Олег проснулся в непривычной тишине. Ни ритмичного писка мониторов, ни шипения компрессора, ни щелчков автокапельницы… Ну, конечно — он же дома. Не у постели Артёмки, чьи воспалённые лёгкие никак не желали работать самостоятельно, а в своей квартире. Первая спокойная ночь за три дня. Но откуда такая тяжесть на душе? Мальчик же выкарабкался.
Вспомнил — Вика. Он вернулся домой около полуночи, прочитал записку, упал на диван и мгновенно уснул. Мозг отключился, как аппарат ИВЛ после стабилизации пациента. Сейчас, когда в голове прояснилось, он почувствовал буквально физическую боль. Такую, что не мог вдохнуть полной грудью. Как будто у него самого лёгочная недостаточность.
«Ты сделал выбор, теперь обижайся только на себя. Я не прошу прощения, потому что ни в чём не виновата».
Записка лежала там же, где и вчера — на столике возле наряженной Викторией искусственной ёлки. Живую они не покупали — неэколгично и негигиенично. Пирамидальная инсталляция с огромными разноцветными шарами переливалась огоньками гирлянды. Слишком блестящая, слишком весёлая, слишком… фальшивая. Конечно, Вика ни в чём не виновата. Всё дело в беспорядочном графике Олега, частых ночных дежурствах, маленькой зарплате. Всё дело в том, что он так и не смог объяснить, зачем продолжает «так мучиться».
Сегодня 31 декабря. Они с Викой планировали встретить новый год вдвоём. В глубине бельевого шкафа лежало колечко, ждущее особого момента. Олег решил, что самый подходящий — бой курантов. Только вот Вика не дождалась. Да и неудивительного, ведь последние недели его почти не было дома. В городе эпидемия гриппа, врачей не хватает. Олегу удалось взять два выходных дня, но теперь они ни к чему. Уж лучше поехать в больницу, чем торчать одному в пустой квартире. Сестра с племянниками ждёт его завтра не раньше полудня, значит, можно подежурить в новогоднюю ночь. Сделать подарок кому-нибудь из коллег.
Олег выглянул в окно. Ого, какой снегопад, и ветер усиливается! Настоящая метель. Потеплее оделся, вышел на улицу и поспешил в сторону автобусной остановки. И вдруг среди белого хаоса мелькнул ярко-красный фасад. Повернулся: стеклянная витрина цветочного магазинчика была разбита. Внутри, в облаке снежной пыли, едва виднелись разноцветные розы, хризантемы, орхидеи в нарядной упаковке. А между ними бегала, пытаясь одновременно закрыть пролом и защитить цветы от снега, худенькая продавщица. Олег бросился на помощь.
— У вас есть чем прикрыть разбитое стекло? Плёнка, картон, скотч? Несите быстрее. Я пока уберу цветы с витрины.
Продавщица оказалось совсем юной, но сообразительной: кивнула и убежала в подсобку. Вскоре вернулась со всем необходимым. Вдвоём они довольно быстро навели относительный порядок.
— Меня зовут Олег, а вас?
— А я Ксения, можно просто Ксюша. Спасибо вам большое, Олег. Столько народа мимо пробежало, а остановились только вы. Представляете, ветка упала, такая огромная — еле оттащила. Ещё немного и цветы было бы не спасти. А так, думаю, отойдут… Всего несколько штук сломалось.
— Орхидеи, — узнал любимые Викины цветы Олег, — они же такие дорогие! Как вы теперь?
— Ничего, фаленопсисы не только ветками продают, отдельные цветки даже лучше разбирают. Знаете, есть такие специальные упаковки, в них цветочки долго живут. Могу подарить! Хотите? Порадуете… кого-нибудь.
Олег знал. Иногда дарил Вике коробочку с экзотическим цветком, огромным, хрупким и удивительно похожим на бабочку… Настроение снова упало, что, очевидно, заметила Ксения и сразу сменила тему.
