Передо мной на рабочем столе стоит отрывной календарь с изображением красивой женщины в кресле. На ее коленях спит кот, а за ней в теплом комнатном свете старый телевизор на тумбе. Плед, елка, гирлянда огоньков и надпись
"Отдых - священное время. 2 января".
Странное дело - в этом году я купила в подарок несколько таких календарей, каждому свой. Кому-то с цитатами из песен, кому-то с котами, кому-то с мотивирующими фразами. Даже в кабинет, чтобы красивые особенно понравившиеся листочки клиенты могли забрать на память как пожелание. А чего я хотела больше всего? Дождаться Нового года и первого января оторвать первый листочек. Как вы могли догадаться, первого января у меня его не оказалось, потому что 31-го я подарила и свой экземпляр)
Но вернемся к календарям чуть позже, а сейчас попробуем разобраться, что это за докучливый феномен альтруистического поведения. Научно он описывается так: некий индивид регулярно передает значимые ресурсы (временные, эмоциональные, материальные) другим людям в ущерб собственным актуальным потребностям. В основе данного поведения чаще всего лежит усвоенная в процессе ранней социализации ребенка поведенческая стратегия, сформированная по принципу оперантного обусловливания (ожидания одобрения либо наказания).
Например, родитель эмоционально "оживает" и хвалит ребенка только тогда, когда тот без напоминаний убирает игрушки, заботится о младшем брате или сестренке или приносит отличную оценку, демонстрируя послушание и предупредительность.
В детстве внимание и одобрение значимых взрослых (первичных объектов привязанности) редко бывает безусловным. Опытным путем ребенок выясняет, что есть зависимость между тем, когда родитель проявляет заботу и хорошее отношение и собственными действиями по угадыванию и удовлетворению потребностей окружающих, и тогда же усваивает базовую схему: условием для получения любви и подтверждения собственной значимости является отказ от собственных желаний и импульсов в пользу обслуживания эмоционального фона других. Тем более что для ребенка внимание взрослого на биологическом уровне равно выживанию. "Нелюбимые" обделенные вниманием детеныши в природе погибают чаще. Особенно ярко это бывает если у ребенка изначально не сформировано базовое доверие к миру. В таком случае глубинная установка звучит примерно так: "быть нужным = быть существующим".
У такого взрослого актуализация собственных желаний воспринимается психикой как угроза значимым отношениям.
Сотрудник, испытывающий потребность в отдыхе, вместо того чтобы взять положенный отпуск, работает сверхурочно, чтобы помочь коллеге, и затем испытывает стыд за мысли о своем возможном эгоизме.
Собственная потребность вызывает тревогу и оценивается как лишняя, чрезмерная, необязательная к удовлетворению, в общем - фрустрируется. Запускается механизм психологической защиты, преимущественно проективной идентификации: "легально" неосознаваемое желание осуществляется опосредованно, через другого человека.
Мать, в детстве лишенная красивых вещей, не покупает себе платье, но с особым, чрезмерным рвением и напряжением выбирает дорогой наряд для дочери, проживая таким образом свою неудовлетворенную потребность.
Передавая ресурс другому, личность символически прикасается к собственному дефициту, не осознавая его напрямую. Внешне это поведение соответствует социально одобряемой модели заботы, субъективно может переживаться как форма контроля, а на уровне эмоций и ощущений сопровождается хроническим состоянием истощения.
Важным компонентом данной динамики является внутриличностная агрессия, возникающая как реакция на фрустрацию базовых потребностей. Поскольку ее прямое выражение блокировано усвоенными запретами, агрессия вытесняется и обращается на себя, принимая форму жесткого самоограничения и аскетизма.
Например, человек, внутренне возмущенный постоянными просьбами родственников, вместо установления границ начинает еще более аскетично экономить на себе, доказывая себе и миру свою «сверхпрочность» и моральное превосходство.
Данная позиция часто рационализируется как моральное превосходство или особая духовная чувствительность. В терминах психоанализа здесь присутствует элемент вторичной выгоды: благодаря такой конструкции индивид поддерживает позитивный образ селф ("Я – хороший") и избегает более глубокой экзистенциальной тревоги, связанной с автономией, сепарацией и независимым существованием. Ценой этой защиты являются симптомокомплексы хронической опустошенности (выгорания) и фоновой, часто неосознаваемой обиды на одариваемых.
Также в структуре феномена можно выделить нарциссический компонент. Регулярно занимая позицию дающего, индивид поддерживает внутренний образ себя как незаменимого и всемогущего объекта.
Партнер в отношениях, который берет на себя абсолютно все бытовые и организационные вопросы, может на бессознательном уровне сопротивляться делегированию, так как его самооценка держится на убеждении: "Без меня всё развалится". Зависимость других от его ресурсов становится для него нарциссическим обеспечением, экзистенциальным доказательством собственного существования и значимости.
Собственная глубокая потребность в таком подтверждении, как правило, не осознается и маскируется под бескорыстный альтруизм. Этим объясняется перманентная неудовлетворенность благодарностью получателей - она не сможет компенсировать внутренний дефицит, изначально не будучи для этого предназначена.
В краткосрочной динамической психотерапии по методу Лестера Люборски основное внимание уделяется поиску забытой неудовлетворенной детской потребности, которая во взрослом возрасте хоть и трансформируется, но часто имеет похожие формы. Нам важно признать и дать себе право на удовлетворение потребности.
Минимальным практическим шагом на этом пути может стать эксперимент: в ответ на просьбу, которая вызывает внутреннее сопротивление, вместо автоматического "да" сделать паузу и сказать: "Мне нужно подумать" или "Я не могу сейчас, я занят своими делами".
Конечно, это потребует отказа от привычной рационализации, оправдания или трансформации в услугу ожиданиям окружения. Процессу сопутствует закономерное сопротивление психики, повышение ситуативной тревоги, и часто то самое, чего опасался индивид - реконструкция системы межличностных отношений. Подробнее именно на последнем этапе работает уже личностно-ориентированная реконструктивная психотерапия.
Что получает клиент в процессе прохождения психотерапии? По наблюдениям из практики, постепенное перенаправление ресурсов на собственные нужды вовсе не приводит к катастрофическим социальным последствиям.
Когда человек впервые решает потратить премию на свое важное хобби, а не снова в копилку общего семейного отдыха, он может обнаружить, что семья не только не разрушилась от его "эгоистического" поступка, но и вышла на новый уровень уважения к его личным границам и интересам.
Разрушается в этом случае не система отношений, а внутренняя бессознательная фантазия о том, что любовь и признание можно "заработать" лишь через самоотречение и растворение в другом. На смену этой фантазии приходит возможность построения контакта, основанного на взаимности, где человек может позволить себе быть целостным, обладающим потребностями и неидеальным. Этот переход знаменует не просто обретение автономии, но и психологическое взросление.
...К слову, календарь у меня все-таки появился, сейчас именно он и стоит у ноутбука, ведь всего-то нужно было решиться попросить.
Автор: Костина Дарья Владимировна
Психолог, Супервизор, Аналитический терапевт ЛОРПТ
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru