Дорогие читатели! Уже известный Вам по трём статьям автор Александр Алиевич Акаев предлагает свой следующий рассказ. Он непосредственный участник описываемых им событий, именно он был тогда на пирсе как дежурный по живучести стоящих там подводных лодок.
В рассказе два отдельных эпизода, объединённых общей темой. Второй эпизод более глубокий, он заставит вас размышлять, кроме всего прочего, ещё о морали и порядочности одного из неназванных участников того события.
С МОРЕМ ШУТИТЬ не принято. Тем более, если это море Охотское в осенний период. Но случаи бывают…
Вдали от берегов Охотского моря, лагом к волне, по воле ветра, явно не по намеченному курсу, перемещается большое судно, без каких либо признаков жизни. Хода нет, все огни погашены, дым из трубы с красной полосой (принадлежность судна к СССР) не идёт.
Это не "Летучий Голландец". Это большой морозильный траулер (БМРТ), приписанный к Магаданскому рыбному порту. Он оказался в данной ситуации, о чём поведал автору третий штурман (в этом эпизоде могут быть технические неточности).
В момент перехода с одной расходной топливной цистерны на другую там остановились все работающие дизеля. Все лампочки погасли. Аварийное освещение не включилось.
Не проверив отсутствие воды в топливе (даже для молодого моториста с ПЛ это дело святое!), машинная вахта пыталась запустить дизель-генератор, пока запас воздуха в баллонах не снизился до 16 кг/см2 (а потом и ещё ниже). Пробовали компрессор с приводом от "пердячего пара" (ручной привод), но он за два часа работы смог поднять давление только до 13 кг/см2. Это означало, что хода, света, отопления, горячей пищи, чая и воды в гальюнах - не будет.
Оставалась только одна надежда - радиостанция. Но при её включении стрелка на приборе контроля питания сразу уходила влево от красной черты и останавливалась недалеко от 0 Вольт!
Аккумуляторы питания станции демонтировали со штатного места, занесли в более тёплое (в радиорубку) и через некоторое время они стали что-то выдавать. Радист с помощью ключа и азбуки "Морзе" начал передавать: "SOS, координаты: Широта... Долгота... судно …… без хода. Требуется помощь!"
В эфир передатчик успел передать только "SOS" и больше признаков жизни не подавал.
В С Ё!
Экипажу оставалось только ждать Чуда и надеяться, что Удача их не покинет.
И это произошло. ВОЕННЫЕ операторы Службы слежения определили координаты слабого сигнала "SOS". В точку были направлены ближайшие суда. БМРТ был оживлён подачей энергии от спасателя и самостоятельно продолжил движение.
Обошлось без особых жертв. Больше всех пострадал старший механик (дед). Его лишили рабочего диплома ("разжаловали" в мотористы).
Но безалаберность на воде чаще заканчивается трагедией.
СЛУЧАЙ, О КОТОРОМ далее пойдёт речь, произошёл в ВОСКРЕСНЫЙ(!) сентябрьский вечер 1982 года.
Бухта Нагаева. Вечереет. С моря дует ровный умеренный ветер, разгоняя почти 30-40 сантиметровую волну. Трое рыбаков-любителей возвращаются на катере типа "Казанка" (или "Прогресс") после воскресного отдыха, предварительно хорошо "отметив" результаты улова. Метров за триста до тральщиков в баке заканчивается бензин, мотор глохнет. Катер разворачивает лагом к волне и он переворачивается. Пустой бак через некоторое время прибивает ветром к берегу.
Корма, увлекаемая вниз подвесным мотором "Вихрь", тонет. На поверхности остаётся только нос катера, за который удерживаются на поверхности воды рыбаки. Хмель под действием холодной морской воды быстро проходит и люди во всю мощь своих лёгких взывают о помощи. Самостоятельно в холодной воде и одежде до берега им не добраться.
Вахтенный у трапа тральщика, услышав крики о помощи попавших в беду людей, доложил по команде о случившемся. Через некоторое время информация дошла до старшего "обеспечивающего" на отряде тральщиков - заместителя командира корабля по политчасти и старшего по другому тральщику - мичмана (фамилию его автор, к сожалению, не знает).
