Денис объявился через три дня.
Он не позвонил в дверь, а открыл своим ключом. Вошел в квартиру хозяйской походкой, благоухая парфюмом, стоимость которого равнялась двум зарплатам Веры.
Машину он припарковал внизу, но ключи на тумбочку не положил.
Вера сидела на кухне. Рядом сидел отец Дениса, Николай. Он был мужчиной тихим, работящим, всю жизнь крутил гайки на заводе. Обычно он не вмешивался в воспитание, считая, что мать лучше знает, но последняя неделя подкосила и его терпение.
— О, предки, привет! — Денис бросил на стол папку с бумагами и какие-то фотографии. — Мам, тема есть. Огонь просто.
Он плюхнулся на стул, даже не разуваясь.
— Смотри, — он ткнул пальцем в фото. На снимках были два убитых временем комода, похожих на гнилые зубы. — Тесть увидел мой Инстаграм, ну, то есть, наши работы... Короче, он в восторге. Подогнал жирный заказ от своего партнера. Предоплату я уже взял. Сумма — космос.
Денис назвал цифру. Вере этих денег хватило бы на полгода безбедной жизни.
— Сроку тебе — три дня, — безапелляционно заявил сын. — Надо сделать красиво, мам. Мне статус поднимать надо. Я сказал, что у меня своя мастерская. Так что давай, засучи рукава. Я тебе даже процент отстегну. Процентов десять. Чисто символически, ты же мать, тебе помогать в радость должно быть.
Вера смотрела на сына и видела перед собой не родную кровь, а паразита. Жирного, лоснящегося паразита, который присосался к ней и считает, что это норма биологического существования.
— Денис, — тихо сказала она. — Верни машину.
— Что? — сын скривился, как будто у него заболел зуб. — Опять ты за своё? Мам, ты не въезжаешь? У меня бизнес прет! Мне мобильность нужна.
— Мне тяжело стоять на ногах после смены, — голос Веры был ровным, но в нем звенела сталь. — У меня варикоз, Денис. Мне больно ходить до остановки. Верни машину.
Денис рассмеялся. Громко, обидно.
— Мам, ну ты даешь! Ты кассирша! Тебе по статусу на автобусе ездить положено. Или пешком ходи, для вен полезно, кровь разгонять будешь. А эта машина мне для имиджа нужна. Ты представляешь, как я к ресторану на такси подъеду? Или на метро? Меня же засмеют! Лерка не поймет. Всё, закрыли тему. Комоды я завтра завезу в гараж. Ключи от гаража дай, кстати, я свои посеял.
Он потянулся к вазочке с печеньем.
Николай, отец, медленно поднял голову от кроссворда.
— Хватит, — сказал он.
Это было сказано тихо, но Денис замер с печеньем в руке.
— Ты её не уважаешь, — продолжил отец. — Ты воруешь её труд. Ты забрал её машину. Ключи на стол.
— Бать, ты че, тоже начинаешь? — Денис вскочил, опрокинув стул. — Какой труд? Я менеджер! Я продаю! Без меня её поделки гнили бы в гараже! Я даю ей работу! А машина... Машина на маму оформлена, но кто на ней ездит — тот и хозяин. Я поехал. У меня встреча. Комоды завтра жди.
Он схватил папку и вылетел из квартиры, хлопнув дверью.
Вера подошла к окну. Вишневый кроссовер, её любимая "ласточка", взвизгнул шинами и рванул с места, унося её сына в его выдуманную красивую жизнь.
— Действуй, Вер, — сказал Николай за спиной. — Я поддержу. Проучить щенка надо. Совсем берега потерял.
Вера взяла телефон.
Пальцы дрожали, но она набрала сообщение:
«Денис, если машина не будет у подъезда через час, я заявляю об угоне. Это не шутка».
Ответ прилетел мгновенно. Смайлик, катающийся по полу от смеха.
«Мам, не смеши. Ты же мать. Ты не посмеешь посадить сыночку. Иди лучше лак готовь, комоды сами себя не покрасят. Чмок».
Вера прочитала. Выдохнула. И нажала кнопку вызова.
— Дежурная часть? Я хочу заявить об угоне автомобиля...
