которых раньше не хватало. В общем, он признался в том, что действительно столкнул её с той площадки.
— Говорит, он там ей в очередной раз в любви признался, а она снова его отвергла жёстко, — добавил он. — Вот и психанул в тот момент, не сдержался.
— Понятно, но это, наверное, не всё, да? — проницательно заметила Марина, останавливаясь на улице.
— Да уж, тебе самой в пору в полицию устраиваться с такой интуицией, — рассмеялся приятель. — Слушай, тут такое дело. Я мальчишку нашёл во время работы, он в старой собачьей будке прятался у нас во дворе.
— Кого? — ошалело переспросила Марина, не понимая, к чему он клонит.
— Ну, парня, ребёнка, лет восьми, наверное, — объяснил Максим. — У нас во дворе когда-то жила большая собака, её не стало какое-то время назад, а будка осталась. Так вот, он там прятался от холода. Родители у него умерли недавно, понимаешь? Хотя они и до того на улице жили, без дома.
— Ужас какой, — заметила Марина, чувствуя ком в горле. — А я-то тут при чём, зачем рассказываешь?
— Да вот хотел попросить тебя о помощи, — сказал Максим. — В моей каморке на меня самого места еле хватает, теснота полная. Может, он пока у тебя разместится? Ненадолго, буквально на несколько ночей, пока я не найду для него заведения поприличнее, где о нём позаботятся.
— Ты хочешь его в детский дом отправить? — спросила Марина, останавливаясь.
— Ну а что ещё-то? — ответил он. — Я на свою зарплату его даже не прокормлю нормально, не говоря уж обо всём остальном — одежда, школа. Да ты не волнуйся, я же не в первый попавшийся сдам. Говорю же, хочу нормальное место подыскать, где ему хорошо будет, без лишних проблем.
— Ай, да где ему там хорошо будет, только в семье по-настоящему, — упрямо сказала Марина, и в её голосе мелькнула решимость.
Так они стали ухаживать за мальчишкой по имени Саша: кормили, одевали и помогали освоиться в новой жизни. И это общее дело, казалось, сближало их день ото дня, создавая что-то тёплое и настоящее. Ещё спустя некоторое время они неожиданно решили пожениться, и это позволило им официально усыновить мальчика, сделав его частью семьи.
Примерно в это же время у другой пары возникли проблемы иного рода — Ольга решила, что ей будет лучше расстаться с Дмитрием, и сделала это это именно в тот момент, когда мужчина собрался предложить ей руку и сердце, купив кольцо.
— Слушай, это всё как-то не по моему уровню теперь, — сказала она, отодвигая коробочку. — Я, вообще-то, неплохую карьеру строю, начальник отдела, если забыл, а теперь освободилось место директора фирмы, так что я планирую расти дальше, выше.
— А ты-то кто? Простой менеджер, — продолжила она, не давая ему вставить слово. — Ну и зачем мне это всё, такая связь на равных?
— Погоди, а как же наши чувства? — оторопело спросил Дмитрий, уставившись на неё.
— Чувства? Какие чувства? — рассмеялась она, вставая из-за стола. — Мы просто неплохо проводили время вместе, развлекались. Ой, если бы я хотела чего-то более серьёзного, то уж выбрала бы кого-нибудь посолиднее, не говоря уже о том, что изначально не женатого, без лишнего багажа.
Это его сильно разозлило, да так, что он даже уволился с работы на следующий день, не выдержав видеть её в офисе. Но этого ему показалось мало для отмщения — в итоге, спустя несколько дней, он пробрался в офис с канистрой бензина под покровом ночи. Охранник пропустил его по старой памяти, не заподозрив ничего, а Дмитрий поджёг помещение, начиная с кабинета Оли. Лишь чудом обошлось без человеческих жертв — пожарные приехали вовремя, но всё имущество, включая важные документы и оборудование, было утрачено безвозвратно.
Итогом этого поступка стало сразу несколько вещей: во-первых, компания оказалась полностью разорена, и Оля, потеряв почти всё, вынуждена была искать куда более скромное место работы, начиная с нуля. Дмитрий же получил реальный тюремный срок за поджог и порчу имущества. Но, кроме того, был вынужден оставить бывшей жене всё то спорное имущество, за которое собирался судиться во время развода, — суд учёл его действия как отягчающее обстоятельство.
Максим, опираясь на помощь жены, наконец добился справедливости — разыскал тех, кто подставил его годы назад, и передал улики властям. Они получили по заслугам, а он сам удостоился официальных извинений от ведомства и вернулся на службу с выплатой за упущенное время. С Мариной они растили Сашу, который постепенно привык к новому дому и с радостью звал их мамой и папой, чувствуя себя в безопасности. А вскоре супруги задумались о пополнении — пообещали мальчишку братика, чтобы семья стала ещё крепче.