Замполит вышел на бак, удостоверился в правдивости информации от вахтенного, и, судя по всему, запретил использовать корабельную шестивесельную шлюпку, которую уже начали спускать. И ушёл к себе в каюту. Туда, разумеется, вбежал и товарищ мичман. Какой там у них был разговор - автору неизвестно, но начальник всегда прав, так как несёт ответственность за подчинённых.
В этом месте сделаем "рекламную паузу", как сейчас принято.
Автор, будучи курсантом первого курса военного училища, был участником шлюпочного похода (две шлюпки) по маршруту "Ленинград - Беломорск" летом 1970 года и утверждает, что шлюпка под вёслами намного устойчивее других подобных плавсредств с мотором и при бОльшей волне, чем была в тот день в бухте Нагаева.
Вернёмся в бухту Нагаева. Чувствуя себя ПРАВЫМ, но оказавшись в "тупиковом" положении ("...... оглоблю не перешибёшь"), мичман начал искать пути спасения утопающих, при этом, не нарушая Устав. На плавпирсе он увидел дежурного по живучести ПЛ, который, проверив лодки с одного борта пирса, переходил на другой. Коротко рассказав суть дела, он попросил совета.
Всё, что происходит в акватории бухты, должен знать оперативный дежурный - ему сразу и позвонили. На другом конце подняли трубку и мы услышали:
- Помощник оперативного дежурного, старший лейтенант ШИШКИН слушает вас.
- Саша (офицеры были с одной лодки, С-176), тут люди - рыбаки тонут. Что делать?
- СПАСАТЬ!
Теперь ту "оглоблю" можно было перешибить словами: "Оперативный дежурный ПРИКАЗАЛ СПАСАТЬ ЛЮДЕЙ" (типа: за вас, товарищ замполит, ответственность взяли другие). И мичман побежал возглавлять операцию спасения. На всякий случай, чтобы подтвердить приказание оперативного дежурного, дежурный по живучести пошёл на тральщик. Гребцы уже были в шлюпке, но ещё не гребли. Они выбрались опять на корабль, как чуть позже выяснилось - за спасательными жилетами (замполит за этим проследил).
Наконец, с задержкой примерно на 20-30 минут после доклада вахтенного у трапа о происшествии, шлюпка двинулась на максимально возможной скорости против волны и ветра к месту, где голосов уже не было слышно.
Не успела шлюпка вернуться, на пирс уже на "буханке" прибыл дежурный врач по команде оперативного дежурного. Уже почти стемнело, когда шлюпка прибуксировала пустую затопленную "Казанку" и одного спасённого. Он находился на рыбинах перед передней баночкой, что-то мычал и "грёб" руками, как будто плыл. "Выхлоп" перегара от спасённого не дал доктору подойти близко, но врач определил и так:
- Этот жить будет! Есть кто нибудь ещё?
- Нет, - ответил мичман, управлявший шлюпкой. - Этого и то из-под воды багром достать успели.
Спасённого отвезли на санитарке в сторону "Пентагона". Шлюпку подняли на штатное место. На утреннем докладе, как и положено, комбрига Комарова оповестили о данном факте. На бригаде ПЛ это прошло, как рядовое событие.
Были ли сказаны слова благодарности в адрес тех военнослужащих, кто участвовал в спасение утопающих - я не знаю. Официально наказанных не было.
На девятый день после описанного случая на берег в траурной одежде пришли три женщины: двое помоложе и одна преклонного возраста. Слёз уже не было. Так уж устроена жизнь - любая трагедия всегда затрагивает женщин.
С морем шутить не принято. Но если кто-то ещё не понимает и испытывает порой судьбу - рассчитывайте в основном только на себя, а не на Чудо. В данном случае Чудо - это самоотверженные поступки других людей, часто похожие на подвиг. Но такие люди не всегда могут оказаться рядом и успеть прийти вам на помощь. А если и окажутся, то им могут ПОМЕШАТЬ.
Прошло почти 42 года. Товарищу МИЧМАНУ сейчас почти 80 лет. Если жив – низкий поклон и долгих лет жизни. Гребцам-спасателям сейчас примерно по 62-63 года. Отзовитесь мужики! Назовите имена героев для истории Магадана (автор их просто не знает).
Удачи ВСЕМ!
Автор: Александр Акаев.