Прошло два часа.
Центр города сиял огнями витрин. У модного ресторана «La Palazzo» парковка была забита машинами премиум-класса.
Денис, сияющий как медный таз, вышел из дверей заведения под руку с молодой женой Лерой и важным тестем. Он только что заливал им про свои успехи в реставрационном бизнесе и про то, как он расширяет "автопарк компании".
Они подошли к вишневому кроссоверу Веры. Денис вальяжно достал брелок, чтобы открыть дверь перед женой.
В этот момент взвыли сирены.
Сине-красные вспышки разрезали вечерний полумрак. Патрульная машина ГИБДД, перекрыв выезд, резко затормозила бампер в бампер с кроссовером.
— Водитель! Отойти от транспортного средства! Руки на капот! — усиленный мегафоном голос ударил по ушам.
Денис застыл с открытым ртом.
— Вы чего? Это ошибка! Это машина мамы!
— Руки на капот, я сказал! — из патрульки выскочили двое крепких сотрудников.
Через секунду «успешный бизнесмен» лежал лицом в грязный асфальт. Его дорогой пиджак впитывал реагенты. Руки заломили за спину. Щелкнули наручники.
— Угон! Ориентировка на задержание! — рявкнул полицейский.
Лера визжала, прижимая руки к лицу. Тесть, багровея, смотрел на зятя, которого пакуют как опасного преступника.
— Папа, сделай что-нибудь! — кричала Лера.
— Я разберусь! — орал Денис, которого запихивали в заднюю дверь патрульной машины. — Это ошибка! Мама сейчас все объяснит! Позвоните маме!
В отделении полиции пахло табаком и безысходностью.
Вера приехала через час. Она вошла в кабинет следователя спокойная, собранная. Рядом шел Николай.
Денис сидел в "обезьяннике", размазывая сопли по лицу. Увидев мать, он кинулся к решетке.
— Мама! Мамочка! Скажи им! Ты же пошутила, да? Скажи, что я просто взял покататься! Меня посадят! У меня условка будет! Лерка уйдет!
Вера посмотрела на него. В её взгляде не было жалости. Была усталость мастера, который видит, что заготовка гнилая и реставрации не подлежит.
Она села за стол к следователю.
— Пишите, — сказала она. — Машина возвращена владельцу. Претензий не имею. Заявление забираю в связи с примирением сторон и отсутствием состава преступления. Он взял ключи без спроса, но вернул.
Следователь, усатый мужик, понимающе хмыкнул. Он видел такие концерты каждый день. Уголовки не будет, но нервы парню вымотали знатно. И пятно в биографии ("привлекался") останется.
Когда зареванного, помятого Дениса выпустили, он трясся мелкой дрожью.
Они вышли на крыльцо.
Вишневый кроссовер стоял рядом. За рулем уже сидел Николай.
— Мам... — начал Денис, пытаясь заглянуть ей в глаза. — Спасибо... Я знал, что ты не предашь...
Вера остановила его жестом.
— Ключи у отца. Машину он забрал со штрафстоянки.
— Мам, ну прости... Я больше не буду... Мне комоды надо делать... Тесть аванс дал...
— Твой бизнес закрыт, Денис, — перебила Вера. — Гараж я сменила. Замки новые. Никаких комодов я делать не буду.
— Но как же аванс? — у Дениса отвисла челюсть. — Я его уже потратил!
— А это твои проблемы, — Вера поправила шарф. — Ты же у нас "реставратор". Вот и реставрируй свою жизнь сам. Перед тестем будешь отвечать сам. И за деньги, и за вранье.
— И пешком походи, — добавил Николай, высовываясь из окна машины. — Для вен полезно.
Вера села на пассажирское сиденье. Дверь захлопнулась с глухим, дорогим звуком.
Кроссовер плавно тронулся, оставив Дениса стоять на ветру в грязном пиджаке, наедине с перспективой объясняться с разъяренной женой и влиятельным тестем, который очень не любил, когда его кидают на деньги.
Вера откинулась на подголовник.
— Домой? — спросил муж.
— Домой. Завтра новый комод привезут. Настоящий. Буду работать.