— Ещё раз огромное спасибо. Вы меня спасли. И кучу цветов заодно. Эти букеты — заказы на Новый год. Конечно, они всё равно бы завяли, но зато ведь не замёрзли! — не унывала Ксения. — Вы, случайно, не в МЧС работаете? Так быстро, ловко всё сделали… Нет? А где? Ой, простите! Конечно, я не должна задавать дурацкие вопросы незнакомому человеку.
— Да бросьте, мы же уже познакомились! И давай перейдём на «ты», согласна? Я врач-реаниматолог в детской инфекционной больнице.
— А, вот оно что! Ну, в вашей профессии тоже нужна хорошая реакция. А мне почти два года до диплома. Я в Институте культуры на искусствоведа учусь. Здесь временно, тёте помогаю. Обычно в праздники много покупателей. Она на базу уехала за товаром, а тут такое… Может, чаю или кофе?
— Нет, спасибо, мне уже пора. А ты обязательно оденься теплее и выпей горячего чаю. Надеюсь, не заболеешь. Удачи тебе, Ксюша, и с наступающим.
— Не заболею, я крепкая! И вам, и вас, ой, тебя тоже с наступающим. Пусть новый год принесёт… ну, всё, что тебе по-настоящему нужно.
***
Коридоры в больнице пестрили детскими рисунками, окна украшали вырезанные из бумаги снежинки. Только в реанимации ничего такого не было. И, к счастью, ни одного пациента. Зашёл в ординаторскую.
— О, Олежа! — удивились коллеги. — А чего это ты? Тебе ж только завтра, да и то в ночную! На дворе такая метель, чего дома не сидится?
— Да вот, планы поменялись, решил подежурить в новый год. Если позволите. Ольга Петровна, метель стихает уже, не хотите домой? Я вас подменю, если что.
— Вот спасибо, мои так рады будут, — пожилая врач-эпидемиолог сняла халат и, расправляя пушистый шарф, беззлобно заворчала: — Скинут на меня детвору и к друзьям закатятся. Нарожали троих, теперь думают, кому бы спихнуть. Хотят, чтобы я уволилась. А фиг им, не дождутся! Ладно, ребятки, я побежала. Олежек, тогда утром топай домой, я часам к восьми вернусь. До своего дежурства погуляй. Будем надеяться, что реанимация никому не понадобится хотя бы сутки. С наступающим всех, счастья-здоровья и прочих благ!
Ближе к полуночи весь персонал, кроме нескольких дежурных медсестёр, собрался в холле второго этажа, где стояла маленькая ёлочка. Быстренько накрыли стол, включили музыку. Олег стоял у окна, любуясь падающими пушистыми хлопьями. Закончилось поздравление Президента, раздался бой курантов… И вдруг — образ: смеющаяся Ксения с тающими в темных волосах снежинками среди припорошенных букетов, как фея зимнего сада.
Почему в такой момент Олег вспомнил почти незнакомую девчонку, а не Вику? Он и сам удивился. Конечно, ничего не забыто. Боль затаилась в глубине души, и наверняка не раз даст о себе знать. Но Ксюша… Она такая лёгкая, жизнерадостная. Как солнечный зайчик, который согреет и осветит лучиком надежды... «Повезло же кому-то, — подумал Олег, — эта девушка, если полюбит, украсит жизнь даже такому зацикленному на работе зануде, как я. Только вот вопрос: а я смогу сделать счастливым хоть кого-нибудь?»
Ночь, как по волшебству, выдалась идеальная. Даже поспать удалось. А утро 1 января, как у Пушкина «Мороз и солнце; день чудесный!» И ветер стих, и снегопад прекратился. Олег прошёл мимо цветочного ларька. К двери прикреплена бумажка: «Закрыто на ремонт». Неудивительно. Ремонт нужен. И кто вообще работает 1 января? Только они — медики, полицейские, пожарные дежурят… Но всё-таки огорчился. Глупо! Ведь они общались меньше часа. Откуда эта досада?
***
***
Дома опять навалилась тоска, хотелось бежать куда глаза глядят… Еле дождался полудня и позвонил сестре:
— Мариш, привет! Проснулись уже? С наступившим! Я освободился. Вы как, всё в силе, на каток идём?
— Привет, братишка, с новым годом, с новым счастьем, дорогой! Что значит освободился, ты что, опять дежурил? Вообще себя не жалеешь… Ты мне скажи — Вика согласилась? Когда свадьба?
— Вика уехала, Марин, свадьбы не будет. И всё на этом, ладно? Так что идём впятером. Или не идём?
— Олежка… Ладно, всё так всё. Идём, идём. Пацаны уже истомились в ожидании. Только не впятером, а вчетвером… Нет, Витька никуда не делся, вон — дрыхнет после бурной ночи. Теперь его до вечера не добудишься. Согласен? Отлично, встречаемся на месте.
На катке было весело и многолюдно. Звучала «В лесу родилась ёлочка» в джазовой аранжировке. Марина — не любитель зимних видов спорта — сразу пошла в закрытое кафе. Олег надел коньки и вместе с мальчишками вышел на лёд. Катался он так себе: ноги разъезжались — вот-вот грохнется. Саша, младший племянник, ехидничал: «Давай, вперёд! О, ты же доктор! Может, сделаешь себе укол для храбрости!» Старший, Паша, очень серьёзный парень (весь в дядю, как часто шутила Марина), успел схватить за руку: «Не бойся, держись крепче. Я хорошо катаюсь». Они сделали круг, второй, но потом Олег потерял равновесие, и они рухнули втроём, хохоча и безуспешно пытаясь подняться на ноги.
— Давайте мы вам поможем! — раздался знакомый голосок. — Вставайте скорее, на льду вредно долго валяться. Вы же врач, должны знать! — Олег привстал и увидел Ксению и ещё одну девушку. — Мальчики, помогите поднять вашего папу, пока он окончательно не примёрз.
— Ой, тётя, вы ошиблись! Наш папа дома спит, а это просто Олег, он мамин брат… О, смотрите, опять снег пошёл!
— Сашка, погнали к маме, вдруг ей скучно одной, — чуткий Павлик заметил, как странно дядя Олег смотрит на незнакомую девушку и решил оставить их наедине.
Подружка тоже укатила и присоединилась к большой молодёжной компании. Олег с Ксюшей отошли к бортику и некоторое время неловко молчали, с преувеличенным интересом наблюдая за весёлой кутерьмой на льду.
— Спасибо, Ксения, что не бросила в беде, — начал разговор Олег. Он не был готов к такой встрече, но дальше молчать стало невыносимо. — Я с детства не вставал на коньки и, кажется, немножко разучился…
— Ничего, этот навык быстро восстанавливается. А я сразу вас, то есть тебя заметила, — смущённо призналась девушка. — Подумала, ты семью на каток вывез, решила не подходить. И тут вы — плюх на лёд все втроём, и ну валяться! Как не помочь молодому папе с двумя детьми? Значит, это твои племянники.
— Ага, дети старшей сестры — Сашка и Пашка. А у меня нет семьи, и никогда не было... Ну что, рискнём здоровьем ещё разок? Поможешь восстановить навык?
Они вышли на лёд, взялись за руки — ведь так гораздо легче держать равновесие. Ксюша скользила уверенно, чуть впереди, крепко держала Олега за руку и хохотала. Весёлая новогодняя музыка сменилась на плавную, медленную. Тёплый, чуть хрипловатый голос перешёл к припеву, и Олег подхватил:
«Снег кружится, летает, летает…»
Ксюша удивлённо повернулась:
— Ты знаешь эту песню? У дедушки была пластинка, постоянно её слушал. Ну и я, маленькая… Так давно это было.
— Оказывается, знаю. Тоже давно не слышал.
А снег продолжал кружиться. И снежинки — летали, летали… Таяли на разгорячённых Ксюшиных щеках.
«И, позёмкою клубя…»
Олег не думал о завтрашнем дне. И вообще ни о чём не думал. Ему просто было хорошо и свободно — здесь и сейчас. Какая разница, что будет потом?
«Заметает зима, заметает…»
Он сделал глубокий вдох и плавно заскользил — вслед за снегом, за мелодией, за ней.
Автор: Лена Леева
Источник: https://litclubbs.ru/articles/71097-sneg-kruzhitsja